Хроника - Салимбене де Адам

нуждающемуся». Это также то, что, как говорит тот же апостол, сказал Господь, Деян. 20, 33–35: «Ни серебра, ни золота, ни одежды я ни от кого не пожелал: сами знаете, что нуждам моим и нуждам бывших при мне послужили руки мои сии. Во всем показал я вам, что, так трудясь, надобно поддерживать слабых и памятовать слова Господа Иисуса, ибо Он Сам сказал: “блаженнее давать, нежели принимать”».

Продолжим. Брат Роберто, их распорядитель, «был вор. Он имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали» (Ин. 12, 6), то есть уносил и воровал. И по прошествии времени, когда я жил в Фаэнце[1268], он /f. 318c/ жил там же, в доме какого-то брата из ордена «кающихся»[1269], которого звали брат Глутто; и в пятницу на Страстной неделе, в тот час, когда был распят Сын Божий[1270], он отрекся и велел остричь себе волосы и обрить бороду, и какую-то пустынницу взял себе в жены. Я слышал все это, но не хотел верить до тех пор, пока не спросил его самого, действительно ли это так. В связи с этим по поводу слов, Быт. 18, 21: «Сойду и посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне, или нет; узнаю», – толкование гласит: «Тот, кто узнает все, оставил это нам в пример, как бы говоря: дурному о людях не прежде верьте, чем проверите»[1271]. И еще, Сир. 11, 7: «Прежде, нежели исследуешь, не порицай; узнай прежде, и тогда упрекай». Немногие находятся, которые умеют пользоваться этими словами Писания, даже и сам Давид не может, который говорит, что он «сведущ более старцев» (Пс. 118, 100). И это потому, что он слышал колокол, звучащий только с одной стороны и не отзывающийся с другой, то есть он слышал только обвинения Сивы и не слышал оправданий Мемфивосфея[1272], и поэтому он плохо судил и принял плохое решение и плохо разделил. И поскольку он плохо разделил, он был наказан, так как раб Соломона разделил его царство с внуком его Ровоамом[1273]. Однако Григорий в первой книге «Диалогов»[1274] легко перешел к другому предмету, извиняя его. Ведь в привычке прелатов взаимно извинять друг друга.

О том, что человек-отступник бесполезен Богу, себе и ближнему

Когда же я спросил Роберто, сделал ли он то, о чем говорят, или нет, «он объявил, и не отрекся» (Ин. 1, 20), что действительно совершил все это. Тогда я сурово осудил его, сказав: «Мудрец в Притчах говорит, 6, 12: “Отступник – человек бесполезный”[1275], ибо он бесполезен Богу, бесполезен себе, бесполезен ближнему. Бесполезен Богу, так как “оставил он Бога, создавшего его, и презрел твердыню спасения своего” (Втор. 32, 15). И еще: “Заступника, родившего тебя, ты забыл, и не помнил Бога, создавшего тебя” (Втор. 32, 18). Бесполезен себе, ибо, как говорит сын Сирахов, 10, 32: “Кто будет оправдывать согрешающего против души своей? И кто будет хвалить /f. 318d/ позорящего жизнь свою?” Бесполезен ближнему, которого вовлекает в соблазн дурным примером. Поэтому говорится, Сир. 14, 5: “Кто зол для себя, для кого будет добр?” Также Сир. 19, 3: “Гниль и черви наследуют его, и дерзкая душа истребится”». Когда же Роберто услышал мои слова, с ним случилось то, о чем говорится, Сир. 21, 7: «Ненавидящий обличение идет по следам грешника». И еще, Сир. 32, 19: «Человек грешный уклоняется от обличения и находит извинение, согласно желанию своему».

О том, что Роберто, после того как ушел от этих мошенников, «которые говорят о себе, что они» апостолы, «а они не таковы», наговорил о них много плохого

Ибо, оправдывая себя, он наговорил много плохого о тех, «которые говорят о себе, что они» апостолы, «а они не таковы, но сборище сатанинское». И прежде всего он сказал, что брат Герардин Сегарелли, который был первым из них, никогда не хотел становиться во главе своей конгрегации, чтобы быть их прелатом; хотя они его и просили, но он отвечал им, что кто угодно исполнил бы эту обязанность хорошо, ибо «трудящийся трудится для себя» (Притч. 16, 26), и что «каждый получит свою награду по своему труду» (1 Кор. 3, 8), и «каждый понесет свое бремя» (Гал. 6, 5), и «каждый из нас за себя даст отчет Богу» (Рим. 14, 12). И, поскольку они не имели главы, это и была причина их рассеяния, так как «при недостатке попечения падает народ», Притч. 11, 14, и «где нет ограды, там расхитится имение», Сир. 36, 27. Поэтому глас демонов может быть таким, каков он в 1 Мак. 12, 53: «Нет у них начальника и поборника; итак будем теперь воевать против них и истребим из среды людей память их». Во-вторых, он сказал, что, когда они посоветовались с магистром Альбертом из Пармы, одним из семи нотариев римской курии, о том, как им быть с руководителем, тот поручил это дело аббату монастыря ордена цистерцианцев, что находится в Пармском епископстве и называется Фонтевиво. А тот сразу отказался, сказав, что они не устраивают обителей и не собираются в домах, но ходят по миру, как и поступали с самого начала, /f. 319a/ нося длинные волосы, большую бороду, не покрывая голову и накинув на плечи плащ, и что они ищут пристанища в разных домах. Это явилось причиной их развала, ибо, по свидетельству сына Сирахова, 29, 27: «Худая жизнь – скитаться из дома в дом». Ибо Господь говорит, Лк. 10, 7: «Не переходите из дома в дом». В-третьих, он сказал, что Гвидо Путаджо, который был из того же города, что и я, мой товарищ и друг, когда вступил в их орден и увидел, что брат Герардин Сегарелли не подчиняется уставу, грубо забрал бразды правления себе и удерживал их в течение многих лет. Но с ним случилось то, о чем говорит сын Сирахов, 20, 8: «Кто несправедливо[1276] восхищает себе право говорить, будет возненавиден».

О разделении, которое произошло среди этих так называемых апостолов

Поскольку он имел чересчур роскошный выезд со многими упряжками и делал большие траты, и закатывал много пиров, как это обычно делают легаты или кардиналы римской курии, его людям это не понравилось, и они избрали себе другого главу, некого брата Матфея из Анконской марки. Итак, между ними произошел раскол, так как