Хорс - Антон Русич

— «Вот чертовка! Она же мысли читает!» — смутился я и, похоже, покраснел.

— Алиска!!! — прикрикнул на помощницу, но голос предательски дал петуха. — Исчезни с глаз, мать……!

Девушка состроила обиженную мордочку и растворилась, но в последний момент одарила меня хитрющей улыбкой.

Вот черт! Хотя, возможно, перегнул! Но как по-другому? Меня бы еще виртуальные девки в краску не вгоняли! Нет, нужно разобраться в происходящем. Это что за спектакль сейчас был.

— Алиса!

— Да, хозяин.

— Это что сейчас за театр одного актера был? Что за цирк?

— Уровень кортизола в крови носителя превысил нормативные показатели на шестнадцать процентов, — сообщила нейросеть машинным, безэмоциональным голосом. — Требовалась корректировка гормонального баланса. Данная процедура без эмоциональной разрядки могла вызвать негативные последствия. Желаете получить полный отчет о проведенной процедуре?

— Нет, не надо отчетов, — отмахнулся я. — Блин, а что другого способа не нашлось⁈

Спросил я у нейросети, все еще ощущая неловкость. Чувствуя себя словно школьник, пойманный за подглядываньем в женскую раздевалку.

— Хозяин, но я говорила, что только учусь. — вернулась в диалог Алиса. — Подскажите более приемлемый способ?

— Ну, не знаю??? Анекдот расскажи, — выдал я неуверенно.

— Но я знаю только те анекдоты, что есть в вашей памяти, хозяин.

— Ладно, проехали, — решил сменить тему. — Алиса, вытащи из моей памяти схему лабораторного комплекса и найди альтернативный способ проникнуть в заблокированный сектор.

Схема мне досталась вместе с базой знаний. Техник должен знать участок своей ответственности, вот и заложили нужные данные в пособие для новых сотрудников. Всё логично. Из памяти они подгружались на интерактивную карту, и я сам мог найти нужный проход, но рыться в переплетении технических тоннелей и кабельных линий не хотелось. Да и зачем, если искин выполнит эту работу намного быстрее.

Не прошло и пары секунд, как Алиса сообщила:

— Хозяин, я нашла два альтернативных маршрута проникновения в заблокированный сектор лабораторного комплекса. Они обозначены на вашей карте.

Я оперся пятой точкой на верстак и увеличил карту сектора. Мимоходом отметив, что работаю с интерфейсом привычно, словно он всегда был со мной. Доступная схема помещений комплекса была трехмерной. От точки моего нахождения бежали две зеленые пунктирные линии с пометками: маршрут № 1 и № 2. Первый пролегал через систему воздуховодов, что шла над коридором и разветвлялась на десяток ответвлений в нужном мне секторе. Второй шел под полом и являлся техническим каналом для кабельных линий управления и питания сектора. Выходил он прямо к центральному терминалу, что, по сути, и являлся моей целью. Да, дилемма⁈ Возможность воспользоваться эффектом неожиданности, выскочить как черт из табакерки и прихлопнуть оставшимися двумя выстрелами главгада выглядит ой как заманчиво! Да, но он там точно не один, и меня тут же порвут на лоскуты. Да и хватит ли мне этих двух выстрелов? И чем мне всё это грозит? Очнусь вновь в долбаной колбе? Или всё, жизнь последняя? Вот хрен его знает, а проверять как-то сыкотно!

— Гребаный искин! Информации с гулькин хрен! Ни хрена не понятно! — хлопнул я рукой по верстаку в сердцах.

Вот нет чтоб сказать: поздравляю Вас, господин Хорс, вы теперь бессмертный! Юху! Да, помирать больно и неприятно. Мелкие сервы с плазморезом в манипуляторе надолго станут героями моих кошмаров. Но всё это ерунда по сравнению с перспективой бессмертия. Хотя… Сколько раз нужно мучительно сдохнуть, чтобы съехала крыша? Бррррррррр! Ну его, лучше не думать.

— Ладно, Пчела. Морда в глине, в жопе ветки — поздравляю, ты в разведке!

Ближайший вход в вентиляционную систему находился здесь же, в каморке. Две минуты возни, и декоративная панель, скрывавшая квадратный темный тоннель воздуховода, отставлена в сторону. Из дыры идет едва ощутимый поток воздуха с едва ощутимым химическим запахом. Подчиняясь моей команде, Пчела ныряет в его мрачный зев. Прорезиненные подошвы манипуляторов шелестят по металлу. Пара секунд, и серв растворяется во тьме. Мне остается только метка на карте и изображение с его камер в левом нижнем углу обзора. Пока смотреть там не чего, и я решил вернуться в комнату отдыха персонала.

Пока доставал из пищевого синтезатора очередную порцию питательных кубиков, серв добрался до первой точки нарисованного мной маршрута. Это был предбанник сразу за блокированной перегородкой. Вентиляционная решетка, за которой притаился Пчела, находилась под самым потолком. Сквозь ее прорези обзор был так себе. Небольшое помещение, четыре квадратных метра. Отсек выглядел откровенно плохо. Следы боя были повсюду. Будку охраны вскрыли словно консервную банку. Лист прозрачного бронепластика был отогнут наружу. Его прозрачная поверхность покрылась частой сетью трещин и была заляпана изнутри подозрительными буро-черными пятнами. Двухкамерный шлюз с россыпью интуитивно узнаваемых значков опасности на стенах был проломлен. Совершивший акт вандализма серв-грузчик лежал рядом. Его почерневший от внутреннего пожара корпус был похож на решето. Охрана и автоматические системы безопасности сработали штатно, и силам вторжения пришлось не сладко. Я насчитал с десяток остовов сервов. Радовало то, что среди них не было ничего серьезного. Уборщики и всякие подметальщики, да парочка малых техников. Грузчик — антропоморфный серв, похожий на стальную гориллу, выглядел самым опасным. Возникает вопрос: как они умудрились смять охрану?

Пять минут напряжённого наблюдения не выявили какой-либо активности, и я отдал команду серву двигаться дальше. Пока работал ложкой и размышлял над тем, что всё-таки случилось на станции, почему люди проиграли и покинули орбитальный комплекс. Пришло сообщение о окончании изучения базы знаний. Покопался в памяти, но знаний о истории Звездного содружества не прибавилось.

Мысленно обратился с этим вопросом к Алисе.

— При фоновом изучении базы знаний содержащаяся в ней информация поступает в область краткосрочной памяти. Для ее консолидации требуется фаза глубокого сна. — получил лаконичный ответ от помощницы.

Понятно. Спать мне некогда, так что история будущего пока подождет. Тем более Пчела добрался до следующей точки.

Развернув изображение с его камер, я невольно выругался:

— А это что за хрен с горы!!!

Заблокированный участок лабораторного комплекса представлял из себя восьмистороннюю призму. Шесть изолированных отсеков выходили в центральный овальный зал с терминалом. Вот за этим самым залом мой разведчик сейчас и наблюдал. И тут было на что посмотреть. Главное — моя текущая цель. Металлический столб десяти сантиметров в диаметре, торчащий из пола примерно на метр. Благодаря изученной технической базе я знал суть и предназначение терминала. Лабораторный сектор D являлся закрытым секретным объектом с наивысшим уровнем допуска. Здесь изучали Эрос и его порождения. Комплекс был изолирован от общей инфосети станции. Терминал служил фильтром, ретранслятором, точкой доступа к управляющему искину орбитального комплекса. Для работы требовал физического контакта,