Порочные пожарные для булочки - Бетти Алая

Как только мы заходим в здание, Зорька начинает клянчить попкорн. Но я же хороший брат, правда? Нет! Даже отличный!

— Ладно, пошли, — выдавливаю из себя. Мы направляемся к киоску с лакомствами. И тут…

— Девушка, будете заказывать? — слышу недовольный голос мужика за кассой и невольно поднимаю взгляд. Погодите-ка…

Темные длинные волосы, бордовое платье. БУЛОЧКА! ЛАДА! Это точно судьба!

В груди мгновенно становится тесно. Настроение делает резкий скачок вверх, а сердце — кульбит.

Только вот булочка, едва взглянув на меня, разворачивается и… бежит.

Эээ…

В чём дело? Я же не кусаюсь.

Или она решила, что я на свидании? Черт, точно!

А я стою и не понимаю…

То ли остаться с сестрой, то ли бежать за булочкой. В голове вспышка: мать будет недовольна, если я брошу Зорьку.

Но ноги уже несут меня к Ладе. Сестренка, прости, потом отработаю!

— Зоря, вот карта, купи все, что хочешь, — сую ей в руки свою карточку и уже разворачиваюсь, чтобы догнать мою девочку и все ей объяснить, как вижу ее у входа в зал.

Лада что-то рассказывает пышной блондинке в розовом свитере, отчаянно жестикулируя. А затем они ныряют в зал. На тот же сеанс, что и мы с Зоряной.

Что ж… моя сочная булочка. Это точно судьба!

И я придумал, как сделать так, чтобы ты больше никуда от меня не убежала!

Глава 9. Кино, маньяки и один наглый пожарный

Лада

Возможно, я веду себя как инфантильная девчонка. Бегу от мужчины, который мне нравится, но который сейчас доказал, что все мужики одинаковые.

Может, стоило этот попкорн обрушить им прямо на головы?

Мда, очень по-взрослому, Яблочкина.

Плюнув на попкорн, я уношу ноги и прямо у дверей в кинозал сталкиваюсь с подругой.

— Лада, ты чего? — Глаша ловит меня за руку. В глазах подруги появляется тревога. — Ты белая, как мел. Что случилось?!

— Это он… он…

Глаша мгновенно считывает ситуацию. Сжимает мои пальцы.

— Дыши, Яблочкина. Сейчас разберемся. Ты, главное, не вздумай сбегать и бить его сумкой, ладно? Сначала посмотрим.

Зефиркина выглядывает из-за моего плеча и безошибочно считывает Платона.

— Ого! Да он просто богатырь… Лада, я тебя понимаю, — хмыкает, задерживая восхищенный взгляд на моем пожарном, — хорош, черт! А какие мускулы, ммм… ты уже все пощупала?

— ГЛАША! — гаркаю, тут же краснея.

— Ты же сказала не орать, — прищуривается подруга, затем берет меня под локоть, — не беспокойся, это его сестра или племянница. Родственница, в общем.

Что? Почему она так уверена? Пытается меня успокоить? Или я просто… так ревную, что не замечаю?

Еле сдерживаю желание обернуться и рассмотреть, но усердно делаю вид, что мне плевать.

Мы протягиваем билеты и заходим в зал. Наши места в третьем ряду.

— С чего ты взяла, что родственница? — хмыкаю, пока мы рассаживаемся.

— Да они же похожи как две капли воды! Носы один в один. Если это не сестра, то я — балерина. Мне тебе простейшие вещи объяснять надо? — закатывает глаза подруга.

— Ну, не знаю… я не заметила, — бормочу себе под нос, плюхая сумку на колени.

— Это потому, что ты по уши влюблена, Лада. Я тебя понимаю… такой красавчик и с девушкой в кино. Оно и понятно, — Глаша достает зеркальце и поправляет блеск для губ, — хорошо, что мы пошли вместе. Иначе ты бы наломала дров.

— Я не влюблена в него! — уверенно заявляю. — Мы просто…

Опасливо осматриваюсь по сторонам. Пока рядом никого нет. Два свободных места.

— Ну конечно, — Глафира снова закатывает глаза, — и из-за твоего «не влюблена» мы остались без попкорна. Как маньяка бояться-то будем, невлюбленная? — Она делает в воздухе знак пальцами типа кавычек, и я бросаю на подругу свирепый взгляд.

Рядом кресло скрипит и меня обдает неприятным запахом сигарет и пота. Морщусь, машинально двигаясь к Глаше, но, как назло, эти кресла явно не рассчитаны на девушек плюс-сайз.

Рядом приземляется грузный мужчина, от которого за версту разит дешевым табаком. Невольно вжимаюсь в кресло, мечтая оказаться подальше.