Королевы эпохи рыцарства - Элисон Уэйр

и несколько безделушек. Французы были этим возмущены, а также негодовали из-за того, что, «хотя король Генрих утверждал, будто отпускает ее со всеми почестями, ей так и не назначили ни дохода, ни содержания как вдовствующей королеве Англии»[644].

Согласно этикету, перед отъездом Изабелла должна была проститься с королем. 27 июня 1401 года она покинула Хаверинг под опекой герцогини Ирландской и Джоанны Фиц-Алан, вдовствующей графини Херефорд, а также в окружении свиты из пятидесяти пяти человек. Среди них были графиня Марки; госпожа Пойнингс; госпожа Моубрей; семь девиц; две французские камеристки, Симонетта и Марианна; ее камергер, месье де ла Ваш, с супругой; исповедник; секретарь; шестеро рыцарей; трое оруженосцев; два йомена и конюх. Ее также сопровождали епископы Дарема и Херефорда; эрл Сомерсета, Джон Бофорт, старший сын Джона Гонта и Екатерины Суинфорд; четыре рыцаря-баннерета и шесть всадников.

Путь Изабеллы пролегал через Эппингский лес. У Тоттенхэм-Кросса ее встретил эрл Вустера, ее бывший камергер, а ныне лорд-распорядитель королевского двора. На Стамфорд-Хилл ее ожидали лорд-мэр, олдермены и шерифы Лондона, чтобы проводить в Хакни, откуда второй сын короля, Томас, будущий герцог Кларенс, Ральф Невилл, эрл Уэстморленда и эрл-маршал, и Генрих Перси, эрл Нортумберленда и констебль Англии, доставили ее в Вестминстер в окружении множества лордов и дам. Торжественное шествие отражало скорбный настрой юной королевы, подчеркнутый траурными одеяниями, которые она и ее свита заранее заказали и надели намеренно.

В Вестминстере ее провели к королю, «одетую в траур, с мрачным выражением лица, гневным и неприязненным взглядом; прощаясь, она едва разжимала губы»[645]. Даже теперь Генрих пытался уговорить ее выйти замуж за его старшего сына, но она отказалась слушать.

На следующий день Изабелла в почтительной тишине проехала сквозь безмолвные толпы лондонцев и отправилась в Дувр, где ее ждали два французских сеньора, чтобы удостовериться в надлежащих условиях ее возвращения. Погода была настолько плохой, что ей пришлось ждать отплытия целый месяц. В конце июля она наконец переправилась в Кале в сопровождении эрла Вустера и свиты, разросшейся до пятисот человек. В ее окружение теперь входили французские придворные, девять новых девиц, десять писцов, тридцать три оруженосца, шестьдесят семь йоменов личных покоев, тридцать один йомен конюшни, тридцать девять юных слуг и тридцать пажей. Король предоставил всем охранные грамоты, девяносто четыре лошади и выдал Изабелле тысячу марок для вознаграждения тех, кто покидал ее службу. Бароны Пяти портов получили приказ предоставить три быстроходных балингера (парусных судна) и две вооруженные барки для перевозки свиты во Францию. Содержание свиты Изабеллы, ее возвращение во Францию и транспортировка сопровождающих обошлись королю в сумму, которую он едва мог себе позволить, – восемь тысяч двести сорок два фунта (£ 5 миллионов).

Джон Бофорт, эрл Сомерсета и комендант Кале, встретил Изабеллу и распорядился разместить ее и свиту в домах и шатрах. Через три дня после ее прибытия во Францию, в часовне Леленгена, «Вустер со слезами на глазах взял юную королеву за руку и с должным почтением передал Валерану, графу де Сен-Полю, получив от французов расписку. В документе английские уполномоченные заявили, что юная королева возвращается в том же состоянии, в каком была принята, а Перси вызывался сразиться a l’outrance [насмерть] с любым, кто осмелится утверждать обратное. Перед расставанием все горько плакали, и когда настало время покинуть часовню Богоматери в Леленгене, королева Изабелла, чье юное сердце было преисполнено нежности и доброты, пригласила своих английских дам, рыдавших от горя, во французские шатры, где устроила прощальный обед. После трапезы она раздала оставшиеся у нее драгоценности сопровождавшим ее английским лордам и дамам, которые проливали слезы, прощаясь с юной королевой. И хотя сама она тоже плакала, она старалась ободрить их. Тем не менее в момент прощания все вновь разразились рыданиями».

Анна, «мадемуазель де Монпансье, сестра [Жака II] графа де Ла Марш, мадемуазель де Люксембург, сестра графа де Сен-Поль, и многие другие знатные дамы были посланы королевой Франции, чтобы прислуживать ее дочери. Затем граф де Сен-Поль сопроводил ее туда, где ее ожидали герцоги Бургундский и Бурбонский с многочисленным вооруженным отрядом, готовые при возникновении любых препятствий для возвращения их племянницы ринуться в атаку на англичан через холмы и долины, чтобы силой вернуть ее благородному отцу-государю»[646].

Вскоре Генрих осознал, что, отпустив Изабеллу на родину, лишился ценного заложника, поскольку французы не признавали его власть и продолжали угрожать вторжением. В 1401 году эта вражда привела к возобновлению Столетней войны, однако при Генрихе, несмотря на официальное объявление войны, боевые действия во Франции почти не велись. В 1402 году, после неоднократных требований, королю пришлось вернуть двести тысяч франков из приданого Изабеллы, но драгоценности он удержал. Впоследствии они достались сестре Изабеллы, Екатерине, когда та вышла замуж за Генриха V, сына Генриха IV. Украшенную эмалями и белым цветочным орнаментом корону Изабеллы, которую привезла в Англию Анна Чешская, преподнесли дочери Генриха, Бланке, по случаю ее бракосочетания с Людвигом III, курфюрстом Пфальца, в 1402 году; сегодня ее можно увидеть в Мюнхенской резиденции. Это старейшая из уцелевших корон, входивших в состав английских регалий.

Герцоги Бургундский и Бурбонский сопроводили Изабеллу в Булонь, а оттуда в Абвиль, где герцог Бургундский устроил в ее честь пышный пир. Затем она отправилась в Париж, где толпы встречали ее с ликованием, радуясь возвращению принцессы, а ее дядя Людовик, герцог Орлеанский, приветствовал ее с большой теплотой. «Ее прибытие вызвало множество слез и улыбок. Король и королева Франции приняли ее чрезвычайно ласково»[647]. Вскоре французский совет потребовал от нее официального заявления о том, что она никогда не признавала Генриха преемником Ричарда II.

Изабелла вернулась под опеку матери, однако ее судьба сложилась не так, как она ожидала. Хотя ее окружали знатные дамы, она вела менее роскошную жизнь, чем в бытность королевой. Говорили, что после возвращения во Францию она так и не обрела счастья.

За время ее отсутствия королева Изабо родила двух сыновей, Людовика и Жана. 27 октября 1401 года она подарила королю еще одну дочь, Екатерину, которой суждено было стать королевой Англии. В 1403 году на свет появился и третий сын, будущий Карл VII. В ноябре 1401 года Изабелле исполнилось двенадцать. Теперь, когда она достигла возраста, позволявшего ей самостоятельно принимать решения, Генрих IV потребовал, чтобы она подписала обязательство, в котором отказывалась от всех претензий к Англии и обещала никогда не выдвигать требований, связанных с выполнением ее брачного договора.

Герцог Орлеанский взял на себя роль рыцаря-защитника Изабеллы. Считая, что с ней обошлись несправедливо, он в марте 1402 года вызвал Генриха IV на поединок, назвав «грабителем королевы и убийцей короля Ричарда».

«Как вы могли допустить, чтобы