Преподаватель - Юлия Хокка

Глава 48

Коротко постучав в дверь, Олег заглянул в кабинет. Я осталась стоять в коридоре, но, чуть посомневавшись, все же подошла вплотную к деканату и прислушалась. Беспокойство жгло изнутри холодным пламенем. Ни в ближайших кабинетах, ни рядом в коридоре никого не было, в этой части академии стояла полная тишина, так что с трудом, но удавалось слышать, о чем говорили преподаватели.

– Олег, давай без лишних предисловий, думаю, ты уже и так все понял, – произнесла Ксения Витальевна.

– Экономию времени ценю, тут согласен, но понимаю пока не все. Что случилось?

– Шефер, давай прямо. Ты спишь со студентками?

От волнения я прикусила губу и немного поморщилась. Последняя надежда на то, что нас вызвали на разговор не из-за наших отношений, разрушилась.

– С чего такой вопрос вообще? – Олегу удавалось сохранять голос ледяным и безэмоциональным.

Пока ехали с ним в машине, мы так и не приняли решение, какой позиции придерживаться, так как и понятия не имели, что и откуда знает Ксения Витальевна. Если до нее дошли обычные слухи, легче просто все убедительно отрицать. Если она каким-то образом получила неопровержимые доказательства, то отрицания только усугубили бы ситуацию.

– Просто ответь на вопрос. Спишь? Да или нет? Я тебе не враг, но мне нужно знать правду.

– Да. С одной, – после небольшой паузы ответил Олег. – Один раз, на данный момент.

И снова пауза. Легко было представить, как преподавательница недоумевающе подняла брови, затем тяжело вздохнула и после этого посмотрела на Шефера долгим взглядом.

– С Белокрыловой Олесей? – наконец спросила она.

Неужели все же Дима кому-то рассказал и эти слухи дошли до нее?

– Какая разница? Как-то неэтично с моей стороны сообщать имя девушки. Может, она не хочет афишировать? Ты же хотела поговорить со мной и обо мне? Так давай обо мне.

– А спать со студентками этично, Шефер?

– Она же не школьница. Она взрослая девушка. И это было осознанно, по обоюдному согласию, мы встречаемся уже какое-то время. В планах заводить отношения со студенткой не было, это вышло случайно, просто так получилось.

Преподавательница немного помолчала:

– Хорошо, если хотя бы это так, как ты говоришь.

– А есть подозрения, что иначе? Как до тебя вообще дошла эта информация?

– Подозрения есть, хоть я во все это и не поверила, – послышались щелчки мышкой, – не хочу верить, во всяком случае. Но мне пришло письмо, не отреагировать я, сам понимаешь, не могла. Вот, взгляни.

Какое еще письмо?

Заправив волосы за уши и продолжая кусать губу, я ждала, пока Олег, по всей видимости, прочитает какое-то письмо.

– И ты вызвала меня на ковер из-за этого бредового анонимного доноса? – в его голосе стали проскакивать злость и раздражение. – Это же бред полнейший!

О чем же шла речь? Димка решил написать обо всем Ксении Витальевне? Но зачем? И почему только сейчас?

– Я сначала тоже подумала, что это бред. Но дальше было это. Шефер, обязательно этим на рабочем месте заниматься?

Что? Что она ему показала? Что было дальше? Мои руки била мелкая дрожь.

– Да, сглупили, поддались чувствам. Никакого секса тут не было. Секс был один раз у меня дома, и уже после того, как мы какое-то время состояли в отношениях, я повторюсь. Фото подтверждает лишь то, что мы с Лесей встречаемся. Все остальное, что написано, – полнейший бред, – раздражительно, но твердо сказал Шефер.

Какое еще фото?! Никто, кроме Семенова, в аудиторию не входил, а он точно нас не фотографировал! Так ведь?

– Я хочу в это верить.

– Боже, Ксюша! – воскликнул Олег. – Я никого не принуждал, и на меня никто не вешался, оценки тут вообще ни при чем. Да, Леся получила пять за экзамен, но я оценил ее честно, по знаниям. Ребята, находившиеся с ней в аудитории, подтвердят. Ну и, зная Лесю, уверен, что она никого ничем не запугивала, это бред. Когда нас однажды увидели, она очень сильно испугалась, вроде как за меня. Не стала бы она никому о нас рассказывать ради угроз. Бред!

Я уже вообще ничего не понимала… Но, видимо, скоро и мне предстояло обо все узнать.

– Кто вас увидел? Когда?

– Дима, ее одногруппник. На зачетной неделе. Зашел в аудиторию, мы там целовались.

– Твою мать, Шефер! Какого черта ты творишь это в вузе?! Взрослый же мужик.

– Не отчитывай. Сам все знаю. Но так вышло.

– И сколько раз у вас так выходило?

– Ксюш, перестань. Ничем таким мы тут не занимаемся. В порыве чувств один раз чуть не поцеловались, один раз все-таки поцеловались. И все.

– Олег, ты понимаешь, что это письмо могли отправить не только мне? Что, если оно пошло выше? Это же может перерасти в скандал, – встревоженно и недовольно заявила преподавательница.

– Если нужно будет, напишу по собственному. Или по статье увольняйте, если такая найдется. Но я и перед вышестоящим руководством могу повторить все то, что рассказал тебе. Вот только… Олесю в это не хочется вмешивать.

– Понимаю, но не получится не вмешивать. Ее имя в письме, и она на фотографии. Что будем делать, Олег? Не отреагировать я тоже не могу, если потом все всплывет, и всплывет в таком свете, как изложено в письме, то и на меня тень ляжет, получится, что я все знала, но прикрывала.

На несколько секунд повисла тишина. Затем Шефер заговорил:

– Давай сделаем так. Кинь письмо в спам и притворись, что ничего не видела. Ты же на него не отвечала?

– Нет, не отвечала.

– Прекрасно. Так вот, кинь в спам, и пока подождем. Если письмо уже отправили выше, то скоро с нами свяжутся, если нет, есть время подумать. Авторам доноса не понравится бездействие с твоей стороны, и они действительно могут попробовать отправить этот бред выше, но к тому времени мы с Лесей постараемся вычислить их и сами побеседуем с этими фантазерами. Согласна?

Немного помолчав, Ксюша Витальевна проворчала:

– Черт с тобой. Согласна. Но это только потому, что я очень хорошо отношусь к тебе и к Белокрыловой.

– Спасибо, Ксюш. Мы закончили? Я побегу?

– Беги, Шефер. – Раздражение и недовольство четко слышались в голосе девушки. – Олеся тут?

– Да, тут.

– Скажи ей тогда, чтобы заходила.

Я сразу отошла на несколько шагов от двери, а Олег, судя по приблизившемуся голосу, наоборот, подошел.

– Хорошо. Все, пока тогда.

Через секунду он вышел в коридор и сразу посмотрел на меня. Прочитать выражение лица Шефера не получилось – слишком уж много там было эмоций.

– Все слышала? – шепотом спросил он, приблизившись ко мне.