Танковые операции - Герман Гот

Немана. Действий танков и авиации не отмечалось. Воздушная разведка, проводившаяся при ясной погоде, никаких передвижений противника восточнее Немана не обнаружила. По данным, полученным при допросе пленного офицера-литовца, в районе Каунаса должны были находиться крупные силы. Намерения и планы противника еще не выяснены.

Продолжать ли танковой группе наступление, действуя в неясной обстановке, или закрепиться на захваченном плацдарме? Что же предпринять 23 июня?

В штабе группы не было никакого сомнения относительно необходимости использования на следующий день всех средств для развития успеха, полученного в результате внезапного нападения. Чтобы не создавать скоплений и пробок у мостов, танковым корпусам следовало продолжать наступление дальше на восток. Войска должны были использовать захваченные мосты для круглосуточной переправы по ним на восточный берег. Специальных приказов на это не требовалось. В результате неожиданно быстрого захвата мостов создалась совершенно новая обстановка. Особенно важно было выяснить предполагавшееся наличие войск противника в районе Вильнюса и использовать все возможности для захвата этого важного узла дорог. Поэтому 39-му танковому корпусу была поставлена задача – 23 июня овладеть южной частью города Вильнюс и оттуда повернуть на Михалишки.

Ввиду того что обстановка в районе Вильнюса для нас оставалась неясной и учитывая необходимость взаимодействия обоих корпусов юго-западнее Вильнюса, передовые части 57-го танкового корпуса нельзя было направлять через шоссейную дорогу Лида – Вильнюс на восток. Командование надеялось, что возможность продолжения наступления 57-го танкового корпуса в направлении на Ошмяны не замедлит представиться.

Далее последовал приказ вывести из подчинения группы 5-й и 6-й армейские корпуса, а 3-ю танковую группу подчинить непосредственно группе армий, чтобы обеспечить ее оперативное использование.

Подготовка перемещения командного пункта группы на восточный берег Немана, в район Алитуса, шла полным ходом.

23 июня 1941 года. Разочарование

(схема 2)

После огромного успеха, достигнутого в первый день наступления, события второго дня не оправдали ожиданий. Причина – не действия противника и не ошибки наших войск и командования, а трудности, связанные с условиями местности. Моторизованным соединениям предстояло в этот день продвигаться по холмистой песчаной местности, покрытой густым девственным лесом, по местности, где, пожалуй, еще не появлялась автомашина. Все обозначенные на карте шоссе, ведущие с запада на восток, оказались полевыми дорогами. Движение по ним (особенно автомашин французского производства) было почти невозможно. Машины, проходя по глубокому песку или преодолевая крутые подъемы, все время застревали и останавливали всю следующую за ними колонну, так как возможность объезда на лесных дорогах полностью исключалась. Колонны становились длиннее, продвижение медленнее. Даже слабое сопротивление противника, оказываемое головным подразделениям, вынуждало всю колонну останавливаться на длительное время, ибо о развертывании и думать было нечего. Появление разрозненных групп противника на флангах или в тылу снова задерживало движение. Лесные пожары, возникшие в результате боя или преднамеренных действий противника, наряду с густыми облаками пыли еще больше затрудняли управление войсками. Командиры всех степеней, вплоть до командира корпуса, старались обеспечить продвижение хотя бы головных частей колонны. Пехотинцы и артиллеристы вынуждены были все время вытаскивать застрявшие машины. Перекидные мосты на небольших водных преградах приходилось укреплять, чтобы по ним могли пройти машины. Для командования, стремившегося продвинуться вперед, было настоящим мучением видеть, как задыхаются их подвижные части.

События этого дня протекали следующим образом. Решающим для всей операции должен был быть удар 39-го танкового корпуса на Вильнюс. Танковый полк 7-й танковой дивизии, который охранял мосты в Алитусе и ночью был сменен пехотной частью, при выступлении из Алитуса рано утром натолкнулся на подходившую из Варены 5-ю танковую дивизию русских. В «исключительно тяжелом танковом бою», как об этом доложил командир полка, дивизия противника, уступавшего в умении вести одиночный бой, потерпела поражение. Остатки этой дивизии ушли на северо-восток и через несколько дней потеряли свои последние танки. Первая попытка русских остановить наше продвижение на этом направлении провалилась. Поступившие в течение дня донесения давали основания полагать, что литовский армейский корпус противника, мужественно оборонявшийся 22 июня, начал распадаться. Отдельные группы, загнанные немецкой авиацией в леса, в некоторых местах пытались нападать на наши походные колонны, но централизованного управления этими группами уже не было. Воздушная разведка, которой благоприятствовала хорошая погода, не обнаруживала ни движения танков с восточного направления к линии Лида – Вильнюс, ни от Вильнюса к Неману. Наступление группы армий «Север» в направлении на Каунас и продвижение 4-й танковой группы севернее реки Вилия сковали те войска противника, которые, по нашему предположению, находились в районе Вильнюса. Возможность наличия более крупных сил южнее Вильнюса исключалась. Поэтому 57-му танковому корпусу была поставлена прежняя задача – наступать в направлении на Ошмяны. Второй эшелон корпуса (18-я моторизованная дивизия), продвигаясь южнее Вороново, должен был прикрыть наступление первого эшелона от ударов противника из района Лиды[7].

В то время, когда отдавался этот приказ, первый эшелон 57-го корпуса – 12-я танковая дивизия – долго еще не мог выполнить поставленной перед ним промежуточной задачи (выйти на рубеж Вороново) и, разбив слабые силы противника под Вареной, так же как и 39-й танковый корпус, с трудом продвигался через южную часть леса юго-западнее Вильнюса.

Два обстоятельства особенно затрудняли продвижение 57-го танкового корпуса: 2000 машин 8-го авиационного корпуса (в том числе тяжелые грузовики с телеграфными столбами) шли за походной колонной 19-й танковой дивизии, которая, совершив ночной марш и пройдя через Сувалки и Сейны, рано утром пересекла государственную границу и остановилась вдоль дороги на привал. Этим воспользовались транспортные подразделения авиационных частей, их автомашины обогнали колонну 19-й дивизии и стали переправляться по мосту на противоположный берег Немана. Вскоре эти машины попали на плохой участок дороги, застряли и тем самым остановили продвижение боевых частей. Другие осложнения возникли из-за стремления 5-го армейского корпуса быстрее переправиться через Неман и не отстать от подвижных соединений. Но поскольку это произошло на участке между «танковыми дорогами», то определенная польза была, ибо здесь остались значительные силы противника, не попавшие под удар танковых соединений. Например, через несколько дней в лесах за линией фронта целый батальон противника, усиленный артиллерией, вступил в бой с нашими войсками. Командование 9-й армии приказало армейским корпусам «принять все меры, чтобы не отстать от 3-й танковой группы». Для этого им надлежало выслать передовые отряды, моторизованным подразделениям которых разрешалось пользоваться дорогами, отведенными для движения танков. Нарушение нормального движения по дорогам неизбежно, когда танковые корпуса не осуществляют контроля над правильным использованием дорог.

Из-за этих трудностей марша 57-й танковый корпус своими передовыми частями достиг только Воронова, расположенного на дороге Лида – Вильнюс. Таким образом, корпусу все же удалось пройти 70 километров. 19-я