Хорс - Антон Русич

По периметру зала располагалось шесть дверей, в поле обзора Пчелы попали лишь две. Обе вскрыты, словно не из брони композита были сделаны, а из тонкой жести. Также в зал выходили две шахты гравитационных лифтов. Их стволы уходили за пределы доступной мне карты орбитального комплекса. Гравилифты на станции использовались для перемещения грузов, а не людей. Персонал пользовался сетью нуль-переходов. Принцип работы данных устройств мне неизвестен. Информации в моей базе о них нет, так, упоминание. Похоже, их ремонт и обслуживание не входило в обязанности младшего техника сектора D-6. Но название интригует и отдает махровой фантастикой.

Мебель и декоративная отделка в зале отсутствовала. Серые стены с виденными ранее эмблемами Дома Морозовых, да десяток черных экранов мертвых интерактивных мониторов. Как говорится: не спрятаться, не скрыться. А прятаться было от кого. Возле обелиска терминала неподвижной статуей замерла тварь. Две руки, две ноги, туловище и голова — почти человек. В том-то и дело, что почти. Создавалось впечатление, что художник бросил работу на этапе схематичного наброска. Обозначил угловатую схему тела, что должна была обрасти плавными контурами и деталями, залил ее черной матовой краской, да и забыл о своем детище. Только прямые рубленые линии. Руки и ноги больше похожи на полосы металла, непонятно как присоединённые к бочкообразному телу. Кисти и ступни отсутствуют, конечности сужаются и превращаются в острые иглы. Тварь опирается на все четыре, и иглы не собираются ломаться. Даже не гнутся под весом тяжелого тела. Шея отсутствует как факт. Каплеобразная голова твари не имеет лица. Устремленная на терминал ее часть гладкая настолько, что в ней отражается серебристый обелиск. Тварь выглядит нереальной и чужеродной, это пробуждает отвращение и страх. Тот самый страх, когда тебя пугают монстры под кроватью.

Тварь неподвижна, но в глубине души я чувствую, что статичность обманчива. Она жива и ждет.

— Чертов босс уровня! И как мне это убивать? — задал я вопрос в потолок.

Жаль, что чертов искин, отправивший меня сюда, не слышит. У меня есть жуткое желание сказать все, что я думаю о его заданиях.

— Ладно! Будем посмотреть! — произнес я, закрывая изображение с камер своего разведчика.

Его ждет работа, осмотр остальных помещений заблокированного сектора, а меня остывший обед. Да и вообще: Чапай думать будет, как ему эту инопланетную или, скорее, инореальную хрень завалить!

Глава 9

Я полз в темноте и тихо матерился. Костерил всё и вся. Судьбу, дурацкого искина с его дебильными заданиями, ну и, конечно, себя скудоумного. Который не смог придумать ничего лучше, чем очередную попытку извращённого самоубийства. Мне вообще кажется, что у нас, у русских, это в крови, заложено на уровне генетического кода. Куда там японским камикадзе с их бусидо. Нет, постулат самураев: «Всегда выбирай путь, ведущий к смерти!» Он однозначно вызывает уважение, но, как по мне, слишком у ускоглазых всё просто. Нет в них веселого азарта.

'Я по совести, указу

Записался в камикадзе.

С полной бомбовой загрузкой лечу.

В баках топлива — до цели,

Ну а цель — она в прицеле'.

(«Камикадзе» — автор слов и музыки А. Розенбаум)

Всплыли в памяти слова известной песни. Вот и о том же. Хрясь об борт, и пипец котятам со звездно-полосатыми флагами. Просто, эффективно, этого у них не отнять, но скучно. Мы, русские, любим по-другому. Взял в потную ладошку «Коктейль Молотова», залег в траву и гадаешь: намотает тебя на гусеницы бронированный зверь с черными крестами на бортах сегодня, али нет⁈ Авось пронесет! Да, наш Авось он такой. Куда там всяким Локи и Фортунам.

Пророкотал танк над головой вонючим дизелем, ты вскочил и швырнул ему подарочек на решетку охлаждения. Адреналин в крови, улыбка на устах и уважительные хлопки товарищей по плечам.

Восемь десятков лет прошло, а ведь ничего не изменилось. И вот уже крадется боец по крыше многоэтажки. Вместо бутылки в потной руке скрутка из пятерки противотанковых мин. Активировал взрыватель, швырнул в дыру и бежит с улыбкой на устах, чувствуя, как под ногами складываются перекрытия целого подъезда. Пиндосы и гейропейцы спросят: «Ну зачем так рисковать, какой смысл? Ведь проще садануть из-за горизонта планирующей авиабомбой и всё». А русский ответит: «Ага, щас! Целую бомбу тратить, а нам потом пригодится!» Да, не понять этим жертвам культуры потребления русскую душу. Куда им ущербным и рациональным.

Вот и я, как истинный сын своих предков, придумал гениальный план под кодовым названием: «Трындец котятам!». Кто в нем котята, было не совсем понятно, да и выгорит он или нет, уверенности тоже не было. Слишком противник необычный. Ну да ладно, авось прокатит. Как говорится: «Бог не выдаст, свинья не съест!». Так, о чем это я, а правильно: план! С чего у нас начинается разработка плана? Однозначно с постановки задачи. Не зря наш комбат всегда говорил, что правильно поставленная задача — это половина успеха операции. Внимание! Задача: завалить неизвестную хрень, от одного вида которой хочется обасаться и звать маму.

Ежу понятно, что подобная нетривиальная задача ковбойским наскоком не решается. Зайти, поправить шляпу и лихими двумя выстрелами всех завалить точно не получится. А значит, думай, голова, шапку куплю. Как я не вертел проблему в голове, а ничего, кроме большого бума, туда не лезло. Как любил говорить Леха, сапер из моего отделения: «Если нужно что-то сломать с гарантией — возьми взрывчатку, если не получилось, значит ты взял мало взрывчатки!» Глубокая мысль, конечно, но где ж ее, родимую, взять? И тут вновь на выручку пришла изученная база знаний — МТП — сектор D. Раздел: техника безопасности. Вот всегда знал, что нужная это вещь — ТБ!

Пробежавшись по закромам недавно приобретенной памяти, нашел, где чаще всего использовались слова: «опасность», «никогда», «ни в коем случае». Нехорошо улыбнулся, вернулся в коморку техника и приступил к сборке «СВУ» (самодельного взрывного устройства). Первая проблема возникла сразу. Ну нету в этом чертовом фантастическом будущем банальной изоленты! И даже второго по значимости изобретения после колеса — скотча! Вот как они в космос вышли без него, родимого? Беда! Пришлось использовать изоляционную пену. Почти что наша монтажная, только при застывании не уступает по прочности металлу. Ну, а дальше всё просто. Берем среднюю энергетическую ячейку, она же батарейка. Привариваем к одному контакту замыкатель — полоску гибкого метала.