Его враг – его жена - Ника Давыдова

их совместного проживания, Аэлрик с женой делили одну комнату на двоих, как-то само собой это получилось, но при этом своя спальня у каждого тоже была. Поэтому отселить Сэлиру от себя было делом одного короткого приказа. Жаль, что рану в душе тоже нельзя было залечить парой коротких сухих фраз.

— Мне сказали, что ты не ела, — обронил сильварх, прикрывая за собой дверь.

Сэлира сидела на широком подоконнике полу боком к окну и за чем- то внимательно наблюдала. Одета в простое домашнее платье — обычно она такие игнорировала в своем гардеробе. Аэлрик нахмурился, подозрения в нем всколыхнулись с новой силой.

Жена медленно повернула голову в его сторону:

— Я думала, ты уже окончательно меня бросил.

— Так и есть, — он криво усмехнулся, — так что не жди от меня ничего.

— И все же ты здесь, — парировала Сэлира и вдруг добавила робко, — Почему?

Потому что Аэлрик ненавидел, когда у него имелись незаконченные дела. И непоставленная точка в их разговоре его раздражала.

— Чтобы сообщить, что завтра тебе придется подписать бумаги о разводе, — сухо ответил он, — Я пригласил семейного адвоката, поэтому в случае чего не строй удивленное лицо, будто бы ты ничего не знала.

Она тут же именно его и состроила.

— А… то есть все хорошо? Во мне нет ничего темного?

Сэлира частенько использовала один и тот же прием, когда они ссорились: тон ее становился мягким и чуть просящим, во взгляде появлялась беззащитность, и хотелось взять и все на свете простить, потому что иначе просто было нельзя.

— Смотря что ты считаешь «хорошо», — хмыкнул Аэлрик, отводя взгляд, — отдыхай. И больше не отказывайся от еды. Хватит спектаклей.

— Я не!..

— Доброй ночи.

— Погоди. — в его рукав вцепились немного дрожащие пальцы. Он медленно опустил глаза, рассматривая яркие ноготки и думая, что это сейчас — еще один спектакль? Как ему раньше это не надоедало? — Пожалуйста, погоди!

— Что?

Аэлрик, не колеблясь, отвел руку назад, возвращая себе личное пространство.

Сэлира чуть прикусила губу. Несколько секунд она молчала, потом вдруг метнулась к прикроватной тумбочке и вернулась, протянув мужчине конверт.

— И что это?

— Посмотри, пожалуйста.

Что-то в ее голосе заставило его прислушаться к просьбе.

Шаэри

Я с волнением наблюдала за сменой эмоций на лице Аэлрика. Едва уловимое раздражение сменилось настороженностью, темные брови сошлись на переносице, а глаза сверкнули золотом, будто бы повелевая буквам в записке открыть все тайны. Но, увы, такой силой сильварх не обладал.

— Это было с утренней корреспонденцией? — спросил он коротко.

Я кивнула.

— И… мне кажется, что я не сама отравилась вчера. Ты же знаешь, я не из тех, кто специально будет делать себе плохо.

Весь день я провела, размышляя, стоит ли мне рискнуть и попросить помощи у Аэлрика, или нет, и пришла к выводу, что больше мне все равно ничего не остается.

— И при этом ты не помнишь последние недели, — он резко зачесал свои короткие светлые пряди назад, будто бы немного растрепанные к концу дня волосы мешали ему сосредоточиться, — И идей, кто это может быть, у тебя нет?

— Все именно так.

— По-другому и быть не могло, — отозвался Аэлрик, — я разберусь с этим, не переживай. Но это ничего не меняет. Завтра мы подпишем бумаги о разводе.

— Да, я поняла, — ответ получился каким-то кислым, хотя я вовсе не хотела выделываться. — А из комнаты мне теперь дозволено выходить?

Удостоилась какого-то странного взгляда от Аэлрика.

— Я тебя не запираю. Но вот из дома пока ни ногой, раз ты такие угрозы получаешь. Понятно?

Больше ни на какие мои слова он не реагировал. Молча вышел из покоев, аккуратно прикрыв за собой дверь, но при этом ощущение будто такое, будто он от души ею хлопнул.

Я вздохнула.

С плеч как будто бы упало несколько килограммов камней. Все же он не оставит меня разбираться одну с недоброжелателями Сэлиры. Не отправит в тюрьму. И даже несмотря на то, что он зол, специально мстить он тоже не будет.

Хочу догнать его и рассказать все-все-все. Но нельзя. Я похлопала себя по щекам, возвращая в реальность. Раз по дому перемещаться мне можно, то это уже неплохая вариация свободы. Мне кажется, что где-то у Сэлиры должен быть свой кабинет или комната, где можно найти доказательства ее причастности к отступникам. Спальня, в которой я проснулась, была как будто не совсем обжитой. Личные вещи какие-то присутствовали, но словно для антуража просто. Я успела за несколько часов изучить все вдоль и поперек. Значит, это покои, куда отослали неверную жену с глаз подальше. А где-то ведь должна быть комната, в которой Сэлира любила проводить время?

И надо понаблюдать за слугами. Должны же быть какие-то личные горничные, которым девушка поручала какие-то важные дела?

Те, что помогали мне с одеждой днём, были молчаливы, насторожены даже немного, и я заключила, что либо они наняты совсем недавно, либо по приказу Аэлрика присланы исключительно для того, чтобы проследить за моим поведением.

Уверена, есть кто-то, кому можно доверить несколько поручений. Мне нужно узнать, где находится мое тело, в каком состоянии. Связаться каким-то образом с Элвенн, ведь она — единственный мой близкий человек в городе.

Я успела немного успокоиться за прошедший день и убедить себя, что жизнь пока еще не закончилась. И если постараться, может, еще остался шанс ее вернуть.

Нестерпимо хотелось спать. С ушедшим напряжением ушли и силы, и хотелось прилечь и прикрыть глаза. К тому же, сказывалась слабость, все еще оставшаяся после отравления.

Устало опустилась на кровать. Интересно, что будет, если засну? Вдруг в бессознательном состоянии удастся как-то найти путь к своему телу? Но одновременно с этим внутри жил страх, что на мое место может прийти Сэлира, что-то натворить, а утром мне придется с этим разбираться.

Так и получилось.

Глава 9

Глава 9

Я совсем отвыкла от обычного человеческого сна без каких-либо происшествий, что темнота, обволокшая разум, стоило прикрыть глаза, вызвала тревогу. Как будто опять повторилась вчерашняя история с потерей сознания.

Впрочем, вынырнула из небытия по ощущениям очень быстро. Как это часто бывает: только ложишься на подушку, прикрываешь глаза на пару секунд, а за окном уже утро.

Но был один нюанс. Подушки под