Предчувствие счастья - Евгений Львович Шварц

Гогенштауфен. Кто это?

Кофейкина. Я, дорогой.

Фавн. Волшебница!

Кофейкина. Вот именно!

Гогенштауфен. Еще одна?

Кофейкина. Да что ты, родной, это же я и есть, Кофейкина.

Гогенштауфен. А лицо, а платье?

Кофейкина. Да ты что, не привык еще, что ли? Просто я переоделась к бою. Превращение чистое, вполне научное. Один вид энергии переключила в другой, только и всего. Мне в этом виде легче драться, — дыхание, мускулы.

Гогенштауфен. А значок?

Кофейкина. Ну, а это я уж так. От избытка чувств. Хочу при встрече Упыреву подразнить. Смотри, мол, подлая, — я готова к труду и обороне!

Фавн. Волшебница! Дозвольте опьянеть у ваших ножек! Разрешите умереть за ваше здоровье!

Кофейкина. Да перестань ты на меня глаза таращить! Гогенштауфен! Очнись! У меня только формы изменились, а содержание прежнее. Не будь формалистом!

Гогенштауфен. В голове звон... Я целый день не ел...

Кофейкина. Ешь!

Из-под земли поднимается столик, на столе прибор. Кипит чайник. Стоят кушанья.

Фавн. Волшебница! Салат «весна»! Селедка в белом вине, импорт, Торгсин. Филе миньон! Рюмка водки за рубль сорок!

Кофейкина. Ешь! (Обнимает Гогенштауфена, уговаривает.) Ну, будь человеком, оживись, очнись. И погода хороша, и еда хороша, и я с тобой. Сейчас мы все устроим, все наладим! Лето ведь. Деревья растут...

За кулисами — Упырева и Маруся. Кофейкина и Гогенштауфен их не замечают.

Упырева (тихо). Видишь? Кутит с новой. Подлец! Иди себе к Дамкину! Все такие. Чего тебе горевать, отставать? Весело. Лето. Деревья растут... (Тихо смеется, уводит Марусю, за ними крадутся Журочкин и Арбенин.)

Журочкин (тихо). Не уступлю.

Арбенин (тихо). Не сдамся.

Уходят.

Кофейкина. Ну вот. Окреп?

Гогенштауфен. Да... Но нескладно... я... как объясню... ей...

Кофейкина. Все будет ладно. Враг-то наш только подлостью берет, чудеса творить — где ей!

Фавн. Волшебница! Сто десять лет стою в такой позиции, как будто сейчас с места сорвусь. Дозвольте помочь! Сакре ном! Пожертвуйте чудо, Христа ради! Прикажите побегать!

Вбегает Бойбабченко.

Бойбабченко. Дамкина я к дереву прицепила ящичком! Упырева Марусю сейчас к Журочкину и к Арбенину подвела, они ее мучают. Идем! (Вглядывается в Кофейкину.) Ах!

Кофейкина. Чего?

Бойбабченко. Ах ты, дезертир, ренегат, изменница!

Кофейкина. Почему?

Бойбабченко. В разгаре боя свой возраст бросила!

Кофейкина. Я так подвижней.

Бойбабченко. Врешь, кокетка. Как это противно, когда старая баба так молодится.

Фавн. Это вы, мадам, из зависти!

Бойбабченко. А это еще что за хулиган? Молчи, садовая голова! Уйдешь на минутку — кутеж, бытовое разложение, позор!

Кофейкина. Очнись.

Бойбабченко. Сбрось и мне хоть пять-шесть лет. Погода хорошая, лето.

Кофейкина. Некогда. Идем!

Фавн. Мадам! Неужто и вы тоже уйдете? Вторая волшебница меня бросает! У меня рассудок помутился, елочки-палочки.

Кофейкина. Стой! Какая вторая? Какая еще волшебница?

Фавн. Ой, приревновала! Да нет, мадам, я шучу! Разве та, другая, волшебница? Просто дура сопатая.

Кофейкина. Она с тобой говорила?

Фавн. Ну, что вы! Где ей!

Кофейкина. А что же ты бормотал насчет второй волшебницы?

Фавн. Я, мадам, экскюзе муа, трепался.

Кофейкина. Напугал, дурак. Если Упырева со злости начнет чудеса творить — неизвестно тогда, чья будет победа.

Бойбабченко. А разве она может?

Кофейкина. Со злости. Раз в сто лет. Говори честно — она тебя оживляла?

Фавн. Нет, нет, мадам. Она простая очковтирательница, парбле. И злобы в ней нет. Только хихикает. Позвольте мне присоединиться к вашему ордену.

Кофейкина. Взять его, что ли? Возьму.

Фавн. Ха-ха-ха!

Кофейкина. Пока диспозиция простая. Ты, Бойбабченко, вернись к Дамкину. Я пойду к Упыревой. А ты пойдешь...

Фавн. Пойду? Я помчусь, а не пойду, прелестница!

Кофейкина. А ты пойдешь и отгонишь от Маруси мужчин. Понял?

Фавн. Еще бы.

Кофейкина. А ее ласково приведешь сюда.

Фавн. Приласкаю ее, накажи меня господь!

Кофейкина. Без подлостей!

Фавн. Слушаю-с!

Кофейкина. Смотри! Исполнишь — буду пускать тебя каждый вечер. Напутаешь — в мраморное мыло превращу, в кооперацию отдам.

Фавн. Да что ты, очаровательница! Я ведь тоже хоть и паршивенький, а все-таки профессионал! Вроде — бесеночек!

Кофейкина. А если я узнаю, что Упырева с тобой разговаривала, а ты скрыл, — горе тебе, горе, горе!

Фавн. Ну вот, скажете тоже! Буду я от такой красотки скрывать что-либо!

Кофейкина. Ох, смотри. (Свистит.) Але-гоп!

Фавн спрыгивает с пьедестала, делает ряд высочайших прыжков. Чешется. Повизгивает, мечется, как пес, которого взяли гулять.

Лети.

Фавн. Лечу! (Делает несколько кругов, пригнувшись носом к земле. Принюхивается. Напав на след, с хохотом убегает огромными прыжками.)

Кофейкина. Так. А ты марш, марш к ящичку!

Бойбабченко. Есть! (Марширует. Уходит.)

Кофейкина. А тебя я сейчас вооружу. Чудес у нас в обрез. Надо приготовить три желанья. Три любых твоих желанья исполнятся. Но не смей желать без моего приказу! Чтобы не было путаницы — только те твои желанья исполнятся, которые крикнешь громким голосом. Понял?

Гогенштауфен. Да.

Кофейкина. Ну, то-то. (Свистит.) Раз исполнится, два исполнится, три исполнится! Старайся тише говорить. Ах, неприятно! Если она в полной злобе — все перепутает так, что просто ужас. Придется лететь к заведующему в отпуск. Беспокоить его. Пойду послежу за ней. (Уходит.)

Упырева (вырастает из-за кустов. Тихо). Сиди, жди! Чего ждешь — не будет, а что будет, то не выйдет. Всех перепутаю, все прахом пущу. Вы планы строите, а я расстраиваю. Вы строите, а я расстраиваю. Я в полной злобе. (Исчезает.)

Влетает Фавн.

Фавн. Дяденька! Ты человек хороший! Я статуй хороший! Я, чтобы побегать, на преступление пошел! Есть другая волшебница, а я от вашей скрыл! Боялся, она меня из ревности не отпустит. Прими меры! Есть опасность! Дядя! Спит... Ну, а у меня все благородство вышло. Больше повторять не буду. Дяденька!

Гогенштауфен вскакивает.

Дяденька! Сейчас придет твоя девушка. А я пока мужчин отведу. (Кричит в кусты женским голосом.) Товарищ Арбенин! Журочкин! Идите сюда, я тут над вами издеваюся! Дурачки! Хи-хи!

Фавн бежит, за ним с ревом проносятся Журочкин и Арбенин.

Гогенштауфен. Идет она! Идет. Это ее шаги! Маруся!

Вбегает Брючкина.

Брючкина. Ах, вот он где! Прости, я тебя измучила, но я все бегала, делилась с подругами. Подруги рвут и мечут, говорят — ты такой интересный! У меня есть знакомый физик. Маленький, но широкий-широкий! Такой широкий, что его на улице путают с бюстом Пржевальского. Он меня сейчас встретил и говорит: «Отчего у вас такое счастливое лицо. Кто он?» Понимаешь, на улицах замечают...

Гогенштауфен. Ага.

Брючкина.