Ненавижу и люблю - Галина Милоградская

в углу, и стойкий запах аммиака – этот поход в туалет, наверное, запомнится мне больше, чем весь вечер! Брезгливо переступив через лужу на полу, хотелось верить, что воды, я заглянула в кабинку, чувствуя, как резко перехотелось делать здесь хоть что-то. Но природа взяла своё, и спустя несколько минут я выскочила в коридор, ловя ртом казавшийся свежим воздух. Лена вышла следом, поправляя платье.

– Непривычно, да? – добродушно усмехнулась она. Я кивнула, больше всего на свете желая вернуться за столик.

– Дэн – отличный парень, – зачем-то заметила Лена, не спеша уходить. – Не из тех, кто может обидеть.

– Да, он хороший.

– Нет, я серьёзно. – Она заглянула в мои глаза. – Присмотрись к нему. Может, именно он заставит взглянуть на свою семейную жизнь под другим углом.

Я не ответила. Если честно, к этой мысли я сама возвращалась уже несколько раз за вечер, ловя на себе его взгляд. И ещё за весь вечер я так ни разу и не вспомнила о Роме, а это уже было огромным достижением.

– Ну, наконец-то! – воскликнула Саша, стоило нам подойти. – Наш выход следующий. Пока вас не было, я выбрала песню.

– Надеюсь, не Селин Дион? – проворчала Лена. – В прошлый раз я сорвала голос, пытаясь вытянуть ноты, – пояснила она, поворачиваясь ко мне.

– Адель, – ответил Тим. – Уверен, девочки, вы справитесь.

– Ещё лучше! – фыркнула Лена. Я промолчала. К моему стыду, имя певицы мне ни о чём не говорило. Едва ли во всём караоке-баре можно было найти человека, менее сведущего в поп-культуре. Но азарт подталкивал совершить ещё один безумный поступок, поэтому на сцену я шла уверено, предупредив, правда, остальных, что песню ни разу не слышала.

– Будешь подпевать, – великодушно разрешила Саша.

Почему я раньше не слушала песни? И почему вообще забыла, сколько в них может быть смысла и как порой они подходят к твоей жизни, ложась на мысли и переживания? Самозабвенно подпевая:

У тебя было моё сердце…

Ты пожалеешь…

Оно было у тебя в руках…

Что встретил меня…

Я представляла, как бросаю эти слова Роме в лицо, и чувствовала, как с каждым словом становится легче. Как пружина, что сжимала нервы, ослабляет своё натяжение, позволяя отпускать себя на волю. Выше, дальше, прочь от опостылевшей жизни…

Такси остановилось на пустынной улице в квартале от дома. Я сама предложила Денису пройтись. Прекрасное настроение, желание беспричинно улыбаться и просто чувствовать себя женщиной рядом с привлекательным мужчиной – всё свернулось в клубок, и я хотела продлить эти эмоции, оттягивая момент, когда вернусь домой, в холодную постель. Поэтому мы просто шли, болтая ни о чём, делились впечатлениями, обсуждали выступления.

– Это был прекрасный вечер, спасибо. – Мы стояли у входа, и швейцар уже готовился открыть дверь.

– Вам спасибо, что согласились прийти.

– Я сама напросилась, – шутливо упрекнула я.

– В следующий раз обещаю исправиться! – серьёзно заявил Денис.

– В следующий?

– Вы ведь не против? – с нарочитым беспокойством уточнил он.

– Нет. – Я улыбнулась. – Мне понравилось. Только прошу, в следующий раз никаких караоке-баров!

– Я постараюсь, – хитро улыбнулся Денис. – Но не обещаю.

Он склонил голову набок, выжидающе заглядывая в глаза, и я с трудом удержалась, чтобы не привстать на носочки, чтобы коснуться его губ… Почувствовав мои колебания, он наклонился и поцеловал меня, нежно и коротко. В животе вспыхнуло, заворочалось нечто воздушное и щекотное. Я подняла на него глаза, читая в них молчаливый вопрос.

– Доброй ночи. – Я отвернулась и, заходя в дом, успела увидеть его разочарованное лицо в стеклянной двери. Нет, Лазурин. Приглашать вас домой не входило в мои планы.

Не переставая улыбаться, зашла в лифт, поймав себя на том, что продолжаю напевать песню Адель. Да, встряска получилась шикарная! Перед глазами встало лицо Дениса, когда он потянулся меня поцеловать, и нежное шевеление внутри живота вспыхнуло с новой силой. Мне даже было совершенно плевать, что подумал швейцар. Впрочем, поцелуй был настолько невинным, что разглядеть в нём какой-то контекст можно было лишь вооружившись огромным морским биноклем. Но губы до сих пор слабо пульсировали, а голова слегка кружилась, и хотелось думать, что это просто от выпитого.

Десятая глава

Выходные никогда не вызывали особой любви – Рома где-то пропадал, а Ирма уезжала к семье, что жила в Нижнем. Эти дни, которых все ждали с таким нетерпением, обычно вызывали глухую тоску. Так было всегда, но только не сегодня. Проснувшись позже обычного, я с наслаждением потянулась, лениво перебирая в памяти события вчерашнего дня. Лукаво улыбнувшись, провела кончиками пальцев по губам, очертив их контур, вспоминая поцелуй. Интересно, что было бы, если бы я позволила Денису подняться? Внутри проснулись вчерашние бабочки, всколыхнув крылышками позвоночник.

Гостиная была залита солнцем – такая приятная редкость. Оно отражалось от светлой мебели, отчего та казалась окутанной легкой дымкой. Пританцовывая в такт звучащей в голове музыке, я хозяйничала на кухне – достала из холодильника приготовленные Ирмой с вечера пирожки и включила чайник. Хотелось сделать что-то безумное, невероятное. Может, позвонить Денису? При мысли об этом на лице против воли расплылась улыбка. Нет. Я не буду снова напрашиваться на свидание. Пусть решает сам, когда и как встретиться… Стоп. Свидание?

Облокотившись о столешницу, я задумчиво постучала чайной ложкой по губам. Ещё несколько дней назад даже в мыслях не было рассматривать Дениса как мужчину в прямом смысле этого слова. Но после вчерашнего вечера… Да, он явно сумел произвести впечатление. Не вспышка страсти, но желание узнать его поближе, а это уже очень много. С ним было интересно, а главное – он смотрел на меня, как на женщину. Так, как Рома не смотрел уже много лет. Да и вообще, смотрел ли когда-либо искренне?

Мысли снова вернулись к Денису. Много ли я о нём знаю? Что я вообще могу сказать о человеке, с которым работаю последние два года? У меня не было привычки копаться в личных делах сотрудников, но я точно помню, что Денис не женат. И не судим. Да, это совершенно точно. Что касается остального…

Схватив телефон, я быстро пробежала по номерам, разыскивая нужный. Надеюсь, для звонка не слишком рано, всё-таки в субботу не всякий захочет просыпаться в восемь…

– Слушаю, – несвязно ответили на другом