Письма к жене. Невидимая сторона гения - Федор Михайлович Достоевский

Д. их дружеские отношения, к сожалению, прервались, и сведения Соловьева об этих годах до крайности скудны. Воспоминания С. надо признать ценными, точными и фактичными. Кроме «Воспоминаний» Всев. С. Соловьеву принадлежат статьи: Ф. М. Достоевский — «Нива», 1878, № 1; Памяти Ф. М. Д-го. — «Нива», 1891, № 7. Упоминания о Д. есть в его романе «Цветы бездны» («Русск. Вестник», 1895, янв., 34–37).

К письму 5 июля 1873 г.

‹‹123››. В своих воспоминаниях Мещерский ни словом не обмолвился ни о факте ареста Ф. М. из-за редакторского промаха, ни о своем сочувствии Д. по этому поводу.

‹‹124››. Дмитревский — сведений об этом лице не удалось разыскать.

‹‹125››. Печаткин — владелец типографского дела в Петербурге.

‹‹126››. Гладков (имя и отчество неизвестно) — очевидно, один из второстепенных сотрудников редакции.

‹‹127››. Тришин — коммерсант, ссудивший в долг Ф. М. и получавший в это время с него проценты.

‹‹128››. Хозяином Д. в это время был владелец дома на Лиговке гр. Сливчанский; неблагоприятный отзыв о нем Ф. М. дает в письме к Анне Григорьевне 19 августа 1873 г.

‹‹129››. Хозяевами в данном месте Ф. М. называет хозяев дачи в Старой Руссе — это был Гриббе, Александр Карлович, ранее состоявший, по словам Анны Григорьевны, на службе в военных поселениях при Аракчееве и теперь проживающий на покое в Старой Руссе в собственном доме. «Лето 1873 года я с детьми жила в Старой Руссе, — пишет Анна Григорьевна в своих воспоминаниях. — Так как дача священника Румянцева была уже сдана, то мы поселились в доме полковника А. К. Гриббе, усмирителя бунта 1830 г., о чем он и описал в „Русской Старине“ (См. „Русск. Стар.“, 1876, т. XVII, 513–536: „Холерный бунт в Новгородских военных поселениях 1831 г.“). Это был очень милый и добрый старичок, полюбивший моих детей. Нам чрезвычайно уютно и покойно жилось у Гриббе» (цитируем по рукописи). Более подробно рассказывает о Гриббе и его доме Любовь Федоровна в своих воспоминаниях (см. 76 стр. русск. изд.).

К письму 10 июля 1873 г.

‹‹130››. С Образцовым велись, судя по переписке, деловые сношения Ивана Григорьевича Сниткина. Точных сведений о нем не нашли.

‹‹131››. Архангельский — сведений об этом лице мы также не нашли.

‹‹132››. Победоносцев, Константин Петрович (1827–1907), известный обер-прокурор Синода, имел большое влияние на консервативное направление внутренней политики в России, особенно в годы 1881–1904. Сближение Достоевского в последнее десятилетие его жизни (1871–1881) с Победоносцевым является моментом далеко небезынтересным для истории общественных отношений той эпохи и важным фактом как в личной, так и в литературной биографии писателя — страницей, до сих пор оставшейся совершенно неосвещенной.

Знакомство Достоевского состоялось зимой 1871/72 гг. в доме кн. Влад. П. Мещерского. Этому знакомству суждено было продолжаться; следующий 1873 год — время редакторства Федора Михайловича в «Гражданине» — сближает их на долгие годы. Победоносцев тепло и сердечно с первых же дней относится к Достоевскому. Об этом времени Победоносцев вспоминает в письме к И. С. Аксакову 30 января 1881 г.: «Нас (т. е. Д. и Победоносцева) сблизило время его редакторства в „Гражданине“; тогда из участия к его отчаянному положению я целое лето работал с ним вместе, и мы весьма сошлись».

Дружба окрепла, и в ответ на создавшуюся потребность общения Победоносцев уславливается с Федором Михайловичем о еженедельных встречах и беседах но субботам, в 9 часов вечера, после всенощной.

Беседы с глазу на глаз еще более сближают. И если вначале самолюбивому Достоевскому льстило знакомство с столь видной бюрократической фигурой, какою был обер-прокурор Победоносцев, приятна была близость и определенно проявляемый к его личности интерес со стороны синодального обер-прокурора, и он не прочь был строить планы на этом знакомстве и питать уверенность в преодолении материальной нужды, тревожившей часто в те годы, — то через три-пять лет Достоевский уже очень дорожит мнением Победоносцева, к нему приезжает из Старой Руссы «лечить дух» в период упадка, отдает на его суд свои литературные творения, поверяет свои творческие раздумья, обсуждает с ним свои замыслы — вроде образа Зосимы; ему откровенно поверяет свои грустные думы по поводу настроений и уклонений в дорогом ему мире литературы и в обществе, похожих — увы! — на «сумасшедший дом» (выражение Достоевского); с ним делится тревожными сомнениями, как бы на Пушкинских торжествах в июне 1880 г. не одержала верх западническая партия и тем самым дорогие ему убеждения и взгляды не потерпели крушения и не лишились бы сочувствия в обществе.

Понятно, как тяжело должна была отозваться смерть Достоевского в сердце Победоносцева и лиц, близких к нему по убеждениям, — Аксакова и др. Сохранилась трогательная по своей искренности переписка Победоносцева с Аксаковым по поводу болезни и, наконец, смерти Федора Михайловича. В письме 30 января 1881 г. К. П. Победоносцев писал И. С. Аксакову: «Тяжко, пишешь ты, еще не знав о кончине Ф. М. Достоевского. А вот у его гроба и вдвое тяжко. Я близко знал этого человека. Для него исключительно у меня был назначен вечер субботний, и он нередко приходил проводить его вдвоем со мною. И своего „Зосиму“ он задумал по моим указаниям: много было между нами задушевных речей…… В нынешнюю пору он как раз пришелся по времени. И теперь незаменим, ибо стоял сам по себе»[32]. В самый день смерти Д. (29 января 1881 г.) Победоносцев, ходатайствуя о субсидии для семьи писателя, обратился с письмом к Александру III (тогда наследнику), где выразил ту мысль, что смерть Д. — «большая потеря для России. В среде литераторов он — едва ли не один — был горячим проповедником основных начал веры, народности, любви к отечеству. Несчастное наше юношество, блуждающее, как овцы без пастыря, — к нему питало доверие, и действие его было весьма велико и благодетельно. Многие…… обращались к нему, как духовнику, словесно и письменно. Теперь некому его заменить» (см. «Красный Архив», 1923, том II, стр. 252). Письма Ф. М. к Победоносцеву, ценные для знакомства с воззрениями Д. за 1879 и 1880 гг., сохранившиеся в архиве Д. в количестве 6, и одно письмо Победоносцева к Анне Григорьевне опубликованы нами в журнале «Красный Архив», т. II, 1923, стр. 242–252.

К письму 20 июля 1873 г.

‹‹133››. Миша — второй сын Мих. Мих. Достоевского (род. в Ревеле в 1847 г.); в эти годы (с 1869 г.) он служит в банке; в 1875 г. — в Обществе Взаимного Кредита.

‹‹134››. Клейн — книгопродавец, имевший контору в Петербурге; через него, по-видимому, шла продажа сочинений Д.

‹‹135››. Гриша — малолетний сын Ивана Григорьевича и Ольги Кирилловны Сниткиных.

К письму 23 июля 1873 г.

‹‹136››. Белов Евгений Александрович (1826–1895), по образованию историк; в 1873 г. был одним из деятельных сотрудников «Гражданина» по отделу «Библиографии».