Грабёж моей фамилии - Кэрол Март

с ней. И все получилось еще лучше и быстрее, чем я ожидала. Не прошло и дня, как я уже сидела в одной комнате со своим любимым мужчиной, болтала о том, что так важно именно ему, в то время, как его жена мыла посуду на кухне. Разве это не победа? Если нет, то уж точно — твердый шаг на пути к ней.

Я на некоторое время, чтобы никого не спугнуть — превратилась в серенькую зажатую мышку. Какой и была в школьные годы. Но, постепенно я раскроюсь перед Савой во всей красе, и он не сможет не влюбиться в меня.

Разумным было скрыть тот факт, что у меня есть машина. Так у меня появился еще один шанс на маневр. Савелий подвозил меня домой, и тут случилась эта страшная авария. Конечно, этого я никак не могла предвидеть или запланировать. Но то, что произошло, еще сильнее сблизило нас обоих.

Отсюда эти пространные вопросы на балконе. Я нравлюсь ему. Я вижу это. Но, пока он не хочет этого признавать.

Это даже хорошо. В таком деле не стоит спешить. Месть — это блюдо, которое подается холодным.

Мг, не могу не улыбаться от воспоминания того, какое было выражение лица у Савелия, когда тот увидел меня в пижаме жены. Недоумение. Он рассматривал меня, и в конце концов его глаза заблестели. Я понравилась ему больше, чем его жена. Это факт.

А потом эти глупые вопросы. Что ж. То ли еще будет. Вчера он сбежал из больницы, как ошпаренный. Наверняка, сам испугался собственных чувств. Но теперь ему никуда от меня не деться. Сегодня ко мне придет Динка, и я выведаю у нее все, что поможет мне завоевать его сердце.

И если он рассчитывает на то, что сможет выкинуть меня из головы, то пускай не надеется. Я засяду там надолго. И с этим он ничего не сможет сделать. Уж я-то постараюсь.

* * *

Дина

Как хорошо, когда все хорошо. Мой любимый муж дома, и я с него сдуваю пылинки. Пускай ему это и не очень нравится: он бубнит на меня, что я превращаюсь в мамочку. Я же отвечаю ему, что я и вправду уже мамочка, только ребеночек пока внутри. Поэтому всю свою нежность отдаю мужу.

Как следствие, муж не выдерживает постельный режим. И быстро, буквально на следующий день, сбегает на работу. А я, получив от подруги ключик, отправляют на ее квартиру, собираю вещи и везу в больницу. Та, девочка послушная, рекомендациями докторов не пренебрегает. Лежит, как положено.

Я рада, что оба чувствуют себя прекрасно, улыбаются и шутят. Во всяком случае, Ксюша прямо сейчас расплывается в улыбке, когда видит меня у входа в больницу. Наверняка, ей безумно скучно тут в одиночестве.

— Привет, подруга, — обнимаю Ксюшу крепко-крепко, несмотря на животик. — Держи пакетище, я вроде бы все собрала, что ты сказала. Ох, и косметики же у тебя в ванной, будто целый магазин к себе утащила. Мне кажется, у меня за всю жизнь столько не было. Ты, вроде бы, и не так уж сильно красишься. Признавайся, кому тут глазки собралась строить?

Ксюша смущенно машет своей белокурой головкой. Мол, никому.

Мы отходим от больницы. Садимся под облезлой ивой на лавочку, все также обнимая друг дружку.

— Кому тут глазки строить? — объясняет подруга. — В больнице практически весь персонал женского пола. Да и не хочу я, ты ведь знаешь о моих чувствах.

— Конечно знаю, — пожимаю руку. — Это я так говорю, чтобы тебя немножко поддразнить. Кстати, как там твой Игорек: звонил или может приехать собирается? Или уже приезжал, а я не заметила? Для него краситься собираешься?

— Нет, что ты. Не думаю, что он вообще знает о том, где я. Мне, Дина, кажется, что он совсем меня не замечает, и не захочет замечать. Я для него пустое место. Понимаешь?

Бедняжка. Она так влюблена. А я даже не знаю, какого это быть неразделенно влюбленной. Савка для меня был по сути единственной любовью. И самой что ни на есть взаимной.

— Не дрейфь. Мы сейчас же что-нибудь придумаем, — собираюсь с мыслями.

— Знаешь, мне пришла в голову мысль — давай мы тебя по фотографируем. Я тебе одежду с косметикой привезла, ты можешь сейчас переодеться, сделать себе макияж. И мы устроим тебе больничную фотосессию тут, среди деревьев — красиво получится, вот увидишь. Подпишешься на своего Игорька, лайкнешь парочку его фоток. А он влюбится в твои фотографии. Как тебе идея?

— Очень даже. Мне нравится. Правда.

— Что ж, тогда вперед, переодевайся, делай макияж, я тебя тут подожду. И будешь идти обратно, прихвати там какого-нибудь доктора по моложе и по симпатичнее. Мы тебя с ним сфоткаем, чтобы Игорек знал тебе цену.

Ксю уходит переодеваться. Я остаюсь одна на неопределенное время. Чтобы не скучать в это время, так как в больницу меня больше не впускают. Эта привилегия только для родственников и то только лежачих. Я набираю номер мужа, узнать, как дела.

Рассказываю про наш план. Савка смеется над моей идеей — мол, такое вообще не работает. Но зато обещает меня забрать через час из больницы на машине. Встреча с клиентом сорвалась. И он освободился.

— Наша дочь не должна принимать участия в шабашах, — находит главный повод, чтобы увести меня от подруги.

Возвращается Ксюша. Глаза накрасила, губки яркие, волосы собраны в пушистый хвост — куколка. И как можно в нее не влюбиться?

— Ты очень красивая, — искренне восхищаюсь я. — Твой Игорек просто дурак, что тебя не замечает. Пойдем к лесу, там среди деревьев должно красиво получится. Будто ты просто гуляешь. Или спортом занимаешься.

Нам везет, что больница располагается на окраине. Благодаря фону из хвойных деревьев фотографии получаются просто волшебными. Ксюша в розовом спортивном костюме красиво выпячивает попку — такие фотки просто обязаны собрать тысячи лайков. Но, главная цель — внимание Игорька. Для него и стараемся.

Робкая мышка быстро превращается в настоящую супер модель. Правда низенькую, но на фотографиях этого совсем не видно. Облегающие ласины удлиняют стройные ножки.

— Пойдем к дорожке. Давай сфотографируем тебя, как будто ты на пробежке. Очень круто.

Ксюша подходит ко мне, чтобы оценить наши шедевры. Заглядывает в телефон, но в этот момент выскакивает наша с Савкой фотография. Звонит мой муж.

— Извини, я отвечу. Але, ты уже подъезжаешь? Просто, мы еще не закончили фотоссесию… Подождешь нас минутку? Или десять…

— Савелий будет здесь? Он приедет, чтобы забрать тебя? — робко спрашивает подруга,