В поисках разумного человека. Археология о самом древнем - Павел Владимирович Волков

Но в археологии нет прямых доказательств того, что человек часто голодал или питался некачественными продуктами. Разговоры о том, что он кушал, например, дохлых мамонтов или подбирал то, что не доели сильные дикие хищники — есть или только гипотезы, или изобретение журналистов.

Одно собирательство могло стать и наверняка было вполне достаточным ресурсом для беззаботного проживания не только в тропических регионах нашей планеты, но и в средних широтах. Даже в родной мне Сибири, обладая опытом, можно безбедно и долго прожить на «подножном корме» (Крылов, 1972).

О рыбалке я вообще не говорю. В Сибири, например, это нечто не поддающееся простому описанию... Ей можно было бы посвятить отдельную главу, но она требует иного жанра... Рыбалка — это поэма!

А на Дальнем Востоке! При массовом ходе рыбы на нерест ее заготавливали тоннами! Причем практически без каких-либо снастей. Это даже не рыбалка вовсе.

В тех случаях, когда по остаткам пищи или при изучении свалок древнего мусора археологам удается достаточно точно определить состав продуктов, съедавшихся людьми во времена палеолита, меню наших предков выглядит совсем неплохо.

Что касается добычи для приготовления более калорийной пищи, то и это, похоже, было не особой проблемой.

В далеком прошлом юг Западной Сибири периодически напоминал современную африканскую саванну. Здесь обитали огромные стада крупных животных. Для того чтобы не погибнуть от голода, им необходимо было постоянно передвигаться в поисках новых пастбищ.

Алтайские горы скалисты, а речные долины редко бывают широкими. В одном из тесных «коридоров» на пути миграции животных расположена и уже упомянутая нами Денисова пещера. В палеолите люди селились именно в таких местах.

Теперь представьте: выходите вы утром из теплой, сухой и просторной пещеры, а мимо по ущелью, как через его узкую горловину, беспрерывно перетекают табуны лошадей, стада оленей и даже носороги...

Жизнь возле пещеры была подобна жизни в супермаркете — есть из чего выбрать!

Места стабильной охоты, конечно, редкость. Но не такая уж и большая.

Часто люди селились на берегах небольших рек в тех местах, где они впадают в реку более полноводную. Кроме хорошей рыбалки, здесь можно попробовать перегородить засекой устье речной долины. Если склоны гор достаточно высоки, то невысокий «забор» из поваленных деревьев и кустарника отсечет всех оставшихся в ущелье животных (любопытно, но дикие звери не любят перелезать даже через невысокое препятствие). Современные охотники этим часто пользуются. Огороженные таким «забором» животные будут как «припас» для охоты, например, зимой. В долину по мере необходимости можно будет ходить за провиантом, как в заказник.

На равнинных просторах юга Западной Сибири есть поселение охотников периода позднего палеолита Волчья Грива.

В те времена, когда далеко на севере ледники иногда закрывали сток рек в Ледовитый океан, весь мир, как, наверное, казалось, от Урала на западе до правого берега Оби на востоке превращался в неглубокое, но «бескрайнее» море. На месте степей Кулунды над поверхностью воды виднелись только редкие острова. С лодки такие острова на горизонте не увидишь — над водой они едва приподнимались. На метр-два, не более... Если взглянуть на эти острова сверху, то можно заметить, что все они странно похожи друг на друга: очень длинные и очень узкие. Ширина островков в среднем 200–300 метров, зато протяженность некоторых из них достигала нескольких десятков километров.

Во времена «всемирных» потопов на островах собирались все обитавшие в округе дикие животные. Если сюда добирались люди, то возможности для охоты у них были просто безграничны. Это даже и охотой не назовешь.

Особенности климата, ландшафта или фауны всегда определяли выбор места поселения. В тайге Алтая, например, нет более удачных для охоты мест, чем у солонцов. Для животных соль — лакомство, ради которого они будут всегда поблизости. В пустынных районах Африки или Центральной Азии разумно основать поселение у водопоя. В лабиринтах водных потоков Дальнего Востока — у речных переправ.

Практически все места обитания человека в эпоху палеолита связаны с местами простой и необременительной охоты. Беготня с копьем — занятие увлекательное, но энергоемкое. Много пользы оно не принесет.

В середине 80-х гг. прошлого века мы с коллегами работали на Дальнем Востоке — изучали позднепалеолитические стоянки и мастерские на малозаселенных сейчас берегах большой реки Селемджи. Рыбы в реке было много. Мы с напарником хорошо знали, сколько рыболовных снастей надо бросить в воду, чтобы сделать себе «правильную» уху. А вот если к нам добирался на лодке кто-нибудь в гости, то вместо обычных четырех «закидушек» мы бросали шесть или, на всякий случай, семь. Зачем нам лишнее из реки вытаскивать?

Можно полагать, что человек в древности стремился выбрать такие способы охоты, применяя которые он мог надеяться на стабильность результатов. Это хорошо известно всем, кто в тайге жил, а не просто... «гулял».

Он был спелеологом, палеонтологом, охотоведом, археологом.

Он умел найти воду в пустыне, добычу в тайге, ориентир в тундре.

Он был невероятно удачлив.

Он нашел десятки пещер и открыл в них следы жизни наших самых далеких предков.

Он был бескорыстен.

Он был широк.

Он мечтал построить в горах Алтая десяток «охотничьих» избушек, чтоб они послужили всем желающим (охотникам, геологам, археологам. всем), стали бы базами для разведок того бескрайнего мира, что находится далеко от дорог, но близок к тому «затерянному миру», который всегда манит к себе первооткрывателей.

Он знал, как прожить в лесу или в степи. Он знал, что такое «вакар-хлеб» или «вакар-палатка». Он был под стать легендарному полярному геологу Владимиру Вакару, великому умельцу и мастеру на все руки.

Николай Дмитриевич Оводов.

Он мог спокойно перенести любую непогоду. Он умел выживать при любых условиях.

И это делало его свободным.

Он вложил в науку очень много, но избушку успел построить только одну... рядом с Каминной пещерой, той самой, что недалеко от Денисовой.

Так вот.

Нет ничего более надежного в охоте, чем использование ловушек. Если дичи достаточно, то вы никогда не останетесь в накладе. Надо только иметь некоторый опыт. Устройства для ловли зверя или птиц могут быть и, скорее всего, были самыми различными. Про ловчие ямы знают все. Это даже неинтересно. Попробуем описать две, даже три несложные конструкции другого типа. Только будьте осторожны! Не пробуйте использовать их без строгого контроля. Поверьте на слово — это довольно опасные штуки. Не для вас — для окружающих.

Первая ловушка называется «слопец» (возможно, есть и другие ее названия).