Отягощённый «Послезнанием» (ХужеСталин-2). Часть вторая: Спасти поколение победителей! - Сергей Николаевич Зеленин

Так что наш «Дозор» легко уйдёт от «Мессера», а «Москит» без труда его догонит, «перевертит» и обладая тремя 12,7-мм «Берёзами», словами потомков - «сделает»…

На высотах до пяти километров, конечно.

При этом есть резервы для дальнейшей модернизации, благодаря которой оба самолёта могут вполне благополучно быть в строю до самого конца войны. Это прежде всего более мощные двигатели Климова – М-105 и М-107, цельнометаллические крылья, дальнейшее облагораживание аэродинамики.

Но имелись и свои «нюансы»!

- Говорите «рекламаций не имеется»?

Сталин достал из стола кипу свежей – едва сам успел прочесть, документации и бросил на стол перед Яковлевым:

- А это что, товарищ Генеральный конструктор? «Житие всех православных святых», что ли?!

Тот читает и уши его, помаленьку приобретают радующий взгляд румянец – что явно свидетельствует о том, что никаким «житием святых» в тексте даже не пахнет…

А наоборот – о грехах чьих-то тяжких:

«Несмотря на то, что самолёты Р-12 и И-29 обладают недостаточным запасом продольной устойчивости, по технике пилотирования они были несложны и довольно быстро осваивались летчиками средней квалификации. Вместе с тем, дефекты выявленные ещё на бомбардировщике ББ-22 - так и не устранили. В добавление ко всему нам приходится возить с собой под креслами трубки со штуцерами для заправки воздушных баллонов, так как нестандартные штуцера не позволяют это делать на чужих аэродромах и соответственно запускать двигатели…».

И пошло-поехало:

«…Двигатели постоянно перегреваются, так что в полётах на достижение максимального потолка приходилось несколько раз делать «площадки» для охлаждения масла.

…Текут топливные баки и бензопроводы.

…Только на раскапочивание и закапочивание двигателей уходит добрых полчаса. Доступ к агрегатам получился неудобным. Замена двигателей происходит в несколько раз дольше, чем та же операция на СБ. Хотя в системе охлаждения имеется более 20 сливных кранов, полностью слить охлаждающую жидкость не получается.

…Плохая конструкция антенны определила неработоспособность радиостанции на половине диапазона ее частот».

И наконец итог почти двухнедельного тестирования в одной из строевых авиационных частей:

«…Войсковые испытания на максимальную скорость были прерваны ввиду опасности полетов на самолетах из-за вибраций хвостового оперения, ненадежной работы гидросистемы управления шасси, посадочными щитками и разрушения болтов крепления двигателей к подмоторной раме»137.

Оторвав взгляд от документов, Яковлев с хорошо слышимым отчаянием в голосе:

- Товарищ Сталин! Я про эти дефекты очень хорошо знаю, в ОАКБ-7 над ними работают и заверяю Вас как коммунист: в следующей серии они обязательно будут устранены.

Вождь задумчиво-пристально посмотрел ему в глаза:

- Без снижения лётно-технических характеристик самолётов?

Не моргая, тот подтвердил:

- Без снижения лётно-технических характеристик самолётов!

Сталин глубоко вздохнул, скептически улыбнулся в усы:

- Ох, хотелось бы верить Вам, товарищ Яковлев… Когда будет готова следующая серия – уже тридцать четыре самолёта?

У того явно отлегло от сердца:

- Через месяц, товарищ Сталин!

Тот, пододвинув к себе перекидной календарь и делая пометку на последней странице:

- Даю Вам срок до 31-го декабря, но чтобы вот этого…

Сталин схватил кипу компромата и потрясая ею перед носом Яковлева:

- …Мне больше читать не доводилось! Иначе мы с Вами крепко поругаемся, товарищ Генеральный конструктор. Очень крепко!

Тот, приложив руку к груди:

- Вам не придётся со мной ругаться, товарищ Сталин!

- «Не придётся», говорите?

- Не придётся!

Вождь, откинувшись назад на кресле, позволил себе несколько расслабиться:

- Ловлю на слове, товарищ Главный конструктор. На этом на сегодня всё, можете идти и заниматься своими делами.

- До свидания, товарищ Сталин!

- И Вам всего хорошего, товарищ Яковлев…

Взглядом проводив до дверей Генерального конструктора, он по горячим следам написал Постановление ГКО об освобождении ОАКБ-7 от продолжения работ над учебно-тренировочным бомбардировщиком УТ-3 со следующей мотивировкой:

«…В связи с перегруженностью другими проектами».

***

Однако, проблема не исчезла:

Советским Военно-воздушным силам – кровь из носа нужен «бюджетный» учебно-тренировочный двухмоторный бомбардировщик. А смогут ли не имеющие достаточного опыта конструкторы завод № 301 довести до ума яковлевского «Гадкого утёнка»…

Это вопрос словами потомков – «на засыпку»!

В отчаянии, Сталин уж было подумал:

«Может, заграница нам поможет…?».

За первое полугодие текущего года в Штатах для армии и флота было произведено порядком около трёх с половиной тысяч самолётов, половина из которых – учебно-тренировочные машины, в том числе и двухмоторные, как например Cessna AT-17 «Bobcat» (Т-50).

«Так неужели Рузвельт зажмёт для будущего союзника хотя бы триста штук этих «Рысей» живьём и лицензию на их производство в СССР с двигателями МГ-31ф? Тем более не за просто так, не за красивые глаза - а за золото?».

А советского золота за океан уплыло уже достаточно и даже слишком уж достаточно. До того «достаточно», что боясь обвала цены на этот «эквивалент стоимости», американцы типа в нешуточной панике предлагают нашему Наркому финансов Звереву долгосрочный кредит с вполне божескими процентами.

Однако обладающий «Послезнанием» Сталин не повёлся на эту словами потомков – «замануху»:

«Знаем мы ваши кредиты, знаем и «божеские проценты»! Словами потомков – «взять кредит, всё равно что зимой насцать в штаны: сперва тепло, конечно, но потом…»».

После пересмотра советско-финского мирного договора по итогам Зимней войны, отношения со Штатами стали стремительно улучшаться. Даже несмотря на ввод частей советских Вооружённых Сил в Иран, к которому администрация Белого дома отнеслась «с пониманием». В «Текущей реальности» не было такого сильнейшего раздражителя для американского «истеблишмента» как аннексия Прибалтики. Действия Сталина против Румынии получили молчаливое одобрение. Выход правящей в СССР Коммунистической партии из Коминтерна и судебная расправа над его руководителями, тоже были «на ура» встречены в Вашингтоне. И дело уж было шло к отмене «Морального эмбарго», как вдруг…

Президент Рузвельт и надо полагать его ближайшее окружение, казалось бы ни с того ни с чего, вдруг окрысились на Сталина за сближение с Японской империей – «Договор о ненападение», «Промышленно-торговый договор» и как-то ставший явным тайный договор об военно-техническом сотрудничестве. Ну и за разрыв отношений с националистическим Китаем во главе с Чан Кайши. Не говоря уже о признании «де-юре» Маньчжурии, Восточно-Туркестанской Республики (ВТР) и МНР в границах Внутренней Монголии…

С чего бы этого казалось бы?

Вот поди потомки голову ломать будут…

А ларчик просто открывался!

Президент США прислал в Москву своего друга и личного посланника и, давнего знакомого Сталина Джозефа Эдварда Дэвиса, который «тет-а-тет» без всякого стеснения заявил:

- Моя страна признала Советский Союз в расчёте на то, что он