Ненавижу и люблю - Галина Милоградская

разными, совершенно непредсказуемыми, искренними, но от одного взгляда на этих друзей становилось тепло. Я ни секунды не чувствовала себя ненужной или чужой, хотя поначалу чувство неловкости держало в цепких коготках. Без устали хохоча над шутками, которые и понимала-то не сразу, я постоянно думала о том, что никогда прежде не удавалось так запросто посидеть и посмеяться. А не задумывалась я раньше об этом по одной простой причине: не с чем было сравнивать.

Вся моя жизнь казалась правильной и настоящей, а сейчас, заглянув через скважину в другой, яркий мир, я словно ожила, чувствуя, что дверь вот-вот распахнётся, и меня затянет туда, как затянуло Элли в Волшебную страну жутким ураганом.

– И вот, мы подъезжаем, я выхожу и смотрю на заднюю дверь, жду, когда выйдет Денис. А он не выходит. Открываю дверь и смотрю на заднее сидение. Таксист смотрит на меня, я на него, немая сцена. А потом я выдавливаю из себя: «А где Денис?» Я забыл его у бара, понимаете? И уехал без него!

– А я пытался бежать за такси, но бесполезно, – подхватил Денис рассказ Тима, – и, запрыгнув в первое же такси, крикнул водителю: «Моего друга похитили! Скорее, за той машиной!» Как мы мчались! Я думал, меня стошнит, пока доедем! И что вы думаете? Я подъезжаю к месту, а Тим стоит посреди дороги, высматривает меня!

– Я думал, что ты дойдёшь пешком! – шутливо возмутился он.

– Десять кварталов?! – воскликнул Денис. Все расхохотались. Глаза Лазурина мягко светились, будто он смотрел внутрь себя, вспоминая старые добрые времена. Задумчивость придавала ему шарма, и я невольно залюбовалась. Но вдруг в его взгляде загорелась хитринка, и он посмотрел на Вику:

– А помнишь, как ты провалилась в ливневую канализацию?

Новый взрыв хохота сотряс наш столик. Лена, содрогаясь от смеха, завалилась на бок, повалив меня на Дениса. Тот едва успел подхватить, а то лежать мне на его коленях, уткнувшись прямо в причинное место.

– Вы в порядке? – обеспокоенно спросил он.

– В полном, – широко улыбнулась я. – У вас потрясающие друзья!

– Правда? – обрадовался Денис. Потом самодовольно улыбнулся: – Я знаю.

Его глаза, серо-голубые, так не похожие на застывшие ледышки Ромы, лучились смехом. И хотелось отвечать тем же, смеясь в ответ без особой причины. Лёгкость поднималась откуда-то из глубины, шипя, как пузырьки шампанского, щекоча нос. А Денис продолжал смотреть, пристально, выжидающе, и я сдалась – первая отвела взгляд, чувствуя непонятное смущение.

– Эй, народ! Мы первые начинаем! Дэн, ты выбрал песню?

Голос Лены разогнал наваждение, и Денис кивнул, подмигнув мне.

– Сегодня пройдёмся по классике! – Он подкатил рукава пиджака, взъерошил светлые волосы и достал тонкий шифоновый шарф из кармана. Под нашими удивлёнными взглядами повязал его на шею, легко поднялся и пошёл к небольшой сцене, попутно перебросившись парой слов с администратором.

– Он будет петь? – поинтересовалась я у Лены.

– О, нет! – закатала та глаза. – Он будет зажигать!

– Когда Дэн поёт, весь зал загорается, – подхватил Тим.

Девятая глава

Между тем музыка, что ненавязчиво играла всё это время, стихла, и свет двух небольших прожекторов высветил фигуру, замершую с микрофоном. Первые же аккорды заставили мурашки толпой пробежать по телу, и я, как завороженная, уже не могла отвести глаз от Дениса. У него был потрясающий голос. И невероятная энергетика, что так и лилась со сцены, захватывая каждого сидевшего в баре.

Это моя жизнь,

Сейчас или никогда!

Я не собираюсь жить вечно,

Я просто хочу жить, пока жив!

Я слышала эту песню, давно, ещё в универе, когда моя соседка, увлекавшаяся Бон Джови, всякий раз возвращаясь из бара, горланила её на весь этаж. Тогда хотелось кинуть в неё подушку или что-нибудь потяжелее. Сейчас мне хотелось выскочить на танцпол, к тем, кто уже подпевал, поднимая руки вверх и крича знакомые слова. Потому что это было… Это было так реально, так по-настоящему, что я буквально чувствовала каждую фразу, пропуская через себя.

Когда Денис вернулся за наш столик, запыхавшийся и мокрый, я с трудом удержалась от восторженной похвалы. Вместо этого просто отсалютовала бокалом:

– Вы отлично поёте.

– Что ж, теперь надеюсь услышать, как это делаете вы. – Денис дерзко улыбнулся, не показав, что уязвлён моей прохладной реакцией. Хотя улыбка его слегка дрогнула. То-то же, Лазурин, вы прекрасно осведомлены о воздействии вашего голоса на противоположный пол. Не на ту напали! Поглощённая этими мыслями, я не сразу уловила смысл его слов.

– Что, петь? О, нет, я уже сказала вам – петь я не умею и не буду!

– Брось, Алин! – вступила Лена. – Тебя здесь никто не знает. Так позволь же себе, чёрт возьми, расслабиться и уйти в отрыв!

Лена так легко и непринуждённо перешла на «ты», словно мы были закадычными подругами не один год. Но мне это нравилось!

– Поверь, уже самое моё нахождение здесь – отрыв, да ещё и какой!

– Этого недостаточно. – Она покачала головой. Потом наклонилась ко мне и прошептала на ухо: – Ты говорила, что хочешь поменять свою жизнь. Так почему бы не начать прямо сейчас?

– Всё ещё не думаю, что это хорошая идея, – с сомнением протянула я.

– О чём вы там шепчетесь? – спросил Тим, хитро улыбаясь в бороду.

– Пытаемся сказать Алине, что петь ей придётся в любом случае! – весело откликнулся Денис.

– А, ну, так ты не переживай! Здесь все поют, – Тим хмыкнул, – кто-то хуже, кто-то лучше. Это ты ещё меня не слышала!

– Ему бы палачом работать, – громко прошептала Лена, покосившись на прекрасно слышавшего её Тима. – От его голоса хочется повеситься и утопиться одновременно!

– Но при этом вы берёте меня на баттлы, – самодовольно ухмыльнулся Тим.

– Потому что ты оплачиваешь половину счёта! – воскликнули хором его друзья. Я расхохоталась, встречаясь глазами с Денисом. После его песни взгляд так и норовил обратиться к нему.

Время шло, становилось шумно, жарко, но это не приносило дискомфорта – напротив, хотелось говорить громче, смеяться дольше и поддерживать тех, кто поёт, добродушно подшучивая над соперниками.

– Не хочешь попудрить носик? – выдохнула на ухо Лена.

Я кивнула, радуясь, что про моё выступление, кажется, уже все забыли. Полумрак коридора, яростно целующаяся парочка