П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 1. Путь к политическому олимпу - Сергей Алексеевич Сафронов

дворян Смоленской губернии. Родился в 1859 году в семье адмирала А.В. Воеводского (1813–1879). После окончания морского корпуса в 1878 г. был произведен в гардемарины. В 1878–1881 гг. С.А. Воеводский находился в кругосветном плавании на клипере «Джигит». В 1884 г. он окончил курс Николаевской морской академии по кораблестроительному отделению, был произведен в чин лейтенанта; с 1886 г. плавал в Балтийском море и за границей. В 1899 г. был назначен командиром лодки «Храбрый», строившейся на Санкт-Петербургском адмиралтейском заводе. В первое же заграничное плавание лодка потекла. Представленное по этому поводу донесение С.А. Воеводского произвело сенсацию разоблачением недостатков отечественного судостроения, фактическим руководителем которого был адмирал В.П. Верховский. Лодка была исправлена в Тулоне. Назначенный командиром учебного судна «Верный», С.А. Воеводский плавал в 1902– 1903 гг. в отряде судов морского корпуса. В 1906 г. он командовал отрядом судов морского корпуса и в августе того же года был назначен начальником Морской академии и директором Морского корпуса; на этом посту С.А. Воеводский был произведен в 1907 г. в контр-адмиралы и зачислен в свиту Николая II. В 1908 г. его назначили товарищем морского министра, а в 1909 г. – морским министром. По всеобщему убеждению С.А. Воеводский был милым человеком, но плохим министром. Будущий товарищ Морского министра М.В. Бубнов говорил о нем: «По своему характеру… он не сумел ничего сделать», а С.Ю. Витте так характеризовал морского министра: «Сам по себе он представляет скорее кавалергардского офицера, нежели моряка. Человек он почтенный, в смысле деловом и в смысле таланта ничего собой не представляющий; человек с хорошими манерам и весьма порядочный»[680]. А.Ф. Редигер, познакомившейся с С.А. Воеводским лишь в Государственном совете, замечал, что «не такой человек нужен был тогда на должность морского министра: чтобы привести в порядок морское ведомство, нужна была железная воля и твердая рука». Вместе с тем бывший военный министр относился с огромной симпатией к этому своему коллеге по Государственному совету и замечал, что «будь они у Воеводского, он при своем уме и знаниях может быть и справился бы с задачей, но тогда он, вероятно, не был бы тем симпатичным человеком, которого я узнал и полюбил уже после увольнения его от должности министра с назначением его в члены Государственного Совета»[681]. В марте 1911 г. С.А. Воеводский оставил пост министра с назначением членом Государственного совета, где вошел в группу правых. После Гражданской войны жил в эмиграции. Умер 18 августа 1937 г. в Виши, похоронен в Ницце.

Следующим морским министром стал И.К. Григорович, родился он 26 января 1853 г. на Васильевском острове в Санкт-Петербурге. Его отец служил на флоте и был генерал-майором, потомственным дворянином Полтавской губернии, а мать была урожденной баронессой фон дер Ховен-Приваловской. Впоследствии семья Григоровича переехала в Кронштадт, а потом в Ревель. В 1869 г. отец решил отдать сына в морской корпус. После успешного окончания И.К. Григорович был произведен в гардемарины, а в 1875 г. – в мичманы. В 1878 году И.К. Григорович и еще несколько русских моряков на пароходе «Цимбрия» с целью отвлечения внимания Великобритании от русско-турецкого театра военных действий отправился в Северную Америку, где вошел в состав экипажа корабля «Забияка». В период с 1883 по 1899 г. он проходил службу на кораблях различных флотов Российской империи. 15 февраля 1899 г. капитан 1-го ранга И.К. Григорович принял командование новейшего эскадренного броненосца «Цесаревич», а в 1903 г. прибыл в Порт-Артур, где и вошел в состав Тихоокеанской эскадры. Вскоре началась Русско-японская война. В апреле 1904 г. по высочайшему повелению он был назначен главным командиром порта и военным губернатором Порт-Артура с производством в контр-адмиралы. Во многом благодаря И.К. Григоровичу русская эскадра, базируясь в осажденном городе почти до последних дней, сохраняла способность сражаться на море и содействовать армии. Но судьба Порт-Артура решалась не в море, а на суше. По возвращении в Россию адмирал И.К. Григорович был прикомандирован к адмиралтейству. Летом 1905 г. его назначили начальником штаба главного командира Черноморского флота. Череда восстаний на кораблях и в береговых частях Черноморского флота вынудила правительство произвести полные кадровые перестановки. И.К. Григорович был назначен в Либаву командиром порта имени Александра III. Неспокойно было и там. В октябре 1908 г. адмирал получил новый перевод по службе в Кронштадт. 9 февраля 1909 г. командира Кронштадтского порта и военного губернатора Кронштадта И.К. Григоровича назначили заместителем морского министра[682].

После Русско-японской войны главными силами военных флотов стали дредноуты. Броненосцы, потерянные Россией в Порт-Артуре и Цусиме, утратили значение. Страна получила уникальный шанс включиться в новый тур гонки морских вооружений почти на тех же условиях, что и ее соперники. Но время шло, а дело стояло на месте. Препятствием на пути строительства флота стала Государственная Дума. Депутаты не верили первым лицам адмиралтейства. Они считали, что флот обойдется дешевыми миноносцами и подводными лодками, а деньги нужны для усиления армии. А о строительстве новых морских заводов они вообще не хотели слышать. Адмирал И.К. Григорович с грустью писал: «1909 г. прошел бесцельно. Из-за отсутствия доверия морскому ведомству со стороны законодательных учреждений никакой деятельности проявить было нельзя». В Думе на морских руководителей нападал А.И. Гучков, а также другие депутаты. Все сводилось к тому, что пока адмиралтейство не покончит со старым порядком, не реорганизует ведомство, пока не откроет все свои дефекты, ассигнования выдаваться не будут. Такое же отношение к морскому ведомству было и у членов Совета министров. Для постройки линкоров правительство просило у Думы 30 млн руб. ежегодно. Премьер-министр П.А. Столыпин, убеждая законодателей, говорил, что это послужит мировым интересам России. Ему вторил министр иностранных дел А.П. Извольский, говоря, что в то время без флота нельзя даже быть равноправным государством, а у России такие задачи, осуществление которых невозможно без морской силы. Средства на закладку первых четырех линкоров П.А. Столыпин нашел, употребив права, данные ему «Положением о порядке верховного управления страной».

Закончился 1909 г. и начался следующий с грозными нападками на адмиралтейство в периодической печати. Предполагавшееся усиление турецкого флота не могло не беспокоить законодательное учреждение, а вместе с тем по морскому ведомству ассигнований не давали. Смета на 1911 г. проходила трудно, с нападками, которые скорее относились к самому министру, чем к ведомству. Морской министр уже стал меньше появляться в думских комиссиях, отправляя на «растерзание» И.К. Григоровича. 18 марта 1911 г. адмирал И.К. Григорович получил пакет с письмом Николая II предлагавшим прибыть в Царское Село. В полдень следующего дня И.К. Григорович вышел из кабинета царя морским министром.