Исчезнувшие царства. История полузабытой Европы - Норман Дэвис

собственное имя – Саксен-Кобург-Готские. Кроме того, ему доставило удовольствие слышать, как его невеста обещает «повиноваться и служить ему». Пять месяцев назад советники королевы настояли на том, что ему не будет разрешено делать предложение о браке во время их помолвки, но что предложение должно быть сделано ею. Однако теперь, когда дело дошло до свадьбы, они не стали вмешиваться в традиционный ход службы. От Альберта требовалось «любить, утешать, чтить и хранить» свою законную супругу, а Виктория должна была проявлять послушание и служить своему законному мужу. Это была немалая уступка. И вот он вошел в Королевскую часовню в окружении рыцарства, дворянства, пышности и знаков отличия своей родины:

«ЖЕНИХ

ЕГО КОРОЛЕВСКОЕ ВЫСОЧЕСТВО,

ФЕЛЬДМАРШАЛ ПРИНЦ АЛЬБЕРТ, К. Г.

с цепью ордена Подвязки,

сопровождаемый Их Светлыми Высочествами —

правящим герцогом Саксен-Кобург-Готским

и наследным принцем Саксен-Кобург-Готским,

каждый в сопровождении офицеров свиты,

а именно —

графа Коловрата, барона Альвенслебена

и барона де Ловенфельса».

Его отец герцог был одет в армейскую форму своего герцогства: темно-зеленую с красным кантом, украшенную высшим герцогским орденом – Большой крест. Брат Альберта, принц Эрнст, – в светло-голубой кавалерийской форме, украшенной Кобург-Готской звездой и цепью ордена Подвязки, в офицерском шлеме. Под звуки труб они сели в свои экипажи и «со всеми почестями, оказанными самой королеве», покинули дворец в сопровождении эскадрона лейб-гвардии.

Некоторые историки не разделяют общепринятого представления о восторженной паре хорошо подходящих друг другу молодых людей, каждый из которых был доволен своей ролью. Они считают, что Альберт чувствовал себя несчастным в своем подчиненном положении, но скрывал это, поскольку эмоциональные травмы детства сделали его притворщиком. Они говорят, что он никогда не был так сильно влюблен, как Виктория, что планировал свой жизненный путь ход за ходом, словно шахматную партию, и безжалостно использовал многочисленные беременности жены, чтобы укрепить свою власть над ней. Он был одержимым, ненасытным охотником, убивавшим животных в огромном количестве просто ради удовольствия, и суровым отцом для своих сыновей. В политической сфере он делал гораздо больше, чем просто держал промокашку, пока его жена подписывала государственные бумаги. Альберт вел тайную переписку со своими родственниками в Германии, особенно в Пруссии, используя банк Ротшильдов в качестве канала для корреспонденции. Он не собирался оставаться в стороне от споров и появлялся в публичной галерее палаты лордов, например, чтобы озвучить свои взгляды на Хлебные законы.

Тем не менее вхождение в высшие слои королевского и аристократического общества не могло не вызвать у Альберта чувства определенного удовлетворения, и не в последнюю очередь потому, что его родное герцогство было источником наиболее престижных публикаций по этим вопросам. На протяжении почти двухсот лет Almanach de Gotha являлся самым авторитетным генеалогическим руководством Европы. Вышедший впервые в 1763 году, он перечислял имена в трех разделах: I. Королевские дома, II. Немецкое дворянство и III. Избранное дворянство других европейских стран. Каждое ежегодное издание регистрировало все соответствующие рождения, смерти, браки и титулы. На протяжении XIX века, чтобы сохранить свой статус, все аристократы были обязаны вступать в брак с лицами равного ранга. Таким образом, за Almanach оставалось последнее слово в вопросе о том, кому на ком-то разрешено жениться. На полках в Кобурге и Розенау абсолютно точно должен был иметься его экземпляр.

Из уважения к местным герцогам редакторы Almanach обычно ставили на первое место среди суверенов Саксонский дом. Император Наполеон когда-то оскорбился этой практикой, но в 1820-х годах, когда там впервые появилось имя Альберта, эрнестинская (лютеранская) ветвь Саксонии снова возглавила список, и мать Альберта появилась в том же подразделе, что и мать Виктории. В соответствии с традиционной языковой практикой немецкой аристократии информация была представлена на французском языке:

GÉNÉALOGIE DES SOUVERAINS DE L'EUROPE

ET DES MEMBRES VIVANTS DES LEURS FAMILLES

SAXE

BRANCHE ERNESTINE (Luth.)

SAXE-GOTHA

Duc Frédérick IV, né le 23 Nov 1774, succ. à son frère le Duc Auguste, 17 Mai 1822…

SAXE-MEININGEN…

SAXE-HILDBOURGHAUSEN…

SAXE-SAALFELD-COBURG

1) Duc Ernest, n. 2 Janv. 1784, succ. à son père le Duc François, le 9 Dec 1806, mar 31 Juill 1817 à la D. Louise, F. d'Auguste, Duc de Saxe-Gotha, n. 21 Déc 1800

Fils

2) D. Ernest Auguste Charles Jean Léopold Alexandre Edouard, Pr. Héréd. n. 21 Juin 1818

1. Albert François Auguste Charles Emmanuel, n. 26 Août 1819

Frères et Sœurs…

5. D. Marie Louise Victoire, n. 17 Août 1786. v. GrandeBretagne [Londres]…

Great Britain is listed twenty-one pages further on:

GRANDE BRETAGNE (Engl. Anglic.)

Roi Georges IV, Frédéric Auguste, né 12 Août 1762… succ. à son père le Roi Georges III 29 Janv.

1820…

Frères et Sœurs

4. Venue du Frère le Pr. Eduard, Duc de Kent (quatrième Fils du Roi Georges III), Pr. Marie Louise

Victoire, né 17 Août 1786, F. de François Duc de Saxe-Cobourg…

Enfant

Pr. Alexandrine Victoire, n. 24 Mai 1819.

Через четыре года после женитьбы Альберта на Виктории отец Альберта, старый герцог Саксен-Кобург-Готский, умер, и герцогский титул перешел к старшему брату Альберта Эрнесту II (пр. 1844–1893 гг.). Поскольку у его брата не было детей (и он, похоже, не собирался их заводить), Альберт занял положение наследника, а сыновья Альберта продвинулись вперед в линии наследования герцогства. В этом отношении до конца жизни принца-консорта ничего не изменилось.

Дневники Виктории за 1845 год полны восторгов во время первого визита молодой пары в Германию. Они отправились в Кобург, а затем в Розенау: «Я не могу сказать, насколько была тронута и с трудом удержалась от слез, войдя в это милое старое место. Это красиво украшенный город, весь в венках и цветах, множество добрых и любящих людей, множество воспоминаний, связанных с этим местом, – все было так трогательно». Когда Виктория осматривала место рождения мужа, ее восторг не знал границ. Он показал ей детскую, стол, на котором он стоял маленьким мальчиком, когда его одевали, и порезы на обоях, оставшиеся от его фехтовальных поединков с братом.

Альберт, напротив, был обеспокоен. По пути из Кёльна на прусском королевском поезде они увидели 4000 прусских солдат, выстроившихся вдоль берегов Рейна. Когда они проезжали мимо, солдаты стреляли громовыми залпами. Во время короткого приема во дворце Августусбург в Брюле король Пруссии произнес напыщенную речь на тему «Ватерлоо-Победа-Виктория». Но в Кобурге не все пришлось Альберту по вкусу:

«Поскольку Альберт очень просил не