Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Мин быстро пробежался глазами по неровным строчкам очень и очень длинного списка.

— «Чай — две медяшки», — прочитал он вслух. — «Кипяток для чая — три медяшки. Аренда фарфоровой чашки — пять медяшек». Допустим. А это что? «Аренда мягкой подушки для седалища — десять медяшек. Плата за прохладную тень от бамбуковой ширмы — пятнадцать».

Вышибалы молча скрестили руки на груди.

— Дальше интереснее, — Мин усмехнулся. — «Плата за сохранение лица уважаемого клиента — двадцать медяшек. Налог на молчание — тридцать медяшек». Могу я узнать, о чем вы собирались молчать? О том, что я пил чай?

— В нашем заведении такие правила, господин, — елейным тоном ответил служитель. — Улица снаружи патрулируется доблестными стражниками. Если у вас нет средств оплатить наш первоклассный сервис, стража быстро и доходчиво объяснит вам законы гостеприимства города Фэнси. Придется отработать. Возможно даже несколько месяцев.

Мин смерил взглядом наглеца, после чего скользнул глазами по его безмолвным защитникам. Затевать драку из-за горсти медных монет в незнакомом городе было бы глупостью, да и лишний шум у ворот привлёк бы внимание патрульных. К тому же, вбитые матерью уроки выживания среди рыночного сброда подсказывали, что в таких делах лучше использовать голову, а не кулаки.

— У вас есть кисть? — вежливо спросил он.

Решив, что загнанный в тупик гость хочет написать долговую расписку, слуга поспешно протянул ему деревянную тушечницу. Мин развернул свиток и перевернул его чистой стороной к себе. Он обмакнул кончик кисти в чернила и принялся быстро выводить буквы, сохраняя ту строгую точность линий, которой научился Палате Начертаний. Каждое движение его руки было уверенным и точным.

— Что это вы делаете? — нахмурился служитель.

— Стараюсь чтить традиции вашего прекрасного заведения, — Мин продолжал писать. — Сдерживание ауры молодого господина из-за сидения на дешёвой и скрипучей древесине — двадцать медяшек. Оскорбление эстетического вкуса клиента вашим ужасающим почерком в предыдущем счете — тридцать медяшек. Плата за сдерживание гнева, дабы не разнести эту чайную в щепки после попытки меня обобрать — пятьдесят медяшек. Компенсация за вдыхание воздуха, испорченного вашим присутствием — десять медяшек'.

Мин подвёл жирную черту и вписал итоговую сумму.

— Если сложить мой счет и вычесть ваш, выходит, что вы должны мне три медные монеты. Но я сегодня в хорошем настроении.

Мин положил на стол две медные монеты.

— За сам чай и кипяток. А сдачу оставьте себе. Это чаевые.

Он аккуратно свернул исписанный свиток в плотную трубочку и бесцеремонно засунул её в нагрудный карман онемевшего зазывалы. После этого Мин спокойно развернулся и направился к выходу. Двое огромных вышибал так и остались стоять, безуспешно пытаясь сложить в уме все эти цифры. Жизнь в трущобах явно не предполагала знакомства со столь сложной арифметикой. Юркий вымогатель продолжал растерянно хлопать ресницами у стола, провожая взглядом спину уходящего гостя.

А самое ужасное было в том, что по законам этого городка Мин оказался прав. Просто никто до этого не додумался до столь невероятной наглости, чтобы выставить счет чайной.

Но если бы Бесстыдство было именем, то у Мина оно могло бы быть вторым.

Разрекламированный Нижний рынок обнаружился на самом дне глубокого горного разлома, куда вела лестница с выбитыми в сером камне неровными ступенями. Небо быстро скрылось за многоярусным нагромождением подвесных мостков, перекинутых над пропастью. Повсюду лепились хлипкие помосты и кривые дощатые настилы. Редкие бумажные фонари светили тускло, отбрасывая на стены багровые блики. Люди в потрёпанных дорожных плащах толкались в проходах, лавируя между лавками, вырубленными прямо в скальной породе. Местные менялы то и дело хватали прохожих за рукава, пытаясь продать им пилюли сомнительного качества. На самом деле, именно так и должна была выглядеть настоящая выгребная яма для беглых практиков, скрывающихся от гнева благородных сект.

Мин прошёл около полусотни шагов, когда шедший впереди тощий парень в грязной одежде с нашивками какого-то мелкого клана вдруг истошно заорал и повалился на доски. Тело бедолаги выгнулось дугой. Из приоткрытого рта пошла обильная пена, а ноги забились в сильных судорогах, заставляя доски настила мелко дрожать.

— А-а-а! — заголосил «пострадавший», закатывая глаза. — Ужасающая ци этого господина! Она ударила меня! Мои меридианы разорваны! Я калека! Я теперь калека!!!

Мгновенно, словно по беззвучной команде невидимого кукловода, вокруг них сомкнулось плотное кольцо любопытных.

— Какой ужас! — запричитала дородная торговка.

— Избил человека! Средь бела дня! Стража! Требуем компенсации! — подхватил какой-то одноглазый тип, угрожающе надвигаясь на Мина.

Толпа расступилась, пропуская вперед степенного старика с деревянным коробом на плече. Лекарь сокрушенно покачал головой, опустился перед лежащим на колени и прижал пальцы к его запястью. После этого он сразу закатил глаза к темному своду ущелья.

— Меридианы смяты, духовный центр гаснет! — возвестил старец. — Юноша, ваше убийственное намерение почти лишило его жизни. Если он умрет, толпа разорвет вас до прихода стражи. Но! Великое Небо милостиво. У меня чудом осталась Пилюля Драконьего Дыхания. Два духовных камня — и парень будет жить, а вы избежите казни.

Мин перевел взгляд с дергающегося тела на озабоченное лицо лекаря. Кислый запах мыльного корня от пузырей на губах «калеки» чувствовался даже на расстоянии двух шагов, так что дешевое представление вызывало у него лишь скуку. Юноша завел правую руку за плечо, вытянул из чехла боевой шест и крутанул его в воздухе. Перехватив поудобнее теплое сливовое дерево, Мин пустил по нему струю ци. Простая духовная волна со свистом разошлась от древка, заставив фальшивых очевидцев поспешно отступить назад.

— Пилюля? Какие глупости, — Мин покачал головой с фанатичным блеском в глазах. — Я владею древней, утерянной техникой Перековки Основ. Этот метод требует всего лишь раздробить все четыре конечности пациента в труху. Свежая ци хлынет через открытые переломы и очистит меридианы заново! И вы не поверите своему счастью, почтенные… первые три перелома я делаю абсолютно бесплатно!

Он шагнул вперед и опустил шест, целясь лежащему парню точно в левое колено. Движение было быстрым и веским, способным с легкостью расколоть кость.

Больной исцелился за долю секунды. Парень взвизгнул, откатился в сторону от летящего дерева и резво вскочил на ноги. Он бросился в толпу, расталкивая зевак и совершая длинные прыжки, словно использовал какую-то особую технику быстрого бега. Через миг он полностью скрылся из виду.

Окружающие моментально потеряли всякий интерес к этой сцене. Прохожие принялись разглядывать товары на лотках, а некоторые поспешно скрылись в боковых ответвлениях моста. Покинутый подельником лекарь даже не испугался направленного на него шеста. Пожилой пройдоха спокойно опустил