По дороге в Рай - Джордж Пусеп

— А в какой?! — заинтересовалась Зина.

— Нууу… сейчас решим… — многозначительно протянул Гога, стараясь собраться с мыслями.

— Хочу! — твердо заявила Зина.

Зина с раннего детства отличалась четкостью и твердостью в своих решениях. Если она принимала какое-нибудь из них, уже никакие уговоры не могли ее переубедить. Решение было окончательным. «Вот и хорошо… — подумал Гога. — Значит, есть куда идти. В магазин!»

В этот день Гога пришел в детский садик, чтобы забрать Зину пораньше. Хотелось просто прогуляться с ней, провести больше времени вместе. Было около трех часов дня. Просунув голову в детскую игровую комнату, он помахал ей рукой. Зина тут же подбежала и бросилась ему на шею, крепко обняв и поцеловав в щеку. Гога понес ее в раздевалку.

— Хочешь пойдем погуляем перед тем, как идти домой? А?

— Ага! — ответила Зина и стала одеваться.

Гога терпеливо и заботливо помогал ей. Неожиданно в раздевалку влетела молодая раскрасневшаяся воспитательница, которую Гога видел впервые. В растерянности она уставилась на него и спросила:

— Что вы делаете?

Гога на мгновение остолбенел.

— Не понял.

И тут воспитательница выпалила:

— Вы Саша?

Сердце сжалось. Желудок скрутило. Осознание услышанного наступило сразу. Посмотрев на воспитательницу тяжелым взглядом, Гога спокойно ответил:

— Я не знаю, кто такой Саша… Но я Зинин папа. И что я делаю, вы видите. Одеваю своего ребенка, чтобы отвести домой.

Тут влетела еще одна девица, которую Гога так же видел впервые, и, уставившись на него, задыхаясь, громко пробормотала:

— Зачем вы одеваете ребенка?!

Гога рассмеялся. Внутри все закипело от злости.

— Вы что это, девушки, серьезно? — уже со злобной улыбкой спросил Гога, натягивая трясущейся рукой Зине сапожки.

Тут, как в водевиле, на сцене появился еще один персонаж. Раскрасневшаяся Лидия Ивановна, заведующая детским садом. Видимо, догадавшись, что здесь произошло, она отправила воспитательниц обратно и стала извиняться.

— Георгий Борисович, простите! Произошло недоразумение! Они у нас новенькие. Даже всех родителей еще не знают. Просто дело в том, что сегодня звонила ваша супруга и попросила Зину вам не отдавать, а отдать ее Саше. — Она бросила на Гогу смущенный взгляд: — Я спросила Киру Константиновну: «А кто такой Саша?» Она сказала, что это неважно. Просто друг. Тогда я была обязана задать несколько вопросов. Спросила ее, разведены ли вы и имеет ли она решение суда насчет ребенка. Она ответила, что нет. В таком случае, говорю… Я не имею права не отдать ребенка родному отцу, а отдать человеку, который юридически не имеет на нее никаких прав. «Хорошо», — сказала Кира Константиновна и бросила трубку. По-моему, она на меня рассердилась… Вот и все. Видимо, она разговаривала с этими воспитательницами. Так что вы меня уж извините. Просто какой-то сумасшедший день!

— Дааа… действительно. Спасибо. Спасибо, что объяснили, — тихо сказал Гога, взял Зину за руку и направился к выходу.

— Георгий Борисович! — окликнула Лидия Ивановна.

Гога повернулся и посмотрел на нее отсутствующим взглядом.

— Вы уж там как-нибудь разберитесь с Кирой Константиновной по этому вопросу. Вы же понимаете, мы не имеем права вмешиваться в личные отношения… Но я просто не буду знать, как поступить в другой раз! — растерянно добавила Лидия Ивановна.

— Хорошо. Хорошо… Не беспокойтесь. Я все улажу. Все будет хорошо, — сказал Гога и вышел с Зиной на улицу.

Стоял необыкновенно солнечный и морозный день. «Надо же, какая прекрасная погода», — вдыхая холодный зимний воздух, подумал Гога. И тут же понял — произошло нечто ужасное и действовать надо мгновенно! Первое, что мелькнуло в голове: он и дети — американские граждане. И самое главное теперь — убраться из России! Немедленно! А там уже будет видно, что делать дальше. Главное, найти безопасное место, где можно все продумать и прийти в себя. «Но только не здесь!» Он посмотрел на часы. Было уже полчетвертого. Кира упомянула, что будет занята весь день. «Значит, ее сейчас дома не должно быть», — дрожа, подумал Гога. «Документы! Где документы?! — пронеслось в голове. — Свидетельства о рождении Зины и Жени? Где их паспорта?» Все вдруг стало ясно! Первое — это документы и деньги. Остальное сейчас не имеет никакого значения. Главное, незаметно исчезнуть. И побыстрее.

Гога набрал номер молодого адвоката, с которым познакомился на какой-то тусовке у высокопоставленных чиновников. Вкратце объяснил ситуацию. Попросил выяснить, возникнут ли проблемы на границе, когда они будут покидать страну.

— Вы же американские граждане! — последовал удивленный ответ. — Какие могут быть проблемы? У американцев, по-моему, вообще нет проблем. Это у нас проблемы! — добавил он и рассмеялся своей же шутке.

Гога сказал, что перезвонит, и попросил все-таки уточнить.

— Хорошо. Я позвоню своим ребятам в Шереметьево. Но, уверяю вас, проблем быть не может. Ручаюсь! Это просто нелогично!

— Хорошо, — совсем неуверенно согласился Гога, повесил трубку и вышел из телефонной будки. Присев на корточки, он посмотрел Зине в глаза.

— А давай сначала забежим домой! Я должен кое-что взять. А потом уже прямо в магазин! Хорошо?

— А давай прокатимся сначала, — сморщившись, умоляющим голосом попросила Зина.

— Оооокей!

Разбежавшись, держась друг за друга и смеясь, они проскользили по заледенелой дорожке.

— Давай еще! — закричала Зина в восторге.

— Ну давай! — воскликнул Гога.

И они вновь крепко схватились друг за дружку и повторили свой ледяной полет по дорожке… Не подозревая, насколько длинным, скользким и опасным окажется путь, что ждет их теперь впереди.

Подойдя к детской площадке возле дома, Гога попросил Зину поиграть с детишками (на случай, если Кира окажется в квартире).

— Только ты побыстрее! Хорошо?!

— Мигом! — ответил Гога, поцеловал ее в щеку и направился в сторону дома, оглядываясь по сторонам.

Сердце тревожно колотилось. Он почувствовал, как кровь хлынула к голове и лицо покраснело. Войдя в парадную, остановился и прислушался. Никаких звуков. Взлетел на третий этаж и приложил ухо к двери. Тоже тишина. Гога быстро открыл дверь и вошел в прихожую. В квартире царила умиротворяющая тишина зимнего, морозного дня. Тишина и покой как бы застыли в воздухе. Ничто здесь не предвещало беды. Старая детская коляска Зины мирно стояла сложенной в углу. Женины куртки на вешалке, вперемешку с Кириными вещами. «Боже, как здесь спокойно, — подумал Гога. — Что же произошло?» Он с трудом мог вспомнить события, предшествовавшие всему этому. Даже сегодняшние будто подернулись дымкой.

Единственное, что он четко понимал в эти минуты, — все очень плохо! И очень серьезно! Гога очнулся и бросился искать документы. Вот паспорт и виза! Как все американские граждане, он должен