Ноктикадия - Кери Лейк

— Вообще-то, нет.

Потирая шею, он отвернулся.

— Ради всего святого, перестань кусать губу.

Только тогда я поняла, что до сих пор грызла нижнюю губу, проведя языком по небольшому укусу.

— Эти мелочи, которые ты делаешь, морочат мне голову. — Проводя рукой по волосам, он расхаживал взад-вперед. — Насилие в моей крови. Эта ярость, которая переполняет мое тело, и от этого меня тошнит. Меня тошнит, когда дело касается тебя. Я даже могу представить, что сверну ему шею... — Он приостановил свой шаг, опустив глаза на прокручивающиеся в голове образы, как будто видел в них себя. — Я не могу это контролировать, — сказал он, сжимая руки в кулаки. — Я не могу контролировать это, потому что я все еще чувствую тебя. Я все еще чувствую этот тошнотворный сладкий запах твоей кожи, который сводит меня с ума. Этот тошнотворный оттенок губной помады, который возвращает меня в ту ночь. Я схожу с ума! — Его голос гремел вокруг меня, сотрясая каждый нерв в моем теле, и я наблюдала, как он сходит с ума.

В этом была своя прелесть. Уязвимость, которую я так хотела в нем увидеть. Очевидное страдание, охватившее его, было неприемлемо для такого собранного и отстраненного человека. Он трещал по швам. Наконец-то появилась вмятина в броне, которую он носил как вторую кожу. То, что я приняла за безразличие, вовсе не было таковым. Он страдал и горел так же, как и я.

Я хотела увидеть, как он окончательно расклеится, станет безрассудным, как я. Схватит меня за горло и разрушит это сопротивление между нами.

— Почему ты сопротивляешься?

— Ты прекрасно знаешь. — Он шагнул ближе, прижимая меня к стене. — Я не один из твоих чертовых однокурсников, Лилия. Я твой профессор. Твое будущее будет разрушено. Тебя бы выгнали и отправили домой, к той жизни, которой ты жила, а я был бы здесь, ненавидя тот факт, что испортил тебя. Что я забрал у тебя все.

— Это только в том случае, если нас поймают, — прошептала я.

Каждая эмоция, казалось, отражалась на его лице, словно в его голове происходила битва. Он поднял руку, проведя только пальцем по моей щеке, в то время как его язык скользнул по губам.

— То, что я хочу сделать с тобой... — Вздрогнув, он отвел взгляд, и, когда он отпрянул, я схватила его за руку. Я провела его ладонью по своей щеке и уловила мучительное выражение лица.

Закрыв глаза, я сосредоточилась на текстуре его кожи, и это ощущение вернуло меня в ту ночь. Я поцеловала его ладонь, проведя ею по своим губам, и вцепилась в его палец. Задержав взгляд на нем, я втянула его в рот, двигаясь вверх и вниз по его длине, так же как я делала это с его членом в душе, оставляя следы помады.

Сжав челюсть, он наблюдал за мной, полузакрытыми глазами.

— Лилия... — Его хватка на моем лице усилилась, вены на его шее вздулись, и он зарычал в ответ. — Ты хочешь знать, чем ты можешь мне отплатить? — В его голосе прозвучали резкие нотки. — Не заставляй меня думать о том, чтобы трахать тебя каждый час в течение дня, и я смогу вернуться к своей работе!

В отчаянии я скрежетнула зубами.

— Если это то, чего ты хочешь, тогда ладно. Я перестану.

Я даже не стала дожидаться его реакции, когда шагнула мимо него к двери.

Жесткий захват моего затылка был единственным предупреждением, прежде чем мое тело снова развернулось, и он прижался своими губами к моим в поцелуе, который не был ни нежным, ни спокойным. Одной рукой он сжал мои волосы в кулак, другой схватил за челюсть. Он целовал меня безжалостно. С яростью. А потом застонал и прикусил губу, впиваясь пальцами в мою плоть с непоколебимой властностью. И ревностью. Боже, ревность пронзила меня карающей яростью, когда он прижал меня к своему лицу и впился в губы.

При звуке приближающихся шагов он отстранился, тяжело дыша, и пересек комнату, возвращаясь к трибуне. Незаметным движением он стёр помаду со рта и вытер её о брюки.

Пытаясь отдышаться, я каким-то образом пришла в движение после этого поцелуя и, вытерев губы, как это сделал он, спрятала руки за спину и побежала в противоположном направлении, увеличивая расстояние между нами.

Пожилая женщина, которую я не узнала, заглянула в комнату и улыбнулась.

— О, простите, профессор Брамвелл, я не знала, что у вас встреча.

— Мы как раз заканчиваем.

Я поморщилась от одышки в его голосе, но женщина, похоже, не обратила на это внимания, ответив:

— Нет проблем.

Она быстро вышла, ее каблуки стучали по деревянному полу, когда она возвращалась по коридору.

Выдохнув, он потер затылок.

— Не попасться гораздо сложнее, чем ты можешь себе представить. Даже в мою лабораторию иногда заглядывают посетители.

— Нам придется проявить творческий подход. Если, конечно, тебе это интересно.

— Ты прекрасно знаешь, что я заинтересован, — прорычал он, как будто признание этого разозлило его.

— Тогда я знаю одно место. Купол библиотеки. Там наверху есть комната, которую обычно используют как склад для хранения.

— И как же мне тебя там найти?

— У меня сегодня рабочая смена. Моя смена заканчивается в восемь часов. Библиотека закрывается только после полуночи. В любом случае, я должна тебе кое-что показать. Кое-что, что, по-моему, может показаться тебе интересным.

Нахмурившись, как обычно, он подхватил свою сумку по пути к двери и остановился рядом со мной.

— Если ты действительно умна, то не придёшь.

Я вызывающе вздернула подбородок и посмотрела на него в ответ.

— А если ты действительно хочешь меня так сильно, как заявляешь, ты придёшь.



ГЛАВА 54

ЛИЛИЯ

Из тележки я взяла два учебника по физике и положила их на полку. До конца смены оставалось еще пять минут, и я не могла больше терпеть. Мой желудок скрутило от неуверенности в том, появится он вообще или нет.

Как только часы пробили, я, как обычно, предупредила Келвина и схватила свою сумку, по пути заглянув в туалет, чтобы убедиться, что у меня в зубах не застряла еда с ужина. Я сняла нижнее белье, чувствуя себя намного увереннее с той ночи, когда пришла на урок без него, и засунула в сумку,