Аристократ - Анна Кондакова

тебе говорю. У Ли есть специальные курсы дебютанток, туда постоянно открыт набор. Правда, такие списки держат в тайне. Вот я как раз и планировал выяснить, кто из девчонок туда записан. Ну и проверил бы на себе, чего эти дебютантки умеют…

Его слова заглушила громкая музыка оркестра.

Последовали аплодисменты.

Из восточной половины зала, пройдя сквозь границу, вышла Ли Сильвер. С застывшей улыбкой на лице, в красивом вечернем платье и с бокалом шампанского.

Она оглядела гостей западной половины, потом приподняла руку — и оркестр стих.

— Дорогие ученики, преподаватели, мои милые гости! — начала Сильвер, чуть приподняв голову. — Вот и настал момент встречи и воссоединения! И не просто двух частей школы. Этот старинный замок вновь обретает два крыла и становится единым целым. Вы все отлично знаете, что ритуал открытия белой границы проводится в нашей школе раз в четыре года, при каждом новом наборе учеников. И каждые четыре года наши выпускники покидают это пристанище, чтобы стать достойными гражданами уже в стенах Ронстада. Мы воспитываем будущую элиту города, воинов и политиков, будущих великих патрициев и их не менее великих спутниц, способных взять на себя управление не только семьёй, но и родом, если понадобится. Когда-нибудь все они встанут на защиту Ронстада, нашего единственного оплота.

Сильвер остановила речь, и зал снова оглушили аплодисменты.

Ни я, ни Дарт даже ладонью о ладонь не ударили.

Мне эта мутная затея с границей до сих пор была не понятна. И получить ответ на вопрос, зачем всё это надо, я надеялся уже напрямую, у самих девчонок. Например, у той же Джо.

— Этот ритуал пришёл из боевых школ Фориата, откуда родом мои предки, — продолжила Сильвер. — В первый месяц обучение учеников и учениц идёт по-разному. Военная тактика, приёмы рукопашного и бесконтактного боя, владение кодо, политика, история и родовой этикет. Всё это есть на уроках и в восточном, и в западном крыле, но проводятся уроки с целью получения разных результатов и распределения общественных и моральных ролей. Ян и инь. Передовая и защита тыла. Ярость и терпение. Глыба льда и вода, его несущая. Пламя и ветер, его раздувающий… — Директор школы подняла руку с бокалом шампанского. — Вот два крыла, без которых птица не полетит! Да откроется граница!

Всё подняли бокалы.

— Рэй, — толкнул меня Дарт, — за такую речь можно и выпить, даже если ты аскет.

— Пей сам, — отказался я. — В гробу я видел эти пафосные речи про воссоединение, инь и ян, и прочую хрень.

— Да-а, мистер Ринг…. тебе серьёзно пора бы в монахи. Странно даже. Я в лэнсомской газете читал, что ты любишь выпить, овеумом баловался, да и девок не пропускал. Служанки от тебя, говорят, даже прятались. Ты их десятками портил…

— Вражеские газеты почаще читай, много нового обо мне узнаешь, — перебил я Дарта.

А ведь на самом деле он был прав.

Я совсем отошёл от образа реального Теодора Ринга, и секретари Суда наверняка, не прерываясь, уже фиксировали эти нестыковки. С другой стороны, что они могли мне предъявить? Лицо-то никуда не денешь. Второго такого Теодора они всё равно не найдут.

— Ладно, за воссоединение, — бросил я, развернулся к бару и взял кружку с пивом.

Осушил её в несколько глотков, даже не заметив вкуса, и поставил на место, при этом краем глаза следя за секретарём. Жевьер моментально раскрыл тетрадь и сделал пометку.

— О, монастырь отменяется? — ухмыльнулся заметно повеселевший Дарт. Потом он вдруг разом посерьёзнел, ткнул меня кулаком в плечо и выдавил: — Рэй… чёрт возьми… ты видел рай?

Я развернулся к залу.

В полной тишине дымчатая белая граница вспыхнула разноцветьем, а потом медленно рассеялась, и за ней показались силуэты… десятки девичьих силуэтов…

* * *

Они выстроились в шахматном порядке, все, как на подбор, в одинаковых красных бальных платьях с пышными юбками и глухими воротниками под самое горло. Осиная талия, величественная осанка — всё как надо.

И во взгляде каждой — уверенность в том, что именно она избранная.

— Ни хрена себе, — выдавил Дарт. — Их подменили там, что ли? Чёрт… Рэй. Теперь нам точно не светит. Ну что за подстава, Ли-и-и…

Я слушал его нытьё вполуха, а сам выискивал глазами Джо.

Не знаю, почему я вдруг вспомнил о том, что обещал её брату Генри за ней присмотреть. По возрасту она должна была находиться как раз среди этих девушек, но я её не нашёл. Ещё раз оглядел лицо каждой, всмотрелся внимательнее…

Нет, Джо среди них не оказалось.

Неужели отчислили? Странно, ведь Сильвер считала её перспективной. Да и никогда не поверю, чтобы сама Джо упустила такой шанс. Она хоть и взбалмошная, зато хваткая, так просто не отделаешься.

— Ты чего замер? — опять забормотал у меня под ухом Дарт.

Я нахмурился и ещё раз оглядел девушек. Причем не только тех, что стояли в первом ряду, но и остальных, помладше, в платьях других цветов.

Снова заиграл оркестр.

И со стороны западного крыла навстречу девчонкам вышли парни. Судя по отточенным движениям, они готовились к выступлению заранее. Среди них были и мои одноклассники. Латье, Одзаки, Гудьер и даже Хинниган. Чёрт, Хинниган!

И все, как на подбор, в смокингах.

С улыбками гости расступились, и десять пар закружились в стремительном танце. Мы с Дартом переглянулись и разом отвернулись к бару.

— Сейчас стошнит от умиления, — поморщился Дарт и по-свойски обратился к бармену: — Налей мне пива, Тэд.

— Меня зовут Дью, сэр, — поправил его бармен.

— Да какая разница. — Дарт ткнул пальцем себе за спину. — Видишь же, что без пива не обойтись.

— Не могу, сэр. У меня приказ.

— Налей ему, Дью, — сказал я.

Бармен метнул в меня быстрый взгляд и кивнул.

— Как скажете, мистер Ринг.

— Эй… что за дела? — возмутился Дарт, наблюдая, как бармен преспокойно наливает пива в кружку и ставит перед ним на стойку.

А я уже не мог усидеть на месте.

— Отвлеки секретаря и обвинителя, — тихо попросил я Дарта, — мне надо пройтись до восточного крыла.

Тот скривил мину.

— В рай — и без меня? — Потом обречённо вздохнул и кивнул. — Вали. Отвлеку, как сумею.

Я знал, что Дарт сделает всё, как надо, и без инструкции. Он поднялся и направился через толпу к секретарю Жевьеру. Не спеша подошёл и, активно жестикулируя, принялся что-то у него выспрашивать, а потом и голос повысил.

Он, как всегда, отрабатывал приказ чётко и быстро.

Жевьер уставился на Дарта в недоумении, забормотал, отгораживась от него тетрадью. Обвинитель присоединился к беседе на