Мозг: азарт и любовь. Почему мы теряем голову от риска, игр, страсти и ревности - Вячеслав Дубынин

век, особенно его вторая половина, – это не только промышленная революция, но и развитие спорта, рост его доступности для широких масс, коммерциализация. Начинают выпускаться инвентарь и форма для футбола, тенниса на лужайках (лаун-тенниса), женские велосипеды с низкой рамой и соответствующая дамская одежда. Появляются первые профессиональные ассоциации и команды гимнастов, бейсболистов, борцов, гольфистов.

Новый этап открыло восстановление Олимпийских игр в 1896 году, хоть изначально они и были сугубо любительскими. Но постепенно многие государства, частные лица, спонсоры стали выплачивать победителям денежные призы. С 1988 года участие профессионалов в Олимпиадах является вполне легитимным.

Особая история – «технические» виды спорта. Яркие, зрелищные, но требующие огромных затрат: автогонки, мотоспорт, гонки на катерах, парусные соревнования, парашютизм, авиаспорт. И конечно, кроме Олимпийских игр, существуют развитые системы чемпионатов мира, отдельных стран и континентов, национальные соревнования, международные кубки и т. д.

Такое многообразие позволяет сохранять высокий уровень азарта как для участников, так и для зрителей. А поскольку внимание потенциального покупателя является важнейшим товаром современности [56], его «собирают» и продают организаторы соревнований. Платят деньги тут, конечно, рекламодатели. Бизнес – и ничего личного.

К середине ХХ века спорт оказался важной и неотъемлемой частью мировой экономики. Любая крупная корпорация инвестирует в футбол, баскетбол, бокс, биатлон… Для бизнеса это эффективный способ продвижения собственной продукции и ценностей. Подписываются фантастические по стоимости контракты со звездными чемпионами, которые готовы рекламировать что угодно – от чипсов, газировки, лекарств и косметики до автомобилей и недвижимости. Появился Криштиану Роналду в роликах шампуня Clear – и вот уже сотни тысяч его фанатов задумались, а не начать ли мыть голову тем же средством, что и их кумир. Работает безотказно.

В итоге зрители оказываются погружены в спортивные процессы очень глубоко: они не просто наблюдают за соревнованиями и болеют за полюбившихся спортсменов. Публика получает настоящее шоу, а заодно и возможность копировать своих кумиров в одежде, питании, образе жизни – вплоть до маний подражания, поклонения и даже преследования [57].

Спортивные допинги

В конце XIX века, когда соревнования неуклонно становились все масштабнее, а призы значимее, возник особый феномен – допинг (от англ. dope – «принимать наркотики»). Первые случаи применения стимулирующих веществ зафиксированы в конном спорте, где владельцы лошадей использовали всем известный кофеин, а также стрихнин (сильнейший яд, который в микродозах активирует двигательные центры мозга, а в токсичных количествах вызывает судороги) и кокаин, чтобы улучшить результаты своих скакунов. Подходы, разработанные для животных, позже нашли применение и в соревнованиях между людьми. «Почему бы и нет?» – подумали спортсмены и организаторы. Действительно.

В те времена спорт (да и медицина) еще не выработали жесткие правила в отношении психостимуляторов. Более того, «эксперименты» с подобными соединениями считались частью прогресса. Например, на Олимпийских играх 1904 года марафонец Томас Хикс бодро победил благодаря коньяку и стрихнину. Стрихнин дважды вводили ему прямо на дистанции для поддержания сил. Так что медалист Хикс – один из первых известных случаев использования допинга. Запрет на стрихнин в спорте был принят только в конце 1960-х, с появлением Медицинской комиссии МОК (Международного олимпийского комитета). В 1999 году было образовано Всемирное антидопинговое агентство (WADA).

В первой половине ХХ века популярность стимуляторов постоянно росла. Амфетамины, изначально позиционировавшиеся как препараты для расширения бронхов, стали использовать в целях повышения физической активности, концентрации, выносливости. Во время Второй мировой войны эти вещества, усиливающие работу дофаминовых и норадреналиновых синапсов, активно применялись германскими, а позже – американскими военными [58]. Связь амфетаминов с театрами военных действий, а также с зонами политической нестабильности сохраняется и в настоящее время [59].

В 1950-е годы стимуляторы стали популярны у водителей-дальнобойщиков и нашли свое место в спорте. Особенно это проявлялось в дисциплинах, где на первое место ставились максимальная выносливость и борьба с усталостью. Например, в велогонках.

В эти не столь далекие времена использование допинга воспринимали скорее как индивидуальную находчивость, а не как нарушение или тем более преступление. Участники соревнований экспериментировали с веществами открыто, врачи национальных сборных искали безопасные и эффективные способы улучшения результатов. А зрители хлопали: «Ну каков хитрец-молодец!»

ЛЕГКАЯ И ТЯЖЕЛАЯ АТЛЕТИКА, ЛЫЖНЫЙ И ВЕЛОСПОРТ СТАЛИ СВОЕГО РОДА ПОЛИГОНОМ ДЛЯ ИСПЫТАНИЙ РАЗЛИЧНЫХ ПРЕПАРАТОВ.

В противовес этому еще в 1930-е годы начались дискуссии о возможных негативных последствиях применения стимуляторов. Прежде всего – амфетаминов и производных эфедрина. К этому времени накопились весомые данные о побочных эффектах, включая истощение, сердечно-сосудистые осложнения и даже летальные исходы. Тем не менее на практике спортсмены продолжали использовать стимуляторы – все ради победы. И лишь смерть датского велогонщика Кнуда Йенсена на Олимпиаде 1960 года, а потом и гибель англичанина Тома Симпсона на этапе «Тур де Франс» в 1967 году запустили процесс, который привел к контролю применения допингов. Рекомендую ознакомиться с биографией Тома Симпсона, становившегося даже чемпионом мира (!), как с примером маниакального стремления к спортивной победе любой ценой. Даже ценой собственной жизни.

Как работает допинг

Амфетамины и подобные им молекулы действуют прежде всего на нервную систему (стриатум, N. accumbens), создают здесь и сейчас иллюзию способности продолжать состязание. «Нет, ты не истощен, энергия не закончилась, ты можешь, давай, двигайся». Хотя на самом деле, конечно, человек уже «закончился». Разрушительные последствия применения таких веществ более чем очевидны: привыкание и зависимость, инсульты, инфаркты, импотенция, вплоть до внезапной смерти от переутомления.

А еще присутствие амфетаминов в организме легко детектировать. Вот почему им на смену постепенно стали приходить более скрытые варианты допингов, не столь резко, но реально повышающие силу и выносливость, – препараты с эндокринным механизмом действия. Скажу несколько слов только о двух группах: анаболических стероидах и эритропоэтинах.

Анаболические стероиды, синтетические производные тестостерона, способны значительно увеличивать мышечную массу и силу. Они проникли в спорт еще в 1950-е годы, найдя для себя нишу в тяжелой атлетике. Но массовое применение началось только в 1970-е, на них «подсели» тяжелоатлеты, легкоатлеты, пловцы, не говоря уже о бодибилдерах.

ЭФФЕКТИВНОСТЬ СТЕРОИДОВ КАК ДОПИНГОВ ВЕСЬМА ВЕЛИКА, НО ВМЕСТЕ С ТЕМ ОЧЕВИДНЫ И СЕРЬЕЗНЫЕ ПОБОЧНЫЕ ЭФФЕКТЫ: ГОРМОНАЛЬНЫЕ ДИСБАЛАНСЫ, ПОВРЕЖДЕНИЯ ПЕЧЕНИ, СЕРДЕЧНО-СОСУДИСТЫЕ ПРОБЛЕМЫ, ПРОЯВЛЕНИЯ АГРЕССИИ.

Особенно вероятны проблемы для женского организма, оказавшегося накачанным производными тестостерона: могут происходить глубокие изменения во внешности и физиологии.

В Восточной Германии (ГДР) государственная система подготовки спортсменов включала обязательное использование анаболических стероидов. Часто препараты выдавали девушкам под видом витаминов. Да, было завоевано множество медалей, но позже оказалось, что сотни атлетов пострадали от последствий допинга. Около 10–15 лет назад правительство Германии приступило к выплате денежных компенсаций