Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

я так… Спросил только, — Вилей внимательно оглядел лагерь. С сотню, не меньше здесь народу. Все в вооружении. Это кто ж смог стольких за собой поднять?

— Все при оружии, поди.

— Так… — Протянул бандит, кивнув.

— Неужто у каждого деньга нашлась, откупную уплатить?

— Не… Это все Праведник. Он нашел деньги.

— Понятно… — Вилей отпил из фляги. — До ветру-то можно?

— Отлить? Или по другой надобности? — Улыбнулся охранник.

— По другой, — Вилей вцепился в пояс, показывая, что очень надо.

— Бежать и не думай, — Погрозил пальцем охранник. Быстро сплел из веревки, которой Вилей был привязан к дереву, петлю, накинул на шею. — Пошли.

— Чтож, ты со мной пойдешь?

— Ну, да.

— Портки подержишь?

— Надо чтоль? Подержу, — не смутился охранник и пнул ногой в бедро. — Топай, я твои портки стирать не буду. Так будешь ходить.

Вилей пошел прочь в лес, выбирая дорогу, где кусты росли погуще. Петля натянулась. Коммандер вцепился в неё руками, намереваясь скинуть, но тут в спину уперся клинок.

— Здесь давай. Не девица, и на виду можно.

— Брось, неудобно же, — попытался отговориться Вилей.

— Кому? Тебе?

Тут Вилей одним движением скинул петлю, увернулся от прочертившего на спине глубокую царапину клинка и рванул в лес, прочь от лагеря.

— Стой! — Раздалось в след. — Убег! Паскуда! Ловите!

От лагеря донесся рев многих глоток, но Вилею было не до того. Он, ломая кусты, мчался подальше от голосов. Только б к тракту выйти или к деревне какой. Еще лучше к разъезду. С теми хоть поговорить можно. Позади трещали не доломанные беглецом ветки. То преследователи бежали следом. Но на удивление мало. «Значит, засада будет». Вилей свернул влево, потом вправо, выбежал на открытую поляну, прибавил скорости. Под ногами провалился овраг. Не удержавшись, Вилей скатился в скользкую грязь. Прижался к пологому склону, заталкивая в глотку хриплое дыхание.

Спустя время затрещали приминаемые стебли.

— Овраг тута, осторожно…

— Наш-то не скатился туда?

— Ща посмотрю, — Вилей уткнулся носом в сырую землю, надеясь, что достаточно извалялся в грязи, чтоб его не заметили. Овраг-то глубок, а свет факелов так обманчив.

Над краем показалась голова. Потом еще одна. Бросили в пяти метрах горящую головню.

— Нету вроде…- С сомнением сказал кто-то.

— Лучше смотри.

— Да неужто ты б здесь сидел, когда вон к западу Уфимский тракт?

— А что? Здесь бы и сидел, — возразил голос.

— Да не вижу я.

— Лезь.

— Не полезу! Туда Головень коров своих спустил, которые от бешенства померли. Сам лезь.

— Ну, и хрен с тобой, — головы пропали. Вилей выдохнул. Коровы? Бешенство? Тьфу, пропасть не везет, так не везет. А может наоборот? Голоса отдалялись.

— Че это со мной-то? Сам что не полез?

— К Тракту пошли, туда побег, наверное.

Бывший пленник огляделся. В свете оставленной головни и вправду вырисовывались под слоем грязи туши животных. Ни за что бы не узнал, если б не сказали. А запах? Показалось неважным в запале. Вилей осторожно пошел вдоль оврага. К западу, говоришь? Поглядим.

Заночевать все равно пришлось в овраге. Побоялся в темноте напороться на охотников до его, Вилея, головы. Еще долго в ночи раздавались голоса преследователей, но к оврагу более не возвращались, и это было хорошо. Коммандеру даже удалось вздремнуть чуток, положив голову на землю. С восходом голоса стихли, и Вилей выбрался из оврага. Грязный, помятый, голодный и вдобавок со многими кровоподтеками на лице. Без коня, без оружия, без бумаг и без денег.

Пошел на запад, пока солнце светило в спину. На тракт выбрался ближе к полудню. Долго петлял в лесу, хоронясь в высокий папоротник от любого звука. Посмотрел вокруг. Налево и направо пустая дорога. В какую сторону идти? Бес разберет. Пошел налево. Ноги путались в пыли. Вилей чувствовал, что устал, как пес, но остановиться было нельзя. Хорошо — сапоги не сняли, хотя могли. Не успели, наверное. Солнце палило незащищенную голову. И жажда разыгралась. Отчего нет никого на дороге? Вымерли все что ли?

Позади раздался топот конного отряда. Но Коммандер так устал, что даже сойти с дороги побрезговал, побоялся упасть в канаву. Конники его быстро догнали, притормозили ход.

— Эй, путник. Остановись-ка, — Вилей встал, ожидая, что будет дальше. Его быстро окружили. Стражники в форме с эмблемами Юлианского Протектората. Слава Многоликому!

— О, — выдохнул Вилей, облегченно улыбаясь. — Я …

— Кто ты?

— Я здесь…заплутал, — улыбнулся счастливо Коммандер. — Я — Скалак. Коммандер Скалак.

Воины переглянулись недоверчиво. Один кивнул.

— Берите его, — чьи-то руки подхватили Вилейкино тело, усадили на коня.

— Я так рад, — засмеялся Вилей безумным смехом. Неулыбчивые воины смерили его взглядом. Разъезд тронулся к городу. Коммандер трясся в седле, и его скручивало все сильнее. От голода, от тряски и усталости. Он клонился к конской шее, чья-то рука поправляла его, чтоб не упал. Так и добрались. Въехали в город. Копыта застучали по мостовой.

— Что это …за город? — Спросил Вилей, не узнавая улиц.

— Вильин, — отвечали ему.

Вильин? Не слыхал. Вилей снова прижался к шее коня. Его снова приподняли.

— Куда мы?

— В управу.

— В Вал пошлите письмо… — выдохнул Коммандер, — не будьте суками…

— Разберемся…

Разберемся. Вилей рассмеялся безумным смехом. Разберемся.

Во управском дворе его сняли с коня. Разъезд тронулся далее, а Вилея подхватили под руки двое стражников. Протащили через двор, после в подвал, по сырому коридору в пахнущую мочой камеру, где уже помещались с десяток таких же грязных оборванцев.

— Стойте. Куда? Зачем? — Запротестовал Коммандер.

— До выяснения, — коротко бросил один из стражников. Дверь затворилась, и Вилей остался на грязном полу.

— Мне надо поговорить с вашим Протектором! — Крикнул новоиспеченный узник. — Салмину Блейхеру сообщите! Скалак, Скалак имя мое. — И прижался к маленькому окошечку, через которое раздавали пищу. Ответом ему была тишина. Никто не отозвался. Зато загомонили за спиной узники.

— Скалак! — Хохотнул один.

— Ишь! — Присвистнул другой. — А мое имя Ноер. И что?

Вилей тяжело посмотрел на кривляющиеся рожи.

— Заткнитесь от греха.

— У-У, — заулюлюкал третий. — У нас тут грозный воин!

Вилей махнул рукой, отошел к стене, сел. Хоть отдохнуть можно, а