Развод. Без права выбора - Гала Григ

Не знаю, сколько бы я изливала свое горе слезами, как долго продолжалась бы моя истерика. Но из этой пучины горя и слез меня выдергивает звонок в дверь.

Неужели Костя вернулся! Одумался?

Стремительно сбегаю вниз. Но перед дверью застываю, понимая, что он мог бы открыть дверь своим ключом. Тогда кто же?

— Жанна! — обнимаю подругу и заливаю потоком слез ее плечо.

А потом мы долго сидим на кухне. И я в ярких красках передаю события последних дней.

— Бедная ты моя, бедная, — горестно вздыхает Жанна. Ее сочувствие не прерывает потока, изливаемого из моих опухших и покрасневших глаз. Оно не успокаивает мое изорванное в клочья сердце. Но душа слегка оттаивает.

— И что, вот так и ушел, даже не попробовал переубедить тебя?

— Да, вот так и ушел. Может быть, просто спешил на работу. Правда, было бы лучше, чтоб это было всерьез и надолго. А в идеале, чтоб навсегда. Я за эти несколько дней ужасно устала от неопределенности и ожидания.

— Агнешка,. а у тебя не появлялась мысль, что у него самого роман на стороне? Как говорится, на воре и шапка горит. Вот он и затеял историю с твоей изменой, чтобы не просто так покрыть свои грешки. Ему, наверное, надо уйти красиво и прихватить с собой твой бизнес. А?

— Что до бизнеса, то тут ты совершенно права. А вот относительно романа на стороне? Не думаю. Хотя… Нет, Жанна, у меня не было повода для ревности. Никогда. Или просто я была не совсем внимательна к мужу и не придавала значения, что он иногда задерживался после работы. То есть просто не допускала мысли, что Костя способен на измену. И если уж быть совсем честной, то вообще не задумывалась об этом.

— Он просто мог хорошо шифроваться. И вообще мужчины очень изобретательны в таких ситуациях. Я ведь не случайно выдвинула идею о вероятности его неверности. Слишком уж нелепо выглядела история с твоей изменой вкупе с временной потерей памяти. К тому же, не обнаружен объект так называемого твоего вожделения. Мистер Икс нигде, кроме как на видео, не фигурировал и не фигурирует. Это что же получается? Пришел ниоткуда, похитил, попользовал и бесследно исчез? Это уже из серии фантастики.

Ее предположения — бальзам на мою душу. Это мои мысли, очень точно облаченные в слова.

— Жанна, я так рада, что ты пришла. Ведь мне некому было поплакаться. Да и принимать решения одной сложно.

— Но ты молодчина! Я не ожидала от тебя таких решительных действий. Переживала, что так и будешь терпеть его сумасбродство, граничащее с издевательством.

— Знаешь, я терпеливо приняла, что он в приказном порядке запретил мне выходить из дома и встречаться с кем бы то ни было.

— Это что еще за домострой!

— Да, тогда я решила, что не стоит ему противоречить. Но ему этого показалось мало. Последней каплей было его предложение отдать ему компанию в обмен на развод без огласки. И его наглое заявление о том, что моя измена — основание для этого. И все согласно брачному договору, который непонятно каким образом оказался заверенным нотариально.

— Ты видела этот документ?

— Нет. Но он говорил так убежденно. А когда я возразила, напомнил еще и то, что я давно передала ему права на управление бизнесом.

— Слушай меня внимательно. Он блефует, берет тебя на испуг. Все его претензии яйца выеденного не стоят. Ты правильно сделала, что выставила его вон. А дальше мы сделаем вот что: найдем хорошего адвоката и добьемся справедливого судебного разбирательства.

— Но он грозится обнародовать причину, по которой подаст на развод.

— И что?! Ты боишься, что в пустом зале суда будет оглашена эта призрачная причина? Плевать! Мы предъявим встречный иск по посягательству на твое имущество. И посмотрим, что это за мифический брачный договор. И кто этот нотариус, заверивший заведомо фиктивный документ, который ты не подписывала. Ты ведь не подписывала его?

— Я такого не помню. Он сказал, что мы были в нотариальной конторе.

— Скажи, у тебя что действительно бывали провалы в памяти? Или они случались только тогда, когда Климову нужны фиктивные подписи и факты измены.

— Похоже на то, Жанна. Ведь я никогда не жаловалась на память.

— И к врачу не обращалась по этому поводу?

— Да ты что! Никогда! К тому же, напротив, я всегда отличалась прекрасной памятью. Мне даже на курсе девчонки завидовали.

— Вот и прекрасно. Значит, придется найти этих девчонок, чтобы подтвердили на суде.

— Все-таки суд, Жанна? — спрашиваю тоскливо.

— Ну, если тебя устраивает ультиматум, выставленный Климовым относительно наследственного имущества, то можно обойтись и без суда. Но тогда твой муженек оставит тебя с голым задом. Хорошо хоть права на квартиру решил не отстаивать. И, надо заметить, это очень даже странно. Ведь по его утверждению, согласно брачному договору, ты лишаешься всего и всякого имущества. Я правильно поняла из твоего рассказа?

— Правильно. Только…

— Все! Больше никаких «только». Я помогу тебе.

— Но ведь Костя тебя уволил?

— Это даже к лучшему. Этим он развязал мне руки. Правда, моя помощь пока будет заключаться в поисках адвоката. Я ведь нынче безработная. Но я буду рядом. Так что не дрейфь, подруга.

Глава 17

Коротко обрисовав мне перспективу дальнейших действий, Жанна без всякого перехода заявляет:

— А не плюнуть ли тебе на все проблемы? И сбежать от них хоть на какое-то время. Нет, не из дома. А так, в кафешку.

— Посидим в спокойной обстановке. А то здесь все еще сохраняется агрессивная аура от недавнего присутствия твоего Костеньки. Не станешь же ты всерьез выполнять приказ мужа: чтоб из дома ни шагу! И никаких посиделок с подружками. Аха-ха! Тем более, что ты выставила его за дверь.

Под заливистый смех Жанны я думаю не об ее предложении. А о том, что я таки да, дала отпор мужу. Мысленно хвалю себя. Но тут же спохватываюсь.

— Жанна, но ведь его молчание можно растолковать как несогласие с моим заявлением. Кроме этого, он же непременно явится ну хотя бы за своими вещами.

— И что из того? Помоги ему справиться с проблемой. Собери его шмотки и выставь в прихожую. Начнет возмущаться, парочку вещей демонстративно выбрось с балкона и предложи убираться вслед за ними.

— Но я так не смогу. Я взбунтовалась, но мой бунт пока не совсем решительный. Боюсь, как бы он не сломал меня.

— Значит так, — напористости подруги остается только позавидовать. —