Континент коротких теней - Пауль Вернер Ланге

через Вавилон, чтобы весь народ и каждый человек в отдельности мог видеть, что даже великий Александр уходит из этого мира с пустыми руками. Требование, достойное ученика Аристотеля. Однако самое ценное из того, что получили и в свою очередь дали миру в ходе этих событий ненасытные завоеватели и их многочисленные войска, сами в конце концов разбитые, до поры до времени оставалось неоцененным: на Ближний Восток греки принесли античную культуру, но и сами познакомились с чужой природой и обществом, что послужило толчком для новых начинаний.63

За девять лет до смерти Александра Египет встречал македонцев как спасителей от персидского рабства. Однако позднее для коренных жителей страны Нила почти не осталось причин вспоминать это событие с восторгом, в то время как для царей династии Птолемеев64 и их сторонников, для ученых, художников, рабовладельцев и купцов, обосновавшихся

55

в только что основанной Александрии, это было сказочное время. И если поначалу они не внесли свою лепту в историю географических открытий Африки, то лишь потому, что Александр неустанно организовывал походы на Ближний Восток и особенно интересовался чудесами и сокровищами Индии. Кроме того, многое было утрачено, погребено под «мусором», оставленным внутренними раздорами и нашествиями завоевателей. План Александра организовать плавание вокруг Африки, о котором сообщает Флавий Арриан, не был осуществлен. Преемник Александра в Египте Птолемей I (323–283 гг. до н. э.) располагал лишь разрозненными сведениями об Африке, поэтому прежде всего приказал оживить караванные пути, ведущие в Судан, и исследовать побережье Красного моря. Делалось это «в поисках боевых слонов и слоновой кости». К моменту смерти третьего царя династии Птолемеев Африка дала им и то и другое, а также множество иных ценных вещей; ее побережье было исследовано до мыса Гвардафуй.

Обзор греческой истории данного периода мы привели относительно подробно, поскольку расцвет Греции и возвышение Рима имеют много сходных черт. Отныне ход времени стала определять поступь римских легионов — военно-милицейских формирований рабовладельцев, к которым постепенно стали причислять всех свободных граждан в возрасте от семнадцати до двадцати шести лет.

Восточная оконечность Африки, мыс Гвардафуй в Сомали

56

И хотя римская демократия строилась не по образу и подобию афинской, диктаторам, консулам и сенаторам из города на Тибре удалось сгладить противоречия между патрициями и плебеями. В кажущемся на первый взгляд странным явлении, заставившем всю страну как бы в едином порыве последовать за военными знаменами, на самом деле не было ничего таинственного — обычный грабеж других народов. Словно Мальстрем римское государство поглотило испанское серебро, сицилийское зерно, греческих ученых и пунийских рабов, словно губка впитало эллинские знания и культуру. Но возникшая структура не только поглощала, она и рождала. Рождала плодотворные идеи, механизмы эксплуатации, искусство, традиции. С удивительной самоуверенностью она овладела греческим пантеоном, переступила через устоявшуюся боязнь изображать людей такими, какие они есть, снабдила то, что ей досталось, настолько же простыми, насколько и гениальными приспособлениями: например, греческие триеры — абордажными мостиками, с помощью которых войска могли действовать и в море.

Покуда складывавшаяся система развивалась, она могла предоставить свободу от налогов одним, хлеб и зрелища другим и казалась непобедимой. К концу 146 года до нашей эры была покорена Греция, разрушен Коринф, а Карфаген, давнишний соперник Рима в Западном Средиземноморье, после продолжительных битв, имевших переменный успех, и трехлетней осады был стерт с лица земли. Бывшая резиденция Ганнона, бывшие верфи и арсеналы Гимилькона, их склады и конторы, храм бога Мелькарта, которому совсем недавно было принесено очередное жертвоприношение детьми, — все было сожжено, разграблено, засыпано землей вперемешку с солью.

Сейчас уже трудно сказать, что побудило римлян незадолго до или сразу после падения Карфагена последовать путем Ганнона. Сохранилось лишь сообщение Плиния Старшего (23–79): «Когда Сципион Эмилиан стоял в Африке во главе войска, автор анналов Полибий получил от него флот для того, чтобы, проплыв вокруг, исследовать эту часть света. Он сообщает, что расстояние от гор (Атласа) на запад через леса, полные диких зверей, которые водятся в Африке, до реки Анатис 485 000 шагов».65

Полибий (ок. 200–120 гг. до н. э.) был греческим учителем полководца Сципиона, который в 146 году до нашей эры покорил Карфаген. Как можно предположить из текста, плавание состоялось еще до окончания 3-й Пунической войны66 и было предпринято, по всей вероятности, в военных целях.

57

История географических открытий в Африке благодаря Полибию не слишком обогатилась, хотя, по мнению некоторых авторов, он продвинулся до острова Арген у мыса Кап-Блан. В сообщении Плиния содержатся отрывочные сведения о народах Северо-Западной Африки и отдельных ее территориях, но ни слова не говорится о торговых фортах или поселениях Ганнона.

Поэтому вновь не мешало бы упомянуть о том, чего не заметили открыватели тех времен. В 1943 году на оловянных рудниках около северонигерийской деревни Нок нашли ряд предметов, с которыми рудокопы обычно не сталкиваются: украшения, терракотовые головки с выпуклыми лбами и широко открытыми глазами, остатки керамических изделий и статуэтки из того же материала. Британский археолог Бернард Фэгг сразу же организовал обследование и других близлежащих рудников, где были найдены различные предметы. Особое внимание привлекли терракотовые головки необычной формы. Все они отличались друг от друга, но в то же время имели и много общего: брови, похожие на сплетенные шнурочки, глубоко высверленные зрачки глаз и почти треугольные нижние веки. Мастерство, с каким были сделаны эти реалистические произведения искусства, их совершенный стиль говорят о высокоразвитой культуре, бесспорно не ограниченной только районом деревни Нок67. Следы этой культуры были обнаружены искусствоведами в скульптурах Ифе68, изготовленных значительно позже. Но сначала необходимо было объяснить, как эти предметы, а среди них встречались фигурки слонов и обезьян, попали в шахты. Было установлено, что рудоносные слои возникли примерно две с половиной тысячи лет назад в руслах рек. Эти очень стремительные реки частенько обрушивались на поселения, и течением захватывало оттуда различные предметы, которые вместе с вымываемой рудой образовывали на дне наслоения. Проведенное радиоуглеродным методом69 исследование органических веществ, сопутствующих находкам, дало ошеломляющие результаты: оказалось, что эти предметы относятся к периоду между IX и II веками до нашей эры. До сего момента, несмотря на открытия в Бенине70 и Ифе, только некоторые ученые допускали возможность, что в Африке южнее Сахары так рано могла возникнуть совершенно самобытная