Преподаватель - Юлия Хокка

– Ксения Витальевна, это абсурд! Я… – От негодования не получалось нормально сформулировать мысль. – Я не знаю, кто написал эту хе… извините, этот полнейший бред. Олег никогда ни к чему меня не принуждал! Никогда! – Я выразительно посмотрела на преподавательницу, та спокойно и внимательно меня слушала. – Он, наоборот, говорил, что будет ждать, сколько нужно, когда мы… когда у нас… ну, в общем, вы поняли. Олег порядочный и хороший мужчина, он бы никогда не стал кого-то принуждать к такому или угрожать, это бред полный!

Преподавательница кивнула, но явно ждала продолжения. И я продолжила:

– И уж конечно, я никому об этом не рассказывала. Во-первых, про насильственный характер не могла никому сказать, так как его не было, во-вторых, я в принципе никому не говорила про Олега, даже Алене и Насте. Я понимала, какие могут быть последствия. И да, я никого не запугивала, это бред.

Закончив, я шумно выдохнула.

– Хорошо, Олесь, я поняла вас. То есть в письме нет ни слова правды?

– Ну, правда только в том, что мы действительно в отношениях. Но все остальное – чистый бред сумасшедшего. Никакого насилия не было, речи об оценках не шло, никто никому ничего не говорил и не запугивал.

– Хорошо. – Ксения Витальевна облокотилась лбом о ладонь и прикрыла глаза. – Олесь, а есть предположения, кто мог это написать? – спросила она после недолгого молчания.

– Ну… – я задумалась, щеки горели от бушующих эмоций, – нас видел Дима, когда мы целовались. И все.

– А в деканате он мог вас видеть?

– Что? – Мои брови нахмурились.

Ксения Витальевна показала мне фото, где мы с Олегом стоим в деканате и почти целуемся. Тот самый момент, после которого он меня во второй раз отверг. От злости, сильнейшего смущения и испуга кровь второй волной прилила к голове. Кто и как мог нас сфотографировать?! Посмотреть в глаза Ксении Витальевне было сложно, так что я устремила взгляд в стену.

– Не знаю… Вряд ли он. Я… я попробую как-нибудь выяснить.

– Да, вам с Олегом лучше найти того человека и как-то урегулировать эту ситуацию. Мы с ним уже договорились, давайте договоримся и с вами. – Лицо преподавательницы выражало явное недовольство. – Я пока не буду как-то реагировать на это письмо, сделаю вид, что ничего не видела… Но это пока. Вы про меня тоже пока никому не говорите, попробуйте найти автора доноса и постарайтесь решить мирно. В противном случае, боюсь, исход может оказаться не самым благоприятным, особенно для Олега. Не хотелось бы, чтобы ему пришлось уволиться. Я вам двоим верю, хоть и не понимаю. – Она покачала головой и резко опустила руку на стол. – Ладно вы, но он чем думал? Это ж надо так… – Ксения Витальевна снова покачала головой.

– Он не хотел, чтобы так… – начала оправдывать Олега я, но она меня перебила.

– Ладно, неважно, я все поняла. Можете идти, Олесь. Спасибо.

– Хорошо. – Я поднялась на ноги. – До свидания.

– До свидания, – со вздохом ответила преподавательница.

Но уже у самого выхода я остановилась и обернулась на нее. В голову пришла одна идея.

– Знаете, если потребуется, я готова сказать вышестоящему руководству, что это я написала. Ну, якобы он мне нравится очень, а он отверг, вот я и разозлилась. И фото подставное. Ну, и я как бы сначала это сделала, а потом одумалась и призналась. Ну, или еще что-то.

– Олесь, идите домой и не делайте глупостей. Заступница.

Кивнув, я выбежала в коридор. От этой «гениальной» идеи решила пока не отказываться, а рассказать ее Олегу. Он вряд ли разрешил бы так сделать, но это могло бы стать выходом, если у него все же возникнут проблемы. Меня же не должны за такое отчислить? Или могут?..

Оказалось, Шефер не уехал на работу, а остался ждать меня в машине. Запрыгнув в теплый и приятно пахнущий салон, я снова вздохнула – одновременно тяжело и облегченно. Стоило попасть в более комфортную обстановку, как после стрессовой ситуации тело стало ватным и вмиг накатила усталость. Олег дал мне посидеть молча, прийти в себя, после чего сказал:

– Давай поедем в сторону дома, и ты по пути расскажешь, как все прошло, а то я уже тотально ничего не успеваю, на работе дел по горло.

– Да, конечно, – отозвалась я и потянулась за ремнем безопасности.

– Тебя ко мне отвезти или домой? – задумчиво спросил он, когда мы выехали с парковки и остановились на ближайшем светофоре.

Я нахмурилась. Какой-то странный вопрос, Олег же сам недавно хотел, чтобы я осталась. Передумал? Что-то изменилось после разговора с Ксенией Витальевной? Чтобы себя не накручивать, я решила спросить напрямую:

– Ты просто интересуешься моим желанием или сам передумал и уже не хочешь, чтобы я оставалась?

Он молча забарабанил пальцами по рулю.

– Олег? – Я чуть нагнулась к нему, вглядываясь в лицо. Глаза быстро забегали по суровым чертам в поисках понимания.

Шефер опустил веки, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, после чего снова уставился на дорогу. Красный свет светофора сменился на зеленый, и мы двинулись.

– Нет, ничего, извини, – покачав головой из стороны в сторону, сказал он. – Это я так. Ерунда. Конечно, я хочу, чтобы ты у меня осталась.

Кивнув, я откинулась на спинку сиденья и перевела взгляд на боковое окно. Шедшая по тротуару красивая девушка в пальто и в сапожках на небольшом каблучке поскользнулась, внутри в этот момент все сжалось, но, к счастью, ей удалось удержать равновесие.

– Лесь, а какие у тебя вообще отношения с одногруппниками? – спросил Олег, не отводя глаз от лобового стекла.

– Ну, в целом нормальные, – стала рассказывать я. – Дружу с Аленой и Настей, как ты знаешь, еще с несколькими девочками нахожусь тоже в довольно неплохих отношениях, еще с несколькими просто общаюсь, с кем-то не общаюсь, но никакого напряжения нет. Проблемы у меня есть только с Рубиновой и нашей старостой. И еще с Димкой теперь. Ну, и, думаю, свора Рубиновой тоже ко мне не очень относится, но прямо стычек у нас не было. Если игнорировать идиотов в лице этих двух тупых куриц, то все хорошо.

– И насколько все плохо с Мариной и Златой?

Меня бесило, что он называл этих картонных дур по именам, а не по фамилиям, но если бы я это озвучила, то это оказалось бы весьма странным и глупым предъявлением, так что пришлось промолчать и пропустить мимо ушей.

– Рубинова просто бесится из-за тебя, она всей группе рассказывала, что будет с тобой мутить, на меня пару раз шикала, просила не высовываться, не лезть к