Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Малфой начал расстегивать пуговицы, пока Гермиона в последний раз пробежалась взглядом по выставленным на столе склянкам, проверяя, что все готово к процедуре.

— Есть два способа, которыми можно исцелить такие глубокие раны, как у тебя, — сообщила она, встретившись взглядом с Малфоем. — Один из них — безболезненный, но соединительная ткань, образовавшаяся на месте травмированной мышечной ткани будет ещё долгое время мешать твоим движениям. Другой способ — болезненный, но у меня будет возможность проконтролировать, что исцелённые ткани не будут препятствовать твоей ловкости. Я предполагаю, что ты выберешь последний.

Малфой кивнул, продолжая внимательно смотреть на неё.

— Я могу нанести анальгетик на порезы, которые не буду зашивать. Использование обезболивающих зелий на глубоких порезах невозможно, так как те могут притупить твои ощущения и мы не сможем понять, правильно ли формируется рубцовая ткань. Процедура будет очень болезненной.

— Я в курсе, — ответил Малфой жестким голосом.

Гермиона достала из сумки бутылку с текилой и поставила ее на стол.

— Алкоголь должен помочь. Конечно, не стоит доводить себя до опьянения, но если ты выпьешь немного, это поможет тебе перенести боль. При этом мы сможем удостовериться, что швы не будут мешать подвижности твоей спины. Это маггловское спиртное — текила. Очень дешевое. Орден не выделяет нам отдельный бюджет на алкоголь.

Она взяла в руки флакон с Успокаивающим зельем:

— Двойная доза успокоительного также должна помочь перенести процедуру. Нужно, чтобы твоё тело оставалось расслабленным.

Она передала Драко флакон с зельем и проследила, чтобы он его выпил.

— Готов? — спросила Гермиона. Она уже и забыла, когда в последний раз так волновалась перед процедурой исцеления.

Малфой оседлал стул, и девушка приступила к работе.

Она аккуратно срастила разорванные мышечные волокна и зашила кожу, а затем заставила Малфоя свести и развести лопатки и покрутить плечом. Кожа на рубце мешала его движениям. Гермиона использовала специальное заклинание, чтобы уменьшить ее натяжение, но и оно не помогло. Ей пришлось удалить часть новых тканей и вырастить их заново.

От постоянных движений и воздействия магии через какое-то время все руны на его спине стали кровоточить.

Она успела зашить четыре глубоких раны, прежде чем Драко не выдержал и взмахом палочки призвал бутылку элитного огневиски.

Гермиона подождала, пока он вытащит зубами пробку и сделает несколько жадных глотков. Затем он поставил огневиски рядом с бутылкой текилы и устало опустил голову на спинку стула.

— Блять. Блять. Блять, — бормотал он сквозь зубы.

— Прости, — тихо сказала она, мягко опустив руку ему на спину и возобновляя работу.

— Обойдёмся без сожалений, Грейнджер, — почти прорычал Драко. Его лицо было бледным, а костяшки пальцев побелели от того, с какой силой он сжимал спинку стула.

Он стал делать по несколько глотков огневиски после каждой зашитой Гермионой руны.

К тому времени, как девушка приступила к работе с другим плечом, Драко уже казался слегка опьяневшим.

— Твою мать, — простонал он низким голосом. — Я и так в курсе, что ты кровожадная стерва. Тебе не обязательно доказывать мне это.

Гермиона сжала губы в тонкую линию, чувствуя одновременно легкую обиду от его слов, странное веселье и сочувствие.

— Стерва, которая занимается твоим лечением, — заметила она.

Он засмеялся.

— Как оказалось.

Он больше не заговаривал с Гермионой до самого конца процедуры, лишь давал односложные ответы на вопросы о самочувствии.

Закончив зашивать раны, девушка очистила его спину от крови.

Она мягко нанесла на руны несколько мазей с анальгетиком и затем смазала их густым зельем, которое должно было помочь смягчить кожу на рубцах. Они были ярко-красного цвета.

Гермиона взглянула на наручные часы. Было около часа ночи. Процедура заняла гораздо больше времени, чем она предполагала.

— Все, я закончила, — подытожила девушка.

Малфой облегченно вздохнул и допил оставшийся огневиски, прежде чем поставить вторую пустую бутылку на пол рядом с первой.

Он просидел неподвижно несколько секунд, словно собираясь с мыслями. Затем склонил голову набок и посмотрел на бутылку с текилой.

— Что это вообще такое, Грейнджер? —спросил Драко, обхватив горлышко бутылки и читая этикетку.

Он не выглядел пьяным. Его речь оставалась четкой, а руки — ловкими. Гермиона никогда не видела, чтобы кто-то, выпивший столько алкоголя, сохранял такое трезвое сознание.

То, насколько сильно он себя контролировал, казалось пугающим.

— Не пей это. Оно очень дешевое. Ты только что залил в себя две бутылки дорогого огневиски стоимостью в несколько сотен галлеонов. Не стоит запивать их чем-то настолько дешевым.

Малфой явно не собирался прислушиваться к ней. Он открутил крышку, принюхался, а затем сделал пробный глоток. И тут же выплюнул текилу на пол.

— Твою мать, Грейнджер! Что это за пойло? Решила теперь попробовать отравить меня?

— Я решила, что это будет хорошим наказанием, если ты все-таки не послушаешь моего совета и не принесёшь что-то на свой вкус, — ответила Гермиона, ухмыльнувшись. — Мне говорили, что текила вкуснее, если закусывать ее солью с лимоном.

— Говорили?

— Сама я редко пью. Тем более по понятным причинам я не пью с магглами, — заметила Гермиона.

— То есть ты даже не знала, что покупаешь. — Он все ещё кривил губы, словно никак не мог избавиться от неприятного вкуса во рту.

— Я просто искала недорогой и крепкий алкоголь, — ответила она.

— И почему я не удивлён. Учитывая, что твой «алкогольный» план — это пить портвейн и притворяться троллем под мостом, — сказал Малфой, посмеиваясь.

В ответ на его слова Гермиона состроила недовольное лицо и продолжила собирать вещи. Подобрав со стола склянки из-под зелий, она принялась копаться в сумке. Девушка выругалась про себя. Она забыла принести Отрезвляющее зелье. Она собиралась взять его из шкафа на Площади Гриммо, но совсем забыла о нем из-за разговора с Гарри.

— Мне пора идти. Ты сможешь аппарировать? — спросила Гермиона, внимательно взглянув на него. Она не считала разумным решением аппарировать в таком состоянии.

Казалось, Малфой задумался над ее вопросом на несколько секунд. Повернув голову из стороны в сторону, словно проверяя ясность мыслей, он вздернул бровь.

— Не думаю, что это целесообразно с медицинской точки зрения, — наконец сказал он.

Гермиона облегченно выдохнула. Она не представляла, что делала бы, если бы Малфой настаивал на том, что достаточно трезв для аппарации. Девушка гадала, смогла бы она оглушить его, если