Смерть Мао Цзэдуна - Юрий Михайлович Галенович

Мао Цзэдун направлял уже не только против Пэн Дэхуая, который к тому времени был устранен из политбюро ЦК КПК, а против других руководителей партии, и прежде всего Лю Шаоци, которых осуждали якобы за желание добиться реабилитации Пэн Дэхуая.

Дэн Сяопин, втайне от которого, как, впрочем, и втайне от большинства членов политбюро ЦК КПК, Мао Цзэдун готовил «культурную революцию», не придал появлению упомянутой статьи слишком большого значения, не обратил на нее достаточного внимания.

Мэр Пекина Пэн Чжэнь был более обеспокоен и сообщил Дэн Сяопину, что у У Ханя тяжело на душе. Дэн Сяопин в ответ сказал: «Да видел я этот спектакль, в котором роль Хай Жуя исполняет Ма Ляньлян. Никаких ошибок там нет. А кое-кто всегда пытается по спинам других людей забраться повыше; иной раз они мало что знают о человеке, а стремятся, как говорится, ухватить его за косичку и трепать, трепать, критиковать, критиковать; а все это с той целью, чтобы сделать себе имя. Я больше всего не люблю именно таких вот людей. Ты скажи профессору, что ничего страшного в этом нет. Мы же будем с ним, как и обычно, играть в карты. А политику, науку, искусство непременно надо разграничивать; их смешение — вот что наиболее опасно, ибо такой подход может создать препятствия на пути свободного высказывания мыслей».[847]

Дэн Сяопин по-прежнему продолжал играть в бридж с У Ханем как партнером по этой карточной игре. При этом он говорил У Ханю: «Профессор, не вздыхай ты так; ко всему нужно подходить с оптимизмом; ты что думаешь, небо может обрушиться? Мне нынче шестьдесят один год. С того времени, когда я начал участвовать в революции, и до сегодняшнего дня мне пришлось пережить много житейских бурь, бывало муторно на душе. Из этого я извлек опыт. Он сводится к двум правилам. Во-первых, не надо бояться. Во-вторых, нужно сохранять оптимизм. Надо смотреть в будущее. Когда устремляешь взгляд в будущее, все можно сделать, со всем можно справиться. А уж если мы призываем тебя ориентироваться на будущее, то ты можешь быть спокоен!»[848]

В конце 1965 г. и в начале 1966 г. Мао Цзэдун активно готовил начало «культурной революции». Дэн Сяопин в эти месяцы пытался занимать пассивную позицию и стоять в стороне от начинавшейся критики других руководителей. Дэн Сяопин демонстрировал, с одной стороны, отсутствие настороженности в отношении того, что делал Мао Цзэдун, и, с другой стороны, то ли делал вид, то ли на самом деле не был морально готов к «культурной революции».

Пожалуй, позицию Дэн Сяопина в то время характеризует его фраза: «В условиях того времени реальное положение вещей состояло в том, что трудно было возражать».[849]

В первой половине 1960-х гг., когда удалось устранить некоторые последствия «великого скачка», особенно в сфере экономики, когда появились первые признаки того, что можно называть «китайской оттепелью» в сфере духовной жизни общества, причем все это оказалось возможным благодаря тому, что Мао Цзэдун был вынужден отойти тогда на задний план или «на вторую линию», а всей практической работой руководили Лю Шаоци и Дэн Сяопин, которые при этом действовали не согласованно с направлением мыслей Мао Цзэдуна, Мао Цзэдун начал проявлять недовольство Лю Шаоци и Дэн Сяопином. Конечно, гнев Мао Цзэдуна по большей части относился к Лю Шаоци, который занимал тогда ведущее положение. Мао Цзэдун, желая защитить свою теорию «продолжения революции в условиях диктатуры пролетариата», в. целях предотвращения возникновения в Китае «ревизионизма» и «реставрации капитализма» уже принял решение заменить Лю Шаоци в качестве своего преемника по руководству партией Линь Бяо. И этого не заметил, не уловил Лю Шаоци, не уловил и Дэн Сяопин.[850]

Методы Мао Цзэдуна в ходе начатой им «культурной революции» выходили за все привычные нормы. Лю Шаоци, Дэн Сяопин и прочие не смогли ни предугадать их, ни разобраться в том, что уже произошло. И вот это-то «отставание», эта своего рода политическая тугоухость и определила ситуацию, при которой они с самого начала «культурной революции» «не успевали за развитием событий», а в результате поток «культурной революции» просто захлестнул и поверг их.[851]

Дэн Сяопин летом 1966 г. осуждал методы «культурной революции», начавшиеся тогда по всей стране избиения людей. Он говорил: «Избивать людей — признак бездарности, неразумия… Вопросы политического характера следует решать политическими же методами».[852]

В то же время Дэн Сяопин оказался в конце лета 1966 г. бессилен и находился в безвыходном положении.[853]

В результате 11-го пленума ЦК КПК 8-го созыва, состоявшегося с 1 по 12 августа 1966 г., Дэн Сяопин фактически был отстранен от работы по руководству ЦК КПК. В то время он, с одной стороны, выступал с самокритикой и, с другой стороны, защищался там, где речь шла о его связях со старыми партийными руководителями, особенно военачальниками. Он косвенно защищал маршала Хэ Луна, а также заявил: «Хочу сказать вам, что ни Пэн Чжэня, ни меня самого от нашей армии оторвать не удастся!»[854]

Дэн Сяопин чувствовал себя уверенно именно потому, что мог рассчитывать на поддержку, по крайней мере, трех группировок военачальников: группировки маршалов Лю Бочэна — Сюй Сянцяня, группировки маршала Хэ Луна и группировки маршала Не Жунчжэня. Мао Цзэдун должен был считаться с реальной расстановкой сил среди военачальников.

После упомянутого пленума на одном из заседаний постоянного комитета политбюро ЦК КПК под председательством Линь Бяо острие критики было обращено против Дэн Сяопина. Вернувшись домой, Дэн Сяопин сказал своей жене Чжо Линь: «Вчера вечером на заседании, вместо того чтобы критиковать Лю Шаоци (как это было запланировано), (эти из армии) уже стали высказывать критические замечания в мой адрес».[855]

После этого заседания Дэн Сяопин передал в ведение Кан Шэна курирование отдела ЦК по связям с зарубежными партиями, а также отдела расследований, или инспектирования, ЦК КПК. При этом Дэн Сяопин сказал Кан Шэну: «Я передаю свою работу тебе; я не могу работать».[856]

Таким образом, после 11-го пленума ЦК КПК 8-го созыва в качестве первого реального результата своей «культурной революции» Мао Цзэдун заменил Лю Шаоци в качестве главного распорядителями повседневной деятельностью ЦК КПК Чжоу Эньлаем, а Дэн Сяопина Кан Шэном. Чжоу Эньлай и Кан Шэн были главными приближенными Мао Цзэдуна и составляли ядро его «штаба» по руководству «культурной революцией».

С августа 1966 г. началось «домашнее сидение» Дэн Сяопина в его прежней резиденции в Чжуннаньхае. Он был отстранен от работы, его время от времени подвергали