Черноземье. Король 2 - Иннокентий Белов

— Там мы туда уйдем? В твой мир?

— Да, тебе нужно провести какое-то время около меня и часть из него обязательно в специальном месте, где получится все время работать с огромной магической энергией, — про довольно близкий к нам сейчас Храм я все же ей пока ничего не рассказываю. — Там мы определимся с твоим теперешним уровнем в магии. Думаю, ты теперь где-то на третьей ступени, но за пару осьмиц плотной работы в нужном месте вполне сможешь еще выше подняться.

— Как все же я смогу общаться там, в твоем мире? — сомневается Клея. — Я же не знаю вашего языка?

— Не переживай. Проживание в месте с магическим камнем дает тебе возможность за осьмицу-две выучить язык, чтобы научиться так же быстро читать и писать на нем, — успокаиваю я ее.

— Нужно ли мне вообще подобное знание? — не понимает Клея. — Если мы пробудем там недолго и вернемся сюда навсегда?

— Очень нужно. Из моего мира принесем много книг, ты сможешь их прочитать и перевести на местный язык, потом даже на сатумский. Бесценные знания моего мира про медицину, выращивание растений, огромнейшее количество бытовых знаний. Как устроить настоящий водопровод, канализацию, отопление, что здесь не так актуально, электрические сети, еще очень много-много всего — все ты сможешь дать нашим народам, — показываю я Клее огромные перспективы, получаемые от использования чужого знания.

— Я буду заниматься нефтепереработкой, разведкой земельных недр, сталелитейным производством и тяжелой промышленностью. Пусть ты пока не понимаешь мои слова, — заранее предупреждаю я вопросы подруги. — Начнешь читать наши книги и все быстро поймешь. Откроешь свое училище для способных девушек, будешь их же по правильным книгам учить всем достижениям моей цивилизации. Когда сама лично переведешь их на сатумский язык, на тот же корли.

Глаза у Клеи блестят, она сегодня узнала очень много из ранее неведомого, но подобные перспективы ее тоже заметно радуют.

— Займешься потом, во время войны или после нашей победы переводом книг на свой язык. Ну, и править будешь тоже, — напоминаю подруге, что повоевать все же придется.

Так что через осьмицу караван из четырех шхун, зафрахтованный уже лично мной, отвалил от пристани Астора, чтобы через день начать выгружаться в Гардии.

Приходится формировать обоз из телег перевозчиков, но они всегда готовы заработать на обратном пути к рудникам. Так что из гавани выехали тоже через день. Семьи наших кузнецов пока с восторгом рассматривают развалины и восстановленную часть знаменитого города-порта. Еще два дня пути и вот, наконец, мои грузы занимают места в промзоне, как раз там, где для них уже подготовлены фундаменты.

Возчики пока не понимают, что все подобные громоздкие приспособления лишат большинство из них неплохо оплачиваемой работы. Из шести десятков на перевозке руды останется всего один, остальные станут просто работать на меня.

Зато приятель Сохатый не ограничился работой только в одном своем трактире. Поэтому теперь заведует всем поселением, размещает приезжающий народ, приставляет к работе — строить новые дома, прокладывать дороги к ним. Реальный спаситель для меня, столько хлопот и лишних забот снимает с моих плеч, что словами даже не передать.

«И, конечно, хорошо имеет со всех. Но меня все устраивает, если в поселке есть твердая власть и нет какой-то анархии», — думаю я за праздничным обедом, посматривая на его довольную рожу.

— Здорово все ты здесь устроил! — признаюсь я ему вечером на ужине, когда отхожу от большого праздничного стола, накрытого для больших семей обоих кузнецов всем, что может дать северная земля.

И что еще можно привести из Астора из самых дорогих деликатесов.

Прошелся между домами поселка, все выглядит опрятно и красиво, есть уже здесь свои уборщики. Жителям запрещено выбрасывать отходы куда попало, теперь все сносят их в большие деревянные ящики, стоящие на подводах. Дальше отходы вывозят в компостные ямы, где перепревает будущие удобрение для огородов и садиков.

Сохатый долго отчитывается передо мной вечером. Судя по тому, что никакие сигналы о произносимой лжи не приходят после его слов, пожилой Охотник понял, что со мной нужно жить более-менее честно. Отдает весь долг за свою долю в трактире, за восемь месяцев заработал на всем очень солидно. Теперь его обратно к Протве в старый трактир не заманишь, когда тут настолько шикарные доходы поперли. Есть у него уже своя осьмица из приближенных парней, присматривают за порядком и собирают деньги с открытого по моему совету рынка. Еще вразумляют разных бузотеров и скандалистов, когда такое становится необходимо.

Потом мы с Водером работаем половину осьмицы, он спешно собирает и устанавливает водяные колеса, закладывает каталонские печи с вагранкой, инспектирует кузницы, составляет списки нужного оборудования для дальнейшей работы производств.

Я же брожу вокруг будущего водохранилища, оно пока полностью заполнено водой после весны на всю свою меньшую половину. Потом начинаю использовать заряженные Палантиры, создаю пока отделенное от него новое огромное пустое пространство, уходящее дальше в каменный склон. Трачу все пять Палантиров полностью, но уже подготовил основную часть водохранилища.

— Вот, осталось еще немного углубить чашу водохранилища, пробить в камне правильные стоки для воды и можно разрушать стенку с основной часть! — показываю Водеру свои достижения.

Семьи Водера и Глория пока катаются на повозках с рессорами смотреть всякие местные достопримечательности в охранении осьмицы моих людей. Еще осьмица охраняет меня и Водера от всяких случайностей.

— Завтра поедем смотреть настоящую Башню Последних Магов! Как и было обещано в программе путешествия! — объявляю я всем туристам.

Правда, не говорю, что ехать туда три дня, там мне придется провести тоже пару-тройку дней около магического стола. Но семьи Водера и Глория в оставшейся целой Башне просто переночуют и отправятся сразу в порт Гардии, чтобы вернуться домой. Водер будет их там встречать, в самом порту, а пока ударно поработает в промзоне. Я же заряжу Палантиры на магическом столе Башни и вернусь доделать водохранилище.

Такие у меня предварительные планы.

Глава 5

Пробираясь верхом по стремительно зарастающей дороге, я сейчас прямо до зубовного скрежета жалею, что когда-то приказал сжечь первую Башню.

— Какого черта? Теперь на два дня дольше тащиться! — бормочу себе сквозь зубы крайне раздраженно.

Под копытами моей выносливой лошади мелькают упрямо тянущиеся к светилу кусты и высокая трава. Постоянно приходится присматривать, чтобы не налететь на большой камень или ствол дерева поперек дороги.

«Никто тут