Мастер на все руки - Онор Рэй

Когда он сообщил об этом отцу, тот велел вернуться в хижину и вручил ему стопку листков.

– Боюсь, тут ничего интересного. Просто королевские уведомления. Я храню их на случай, если понадобится бумага, чтобы подтереться. Прочитай их, как сумеешь, и возьми вот это. – Он сунул Артуру обугленную палочку. – Подчеркни слова, которые не сможешь понять самостоятельно. Когда вернусь, разберем их вместе.

Глава 8

Часом позже, когда Артур разделался с листовками, его навык чтения вырос до седьмого уровня и сравнялся с навыком разведения огня, которым он занимался почти каждый день с тех пор, как научился разжигать печь.

Большинство слов давались просто, но на некоторых, особенно длинных, он спотыкался.

Как и говорил отец, это были обычные уведомления, написанные сухим канцелярским языком. В одном приводилась таблица с объемами и датами ожидаемых поставок драконьего навоза. Раньше Артур думал, что его привозят как попало. Во всяком случае взрослые всегда вели себя так, будто их отрывали от дел.

Не исключено, что они просто хотели позлить барона.

Больше всего Артура встревожила листовка с напоминанием, что все юноши и девушки, кому исполнилось восемнадцать лет и кто хотел покинуть деревню, в течение трех дней после дня рождения должны явиться на караульную заставу барона.

Впрочем, караульная застава существовала лишь для вида. Она всегда пустовала, кроме дней, когда в деревню доставляли драконий навоз или заезжали другие представители знати. Поэтому всем, кто хотел заявить о своем намерении покинуть деревню, приходилось идти в один из городков за пределами пограничья, что могло запросто обернуться неделей пешего пути.

По законам королевства дети не отвечали за преступления родителей. Поэтому по достижении восемнадцати лет – возраста совершеннолетия – новоиспеченный взрослый мог подать прошение и навсегда покинуть пограничную деревню, а вместе с ней и свою семью.

Будучи редкостной сволочью, барон делал все возможное, чтобы выросшим в пограничье детям было как можно труднее начать новую жизнь.

Некоторым это удавалось. Но большинство оставались в деревне: либо из преданности семье, либо ради заботы о больных родителях и младших братьях с сестрами, едва сводящих концы с концами, либо чтобы наконец соединить судьбу с теми, кого любили с детства.

На четвертый день после восемнадцатилетия оставшихся включали в списки пограничных жителей. Подразумевалось, что из деревни они уже не уйдут.

– Последней уехала Бренна Данберри? – спросил Артур, когда отец вернулся и помог разобраться с трудными словами.

– Она самая, да помогут ей драконы, – пробормотал отец.

Артур нахмурился. Отъезд Бренны всколыхнул всю деревню, ведь обычно уходили парни.

А еще говорили, что ее родители рассчитывали, что она останется, родит внуков и будет помогать по хозяйству.

– Как думаешь, что с ней стало? Барон ведь должен был помочь ей устроиться в другом городе?

– Он был обязан предоставить ей транспорт для переезда в деревню или город в пределах своего баронства, – поправил отец.

Узнав о карте, он стал приучать Артура говорить грамотно.

– Транспорт в пределах баронства, – послушно повторил Артур.

– И да, ты прав. Хотя девушке, боюсь, пришлось несладко. Грязная и обезображенная шрамами от работы с драконьим навозом, без образования, ремесла и приданого… – Отец тяжело вздохнул, взгляд его затуманился, будто он погрузился в раздумья. – Но лучше так, чем остаться здесь.

У Артура встал ком в горле.

До его восемнадцатилетия еще далеко… но он не знал, как поступить.

Хорошо, что отец не стал об этом спрашивать.

Кальван собрал бумаги в стопку.

– Кажется, у семьи Рой есть книги. Попробую выяснить, не одолжат ли их нам и что захотят взамен.

Артур поежился от нового укола вины.

– Не надо, правда.

Отец лишь натянуто улыбнулся и кивнул на печь.

– Порежь овощи к ужину и поработай над своими навыками.

Прошло несколько дней, и Артур почти пожалел, что рассказал отцу о карте.

Он привык к тяжелой работе. Деревня была маленькой, торговцы к ним никогда не заглядывали, а жители постоянно болели и умирали. Одежда и роскошества вроде ниток или готовых досок доставались как подачка барона, когда приезжали телеги с пайками.

Осужденным семьям, сосланным в пограничье, запрещалось вести честную торговлю или заниматься ремеслом.

Все, чем не снабжал барон, приходилось делать вручную или выменивать у других семей: хозяйственное мыло, плетеные корзины, фрукты и овощи из потайных огородов… все имело свою цену.

Детей заставляли трудиться, едва они начинали ходить, пусть даже по мелочи: покормить кур, собрать в лесу хворост для очага.

Хотя Артур привык к тяжелому труду, раньше у него всегда находилось несколько часов, а то и полдня, чтобы улизнуть и погулять с друзьями.

Но с тех пор, как отец узнал о карте, ему приходилось оставаться неподалеку от дома и выполнять поручение за поручением – в размеренной, методичной манере. Вчера, после занятий чтением и письмом, отец велел ему помочь с починкой мебели. Артур сразу обзавелся новым навыком.

Сегодня нужно было наколоть дров. Это он делал часто, поэтому почти не удивился, когда на третьем полене появилось сообщение:

Получен новый навык:

Колка дров (класс «Быт»)

В силу имеющегося опыта и бонусных характеристик карты вы автоматически начинаете освоение этого навыка с уровня 5.

С легкой улыбкой Артур закрыл сообщение, поставил новое полено на колоду… и замер с топором в руках.

На первый взгляд это полено ничем не отличалось от остальных, но Артур смутно чувствовал, что в нем есть изъян. Если ударить топором чуть сбоку…

Он промахнулся на пару дюймов, и полено треснуло лишь на четверть длины.

Артур отступил и замахнулся снова. На этот раз удар пришелся точно в цель. С громким треском полено раскололось на три части: две ровные и одну неправильной формы, результат предыдущего промаха.