Закат 1 - Василий Лазарев

дыши, — тем временем он отрезал тонкий кусочек хлеба, чеснок нарезал дольками, а сверху положил два кусочка солёного сала почти без мяса. Другого на складе не было. Наташа опрокинула кружку вполне профессионально и затаила дыхание выпучив глаза. Чуть погодя Мамонт сунул её в руку закуску. Крепкие белые зубки сразу же впились в сало с превеликим удовольствием. Наташа на этот раз не привередничала.

— Уф! Вот это да! Эта штука посильнее Фауста будет! — улыбнулась она.

— А теперь чайком сверху, — она взяла дымящуюся кружку с плавающими опилками на первый взгляд. Они хотя бы давали цвет, успокоила себя Наташа.

— Серёга, зачем ты со мной нянчишься? — спросила она его открыто посмотрев в глаза. — Ты что-то хочешь от меня?

— Со спирта на откровенность потянуло? Вряд ли ты поймёшь. Я служил офицером в погранвойсках на Амуре два года, затем сразу в Комитет пригласили. Здесь три года. Перед глазами за пять лет только всё зелёное. Форма, устав, отдание чести, ругань начальства. Честно говоря, мне всё так надоело, что я уже подумывал увольняться на гражданку. Не хочу стать таким же истуканом как Гнездилов. Видела его глаза? Они не живые. Все они такие и Громов такой же. С той стороны океана такие же отморозки, в итоге они всё же добрались до пульта и той самой пресловутой красной кнопки. И тут появляешься ты. Ты там как пятно красное для всех них была. В этом зелёном подземном царстве. После того что случилось, мне просто захотелось спасти хоть что-то человеческое. Не серо-зелёное, во что нас превратили коммунисты. У тебя хватило наглости заявиться в логово и выжечь нам глаза. Своим видом ты показала, что мир не однобок и обладает другими красками. В нём можно жить по-другому. Носить жёлтое, красное, да какое хочешь. Ты, как цветок в нашем безумном сером поле, я обязан был тебя спасти. А там как получится.

— Как же ты проходил тесты с такими закидонами? Лютая антисоветчина сейчас из тебя прёт, товарищ старший лейтенант. Ты же коммунист, а сам их на дух не переносишь.

— Я же говорю, всё серо-зелёное. Менты вообще, как крысы серые в своей форме. Ты попробуй, запомни человека в форме, не получится. Я думал, что буду ходить по гражданке. Начитался книжек, идиот. Ловить шпионов, спасать мир. А получилось, что я самый обычный маленький винтик в неумолимой машине подавления сознания. Тебе не понять, пока сама не прочувствуешь, никак не понять. Это прозвучит кощунственно, но я рад, что всё так случилось. Пусть будет ужасный конец, чем ужас без конца.

— Серьёзно тебя достали, — покачала головой Наташа. — Меня до поры вообще не интересовал народ. Я жила на всём готовом. В школу меня отводила гувернантка, хотя ты скажешь, что в СССР их быть не должно, но за определённым порогом достатка они существуют. В разряде слуг, никто никуда не делся после Великой Октябрьской революции. Все они были нашими слугами и смотрели нам в рот. Водители, охранники, повара, дворецкие и прочая. Если ты стоишь на верхних ступенях пищевой цепочки. И никто не имеет права тебя укорять, дозволено всё. Даже убийство могут замять или за тебя отсидит кто-то другой. Об этом не пишут в книжках и не показывают на советском экране. Но это есть, и я сама тому доказательство. Мы плевать хотели и могли на всех, кто ниже нас. Обычному человеку из коммуналки никогда не подняться до нашего уровня, за этим смотрят специально обученные люди. Смотрели, ха! И я не хотела унижать дежурного, просто так привыкла говорить с прислугой.

— Со мной тоже, — кивнул Мамонт.

— И с тобой, — жёстко ответила Наташа. — Думаешь можно вытравить за один день всё, что в тебя вкладывали всю жизнь? Но после того, как я убила того капитана, во мне что-то сломалось. Мне стало стыдно! И сейчас мне стыдно, что я не могу тащить свой рюкзак, что повисла на тебе как клещ. До меня вдруг дошло, что я никто без денег!

— Я тебе, Наташа не советую рассказывать кому-нибудь о своей прошлой жизни. Тебя убьют сразу. Придумай себе легенду и выкинь своё красное белье при первом удобном случае. И всё же я рад, что смог вытащить оттуда тебя.

— Спасибо. Раз уж ты такой джентльмен, то дай мне поспать полчаса и сразу отправимся дальше, — пробормотала Наташа, согревшись после спирта. — Всё-таки я везучая…

Глава 5

— Просыпайся! — Сергей тормошил Наташу. Пока они сидели в промерзшем магазине температура упала ещё градусов на пять. Или, возможно, они настолько остыли в прорезиненных костюмах. — Проснись! Замёрзнешь!

— Ой, как холодно, — Наташа с трудом открыла глаза и поёжилась. — Мне снилось, что я вмёрзла в ледяной куб.

— Так бывает, человек устаёт, садится и замерзает. Давай ещё на посошок и бегом. Согреешься, — Мамонт стоял напротив неё со стеклянной бутылочкой.

— Не хочу я эту гадость пить! — Наташа скорчила гримаса и отвернулась. — Меня вырвет!

— Надо! Мне что насильно прикажешь заливать в тебя? — Мамонтов развернул девушку к себе.

— Ну ты, Мамонт, любого достанешь. Давай, закусить есть чем? О, боги, видела бы меня сейчас Эллочка!

— Держи шоколад. Нашёл две плитки пока ты спала, — он вложил ей в руку половину плитки «Алёнки». — Кто такая Эллочка?

— Подружка моя, дочка дипломатов. Мама, роди меня обратно, — запричитала Наташа и выпила пятьдесят грамм медицинского спирта и сразу вгрызлась в шоколад.