Политическая история Римской империи. Том II - Юлий Беркович Циркин

Если Стилихон надеялся, что смерть Руфина даст ему возможность завладеть властью и на Востоке, то он ошибся. Евтропий был не менее честолюбивым и властолюбивым, чем Руфин. Поняв это, Стилихон начал действовать. Он укрепил свою армию, набрав, в частности, новых германских воинов, и весной 397 г. высадился с ней в Греции, вступив в войну с вестготами. Теперь его семья находилась в Италии, и он мог действовать без особой оглядки на восточное правительство. Несколько сражений были нерешительными, но в целом перевес оказался на стороне римлян. В какой-то момент готы были окружены, и им грозило если не уничтожение, то очень большой урон. Однако Стилихон неожиданно пошел на соглашение с Аларихом. Вестготы согласились покинуть Грецию и уйти в Эпир.[229] Эти победы, какими бы незначительными они ни были, и это соглашение, несмотря на его явно компромиссный характер, были выданы пропагандой Стилихона и его идеологов как величайший триумф.

С другой стороны, Стилихон не решался снова предъявить свои претензии на власть во всей Империи, поэтому в качестве первого шага он потребовал возвращения Гонорию всего Иллирика. Эта префектура ранее управлялась западным императором. Но Грациан, назначая Феодосия своим соправителем, передал ему и ее. Позже западная часть Иллирика вернулась под власть Запада, но восточная осталась под властью Востока. Теперь Стилихон, опять ссылаясь якобы на предсмертную волю Феодосия, потребовал передать весь Иллирик Гонорию, а фактически ему самому. Свое требование он подкрепил назначением Флавия Маллия Теодора префектом претория для Италии и Иллирика. Этот шаг демонстрировал желание Стилихона снова объединить Иллирик и Италию под властью западного императора. В ответ явно по настоянию Евтропия константинопольский сенат объявил Стилихона «врагом народа» (hostis publicus). Префектом же Иллирика восточное правительство назначило Анатолия. Одновременно Аларих был официально назначен командующим войсками в Иллирике (magister militum in Illiricum). Это, по мысли константинопольских политиков, должно было вбить клин между Аларихом и Стилихоном и не дать им объединиться. Алариху же это назначение давало легальное право властвовать над частью римской территории и возвышало его в глазах соплеменников. После этого вестготы поселились в Иллирике.

Всем этим восточное правительство не ограничилось. По его подстрекательству поднял мятеж Гильдон, заявивший о своем подчинении восточному императору. Летом 397 г. начались волнения в Африке. По инициативе Стилихона Гонорий издал особый закон о наборе в армию, причем на этот раз рекрутов надо было брать даже в императорских владениях. Осенью того же года Гильдон открыто выступил против Гонория, явно рассчитывая на активную поддержку Аркадия и Евтропия. Правда, никакой реальной помощи константинопольское правительство мятежнику не оказало.

Гонорий

В этом проявился начавший оформляться стиль восточно-римской дипломатии, знаменитый «византинизм», когда константинопольское правительство натравливало кого-либо против своих врагов, не затрачивая, однако, при этом никаких реальных средств.

В Африке Гильдона активно поддержали донатисты и, может быть, еще оставшиеся язычники. Мятеж его был очень опасен. Именно Африка была в это время главной продовольственной базой Италии и Рима, и ее отпадение или переход под власть восточного императора могли поставить Италию под угрозу голода. Стилихон принял активные меры. Ему удалось запастись достаточным количеством продовольствия, чтобы не допустить голодных бунтов. Затем он отправился в Рим, где созвал сенат, и тот «по обычаю предков» объявил Гильдона врагом. Это к тому же стало ответом Стилихона на подобный шаг Константинополя. Усилия Стилихона подняли его престиж и позволили ему иметь прочный тыл во время африканской кампании. Сам он остался в Медиолане, а во главе направленного в Африку войска поставил брата Гильдона Масцизеля. Как ранее Гильдон помог подавить восстание своего брата Фирма, так теперь Масцизель повел беспощадную войну против самого Гильдона. Кампания была успешной и неожиданно быстрой. Гильдон был разбит, бежал и через некоторое время его убили. Его огромные имения были конфискованы, и они оказались столь значительными, что для управления ими было создано специальное ведомство. Начались жестокие преследования донатистов и язычников. В частности, были полностью разрушены храмы «лживых богов». Масцизель с триумфом вернулся в Италию и стал там самым популярным человеком. Такой поворот дел не мог не встревожить Стилихона. Воздав Масцизелю всяческие почести, он одновременно задумал его уничтожить. И тот вскоре «случайно» упал в реку и утонул. Теперь у Стилихона на Западе снова не стало соперников.

Официально Римской империей правили два августа — братья Аркадий и Гонорий, фактически же два фаворита — Евтропий и Стилихон. Именно их соперничество неуклонно вело к полному разделу Империи на две части. Оба стремились укрепить свою реальную власть. Формально вторым лицом после императора в восточной части Империи являлся префект претория для Востока. Чтобы ослабить влияние этой должности, Евтропий настоял на лишении его некоторых полномочий (в частности, у него было отнято руководство государственной почтой и передано главе канцелярии). Это лишало префекта возможности контролировать коммуникации государства. Евтропий сумел также сделать невиданный еще шаг:

назначить одновременно двух префектов претория для Востока — Цезария и Евтихиана, что, разумеется, резко ослабляло значение префектуры.[230]

В 398 г. гунны снова перешли Кавказ и напали на Империю, они стали разорять восточные провинции Малой Азии. Попытки их отбить оказались безуспешными. И тогда Евтропий решил сам возглавить армию. И, к удивлению многих, он сумел выбить гуннов. Это еще больше укрепило его положение во главе восточного правительства. На этот раз дело не ограничилось фактическим положением, а было подкреплено и официальными почестями. Евтропий был возведен в сан патриция, а на следующий год назначен консулом. Разразился скандал: в римской истории еще не было такого, чтобы евнух и бывший раб стал консулом. Запад решительно отказался его признать. Говорилось, что любое чудовище лучше консула-евнуха. В противовес Евтропию Стилихон сделал консулом префекта претория для Италии и Иллирика Теодора. На какое-то время раскол государства стал полным и официальным.

Такое возвышение Евтропия вызвало, однако, враждебную реакцию и на Востоке. Уже давно сенаторская элита Константинополя при всем своем раболепии выражала недовольство властью евнуха. Видным членом этой группы стал Аврелиан, сумевший найти общий язык с императрицей Евдоксией. Еще более открытое недовольство зрело в армии. Командир остготских наемников Трибигильд поднял открытый мятеж против Евтропия. Тайна со всей своей армией двинулся на его подавление, но на деле вступил в сговор с мятежником и тоже потребовал отставки Евтропия. Армия Тайны двинулась к Константинополю. Аркадий, который явно был очень привязан