Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

пота и чувствовала себя так, словно на неё наслали проклятие Ватных ног. Она смогла выполнить лишь четверть от необходимого количества подходов, но зато ей удалось справиться со всеми упражнениями из плана.

Покинув тренировочную комнату, Гермиона с трудом спустилась по лестнице вниз на несколько пролетов и, устроившись на широком подоконнике, сразу заснула.

На следующее утро все ее тело болело. Казалось, она чувствовала каждую мышцу. Девушка поспешила спуститься на первый этаж и занять ванную, чтобы принять душ, пока все остальные обитатели дома ещё спали.

Вечером Гермиона решила ещё раз мысленно пройтись по тем вещам, которые могли понадобиться ей для встречи с Драко. Она купила бутылку дешевой текилы на случай, если он все же захочет выпить. Девушка сомневалась, что Драко когда-нибудь пробовал маггловский алкоголь, и решила, что он заслуживает небольшого наказания за то, что не послушался ее совета и не захватил что-то себе по вкусу.

Пока Гермиона складывала в сумку склянки с зельями, она почувствовала, как кто-то пересёк Охранные чары, которым был окружён шкаф с ингредиентами. Повернувшись, она увидела Гарри, неловко застывшего позади неё.

— Гермиона, — произнёс он, лишь на секунду встретившись с ней глазами, прежде чем снова опустить взгляд.

— Да? — осторожно спросила она, положив еще несколько склянок в карман своей сумки.

— Я... — начал Гарри и запнулся.

Гермиона взглянула на наручные часы. У неё оставалось семь минут до встречи с Драко.

— Это Джинни заставила тебя прийти? — спросила она с нотой раздражения в голосе. Ещё до того, как Гарри с Джинни начали встречаться, Джинни всегда старалась помирить друзей после каждой их ссоры.

— Да, — неловко ответил Гарри, засунув руки в карманы. Гермиона сжала челюсти.

— Что ж, можешь передать ей, что мы с тобой поговорили. Все в порядке. Я не обижена. Уверена, тогда в тебе говорили усталость и переживания за лучшего друга, — сухо сказала Гермиона, ещё раз взглянув на часы.

Гарри ничего не ответил, и Гермиона стала обходить его, собираясь выйти из комнаты. Он поймал ее руку.

— Гермиона, — его голос был твёрд. — Прости меня. Мне действительно жаль, и это не из-за Джинни. Я пересёк черту. Я был очень зол из-за того, каким виноватым чувствовал себя Рон, и сорвал свою злость на тебе. Я знаю, что ты всегда ставишь самочувствие пациентов на первое место, но я позволил себе сомневаться в тебе.

Гермиона остановилась и взглянула на Гарри, сохраняя спокойное выражение лица.

Он извинялся за то, что недооценивал и оскорблял ее как целительницу. Гарри воспринимал ее как профессионала. Не как друга.

Несколько секунд он внимательно вглядывался в ее лицо.

— Ты... все еще моя близкая подруга, — добавил он.

Гермиона почувствовала, как все внутри заледенело. Словно раньше в ее груди горел огонь, который внезапно погас, и она осталась одна в темноте.

Его последние слова о том, что она его близкий друг... Он вспомнил о них не сразу. Гарри лишь сказал то, что много раз говорил ей до этого. Словно по привычке, он чувствовал, что должен сказать это.

Гермиона ощутила, как у неё задрожали губы.

Она посмотрела на Гарри. Видимо, что-то промелькнуло в выражении ее лица, потому что в следующую секунду он подошёл ближе и заключил ее в объятия.

На минуту она позволила себе просто расслабиться в его руках.

Гермиона старалась собраться с мыслями. У неё не было ни времени, ни сил на эти эмоции.

Она сжала руки в кулаки и на несколько секунд крепко прижалась к Гарри в ответ, прежде чем заставить себя возвести в разуме ментальные стены. За пределами этих стен для Гарри не было места.

— Я просто устала. Ты правильно сделал, что встал на защиту Рона. Ты был прав, я не подумала о нем, когда заговорила о мече Гриффиндора. — Она высвободилась из рук Гарри. — Рон тоже твой близкий друг.

Гарри внимательно посмотрел на неё.

— А ты все еще считаешь меня своим другом? — спросил он.

Гермиона встретилась с ним взглядом.

— Лучшим, — ответила она твёрдо. — Ты всегда будешь моим лучшим другом.

На лице Гарри промелькнуло облегчение.

— Джинни хочет сходить в какой-нибудь маггловский паб, чтобы, как она выразилась, проверить на других своё новое лицо. В общем, мы и ещё несколько человек собираемся выбраться куда-нибудь сегодня вечером. Помфри сказала, что у тебя сегодня нет дежурства. Не хочешь пойти с нами?

На секунду сердце Гермионы забилось быстрее от радости, но затем она почувствовала укол разочарования.

— Я не могу, — сказала она. — Пообещала осмотреть пациентов и провести инвентаризацию в одном из убежищ для досмотра умирающих.

— Ладно... просто хотел предложить, — сказал Гарри.

— Повеселитесь там.

Гарри кивнул.

— Тогда я пойду расскажу Джинни.

Гермиона смотрела, как он выходит из палаты. Когда Гарри ушёл, она закрыла дверцу шкафа с зельями и простояла пару минут, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

Она сделала несколько резких выдохов через нос и ударила носком туфли по плинтусу, тут же ощутив, как пальцы ноги пронзает острая боль.

Ей нельзя было плакать. Ей предстояло провести сложную процедуру по исцелению. В ее голове не было места для переживаний из-за друзей.

Гермиона сжала губы и постаралась сконцентрироваться.

Спустя минуту она смогла побороть эмоции и выровнять дыхание. Покидая дом на площади Гриммо, она даже смогла заставить себя кивать и улыбаться всем встречавшимся ей членам Ордена.

Гермиона аппарировала в хижину на четыре минуты позже оговоренного времени. Спустя минуту в комнате появился Драко.

Он пристально посмотрел на неё.

— Я уже было подумал, что ты решила не приходить, — сказал он сухо.

— Кое-кто хотел поговорить со мной, а у меня не было подходящего оправдания, чтобы избежать разговора, — ответила она, взмахом палочки придвинув стол и принявшись расставлять на нем склянки с зельями, которые доставала из сумки.

Малфой какое-то время молча наблюдал за ее работой.

— Ты просто ходячий госпиталь, — заметил он.

— Мне нужно, чтобы все необходимое всегда было под рукой.

После того, как девушка расставила на столе зелья в том порядке, в котором они должны были понадобиться ей во время процедуры, она призвала заклинанием стул из другого конца комнаты.

— Новая кожа на ранах не должна мешать твоим движениям. Будет проще удостовериться в этом, если ты будешь сидеть на стуле, а не лежать на медицинском столе,