По дороге в Рай - Джордж Пусеп

— Как я устал! Гхы, гхы, гхы! Как мне все надоело! Никуда не выйти! Все сразу лезут! Ни с кем не поговорить! Не знаешь, кто твой друг! Даже с девчонками боюсь знакомиться! Не знаю, что у них там в голове!.. Охххх! Эта слава меня просто убьет! Погубит… — на последнем издыхании прошептал Шон.

Гога стоял и смотрел на него в недоумении. И вдруг до него дошло! Он понимающе посмотрел на Шона и покачал головой. Сел рядом с другом и по-отечески обнял за плечи.

— Послушай, — умиротворяющим голосом начал Гога. — Да перестань… Это пройдет. Привыкнешь. Поверь мне. Я тоже проходил через такое. Веришь? Я ведь тоже был когда-то звездой в Союзе.

И Гога поведал другу о своей славной карьере солиста Ленинградского Мюзик-Холла.

Вскоре Шон успокоился. Поблагодарил за поддержку и вернулся в павильон.

На следующий день Шон повторил все то же самое, что проделал вчера в присутствии Гоги. С тем же отчаянием и слезами, но уже со своим партнером Тимом, когда они снимали очередную сцену в гараже.

— Вот скотина, значит, репетировал на мне. Хотел увидеть, поверю ли. Ну, сволочь! А ты-то! Тоже мне, мудак! Поверил!

Съемки эпизода, где Гога на лимузине должен был оторваться от погони на улицах ночного Мехико в окружении тысячи машин, запомнились особенно. Съемочная группа из трех человек, включая режиссера, пристроилась с камерой на полу у заднего сиденья. Гога должен был мчаться на огромной скорости посреди ночного потока, обгоняя машины, пересекая двойные линии, делая «шашки». Для страховки им прикрепили двоих полицейских на мотоциклах. Когда съемка была в полном разгаре, сзади раздался испуганный возглас:

— А где полицейские?! Их нет! Мы так убьемся!

Гога не смел оглянуться, лишь крепче сжал руль и продолжил лавировать между машинами, проделывая немыслимые каскадерские трюки, покуда чудом не выскочил из потока и не остановился. Казалось, стук четырех сердец теперь был слышан на весь город.

Как потом выяснилось, полицейские затерялись в потоке машин не в силах угнаться за ними и пришлось снимать все вживую! Как они уцелели, осталось загадкой. Вот что значит вжиться в роль!

Как Шварценеггер Гогу курить учил

С Арнольдом Гога столкнулся в фойе гостиницы. Они не виделись несколько лет. Со смехом вспомнили, как Гога проверял его бицепсы на вечеринке. Арнольд пригласил Гогу в ресторан, куда он собирался со своим другом Свеном — могучим двухметровым шведом, и его миниатюрной супругой, блондинкой лет тридцати. Арнольд уже тогда производил эффект разорвавшейся бомбы, где бы ни появился.

Мехико был полон шикарных ресторанов, в одном из которых они теперь и сидели. Вилла шестнадцатого века. Конечно, все взоры были обращены на них. Арнольд не удержался. Зацепил ладони на затылке, расправил могучие плечи и поиграл бицепсами, вызвав бурные аплодисменты зала. Несколько официантов в черных брюках, белоснежных рубашках и фартуках суетились вокруг стола, пока гости рассматривали меню. Затем Арнольд, прищурившись, посмотрел на Гогу.

— Я видел, ты куришь сигареты…

Гога усмехнулся, пожал плечами, как бы признаваясь в своем маленьком грешке. Арнольд неожиданно произнес:

— Я тебе покажу, что надо курить! — и помахал рукой.

Подскочил официант, которому Арнольд что-то тихо объяснил. Тот сразу исчез. Через несколько минут два официанта подкатили к столу тележку, покрытую белоснежной скатертью. На ней стояла белая свеча в серебряном подсвечнике, четыре рюмки коньяка, наполненные на треть, коричневые листья табака на серебряном же подносе и толстые длинные спички, аккуратно разложенные рядышком. Гости переглянулись. Арнольд сиял. Официанты принялись терпеливо сворачивать листья, покуда один из них объяснял гостям на ломаном английском всю процедуру, с указанием местности, где собраны листья, их название и прочее. Гогу поразило, сколько здесь оказывается тонкостей! Сколько требовалось знаний для одной простой сигары! Закончив крутку, официант зажег свечу, взял кисточку, макнул в коньяк и обмазал сигару. Потом принялся покручивать ее на огне. Через несколько секунд он отрезал край кончика золотой гильотиной. Прикурил. Вновь обрезал, окунул в рюмку с коньяком и протянул дымящуюся сигару Арнольду. Затем проделал все то же самое для остальных. Арнольд сделал длинную затяжку. С наслаждением медленно выпустил дым в потолок и победоносно посмотрел на Гогу.

— Вот как и вот что надо курить! — сказал он тоном знатока и широко улыбнулся, обнажив свои белоснежные зубы со щербинкой (впоследствии он ее удалит). Конечно, это было ни с чем не сравнить! Сигара, намоченная коньяком, и запахи дыма вскружили голову. Так Гога научился курить сигары. Привычка, которую он бросит только в Черногории (там в те годы его бы точно не поняли). Впоследствии весь Голливуд заразился этим. Теперь самым крутым считалось вытащить дорогущую сигару, цена которой могла доходить до нескольких сотен долларов, и вальяжно закурить. А еще круче — угостить кого-нибудь! Арнольд умел задавать тренды!

Когда они возвращались в гостиницу, было уже три часа ночи. Арнольд посмотрел на Гогу.

— Что-то ты уж совсем хилый! Надо подкачаться! Хочешь потренироваться со мной? У меня здесь собственный тренажерный зал, который я везде вожу с собой.

Идея тренироваться с Арнольдом была невероятной!

— Хочу! Конечно хочу! А где и когда?

— В пять часов. Я тебе покажу, куда прийти.

— Подожди… Но ведь у нас же съемки заканчиваются только в шесть…

Арнольд рассмеялся.

— В пять утра. Сколько сейчас, три? Значит, через два часа!

— Через два часа?! — воскликнул с изумлением Гога.

— Ну, да! А ты как думал? Я так тренируюсь всю жизнь! Неважно — ресторан не ресторан, погода не погода… В пять часов первая тренировка!

— Уау! Не представляю, как это возможно после такого количества выпитого.

Все дружно рассмеялись. Супруга Свена высунула свою прелестную голову из-за могучего торса мужа и мило посмотрела на Гогу. Догадайтесь с трех раз, что сделал Гога? Отказался от тренировки! Молодец! Что бы другой дал за такую возможность?!

— Можешь посмотреть этот сценарий? — спросил Арнольд на следующий день, когда они встретились в фойе гостиницы, протягивая ему черную папку. — Интересно твое мнение.

Вечером после съемок Гога прочитал сценарий. Там шла речь о каком-то типе, появившемся из космоса и уничтожающем на своем пути всех и вся. Причем не говоря ни слова. Молча! Так как у Гоги роль тоже была почти без слов, то, возвращая сценарий, он со знанием дела сказал:

— Роль интересная. Но будет очень сложно играть. Ведь тип почти не говорит! А это, поверь мне, не так просто. Изобразить что-то. Наполнить смыслом. Показать эмоции, набрав в рот воды!

Арнольд рассмеялся.

— Спасибо, старик!

Потом выяснилось, что это был