Дом с секретом и его притяжение. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

Когда Ирина с Викой и родителями вышли из столовой, Виктор тяжело опустился на стул – он пытался понять, как же так получилось-то, что он высказал всё это вслух?

– Вот дурак, поторопился! – думал он. – Ладно, главное, чтобы её родители смотались, а дальше я разберусь. Ну, куплю этой Вике что-нибудь… побрякушку или гаджет. И Ире надо что-нибудь, а то вон как рассердилась. Да что я сказал-то не так?

Когда он вышел из дома, то обнаружил, что Вика радостно переносит свои вещи в машину бабушки и деда.

– Куда это ты собралась? – возмутился Виктор.

– Она едет домой! – холодно сказала Ирина.

– Но ты-то остаёшься… Я просто не могу без тебя, – зашептал Виктор, утянув Ирину в кабинет. – Да, я был неправ, я вспылил. Я буду работать над собой… Ируся, только не уезжай, – он просто не мог отпустить Ирину – получилось бы, что он опять проиграл первой жене – она-то живёт с мужем, а он никак не может устроить свою жизнь!

– Хорошо… я пока останусь, – Ирине до слёз хотелось, чтобы рядом был мужчина, на которого можно положиться, а не тащить всё на свете самой – есть же такое у родителей, почему у неё никак не получается? – А Вика будет дома с моими родителями.

Виктор разумно проглотил фразу с описанием маршрута, куда именно могут ехать её родители с её дочуркой, раз они все такие... неблагодарные, решив, что главное-то остаётся у него!

Глава 55. Почти отпуск.

Отпуск – такое дивное, чудесное, замечательное слово… Мечта просто!

– Да-да, только вот до этой мечты ещё дожить надо! – думала Таня, принимая очередного клиента. – Последний рабочий день, и что-то сегодня все как сговорились – исключительно сложно-нервные!

– И почему у меня с утра такие косяком идут, а? – устало удивлялась Татьяна, уже успевшая «насладиться» общением с весьма скандальной особой, требовавшей срочно вылечить её кота – он же не ест новый супер-дорогой корм, а значит, точно-преточно болен; убедить владелицу черепахи, с пеной у рта доказывающую право животинки на свободу перемещения по квартире, в том, что её черепаха очередной раз простыла именно из-за этого; уговорить хозяина таксы, в пятый раз пострадавшей в драке, всё-таки надевать поводок…

– Хотя вот про таксу я не уверена, что он меня услышал – очень уж упёртый у неё хозяин! – размышляла Таня. – Честное слово, кажется, я дозрела до того, чтобы кого-то из морочников попросить воздействовать на этого человека – ну невыносимо же! – решила она, глядя в спину таксовладельца.

Впрочем, шум, раздавшийся в коридоре клиники, заставил Таню встрепенуться – очень уж громко там скандалили:

– И небось опять ко мне… – обречённо догадалась она.

И точно! Дверь распахнулась, и на пороге появилась та самая громкая особа, голос которой Таня и слышала. В руках женщина держала бессильно повисшую лохматую худую собаку, по которой сразу было понятно, что она в возрасте.

– Девушка! Я собаку спасла! – заявила клиентка. – Посмотрите! Нет, вы только гляньте, до чего несчастную псюшечку довели! Я, как только её увидела, сразу же поняла – так это оставлять нельзя! Надо спасать животинку!

– А что с ней случилось? – удивилась Таня.

– Как что? Вы только гляньте, гляньте! Глаза в таком состоянии… худая – рёбра наперечёт, а потом – она же плохо слышит! И шерсть ужасная, и зубов нет почти!

– Да, она пожилая, но… где вы её взяли?

В ответ на этот вопрос клиентка выдала эмоциональнейший рассказ о том, как она спасла бедняжечку из ближайшего парка.

– Я уже кинула инфу в группу спасения, вы не волнуйтесь! На неё уже начали собирать деньги! Мы сможем оплатить лечение псюни! – восклицала клиентка. – Это же невероятно, как можно собачку так запускать…

Таня, видя, что клиентка увлечена собственными эмоциями, сама подняла на смотровой стол собаку, подслеповато водящую головой из стороны в сторону, привычно поднесла к её носу руку, позволяя себя обнюхать, запустила вторую в густую шерсть на шее и вытянула цепочку с адресником.

– Привет, Нюша, – пробормотала она, прекрасно зная, что говорить что-то громко этой собаке нет никакого смысла – она глухая уже вот как полтора года.

Правда, голос повысить всё же пришлось – женщина, которая привела собаку, нипочём не останавливалась, рассказывая о живодёрах, которые так ужасно содержат несчастное животное, что довели её аж до такого состояния!

– Но ничего-ничего! Она уже в хороших руках! Я ей уже и куратора нашла!

– Извините, что вас перебиваю! – громко сказала Таня. – А вы видели, что у неё ошейник есть, а на нём адресник?

– И что?

– У собаки есть хозяин!

– Вы что? Девушка! Да разве же можно отдавать псюню обратно людям, которые её уже один раз потеряли? Нормальный, хороший, ответственный хозяин никогда не потеряет свою собаку! А у этой бедненькой вообще хозы сaдюги! – возмутилась клиентка. – Они же её просто доконают! Вы что, хотите гибели животного? У нас тут куча людей за неё переживает, а вы… Я вообще считаю, что, если человек допустил, чтобы собака у него убежала, то он её недостоин! Нельзя такому животное доверять!

– А я знаю эту собаку и её хозяйку. И могу вас заверить, что о собаке заботятся!

– Так… я поняла! Вы – на стороне живодёров! Отдайте мне собаку, и я пойду в другую клинику! А вы… вы сильно пожалеете о том, что так себя повели! Я записываю наш разговор и выложу его в нашу группу!

– Собака не ваша, владелец мне известен, если я вам её отдам, это будет пособничество краже, – ответила Таня.

– Да эти ваши владельцы довели животное – она же истощена! У неё и глаза больные, вы что, катаракту не видите? А операцию никто и не подумал сделать… И уши надо лечить, и суставы, и шерсть плохая! И зубов нет! – выступала клиентка, явно играя на запись диктофона. – Мы уже деньги собираем… И куратор её ждёт.

– Нюше девятнадцать лет! – не выдержав, рявкнула Таня. – Она худая из-за возрастного обмена веществ, и ослепла от возраста, а наркоз ей давать и