В поисках разумного человека. Археология о самом древнем - Павел Владимирович Волков

здесь, в пенсеванском кампусе, за столом археологи сидели часа по три. по четыре. до пяти часов иногда, не вставая. Не каждый из иностранцев выдержит. Мне это тяжело давалось.

Со стороны посмотреть — не зря сидят. Кулинарные шедевры готовит специально приглашенный из Парижа повар. Вдобавок все еще и на свежем воздухе. Отчего бы не посидеть в хорошей компании.

Компания действительно замечательная. Начальствующие — ученики знаменитого Андре Леруа-Гурана. Он, кстати, и нашел стоянку Пенсеван, и был первым ее исследователем. Руководителем команды его последователей каждый год избирался по жребию новый — чтобы каждый из учеников Андре успел внести свою свежую интеллектуальную энергию в общее дело... и эти самые «обеды».

Тут все равны: и студенты, и помогающие на раскопе добровольцы. Застолье всегда громкое. Бордо льется рекой. Шум и гам.

Лишен радости только дежурный из «команды профессионалов». У него — важная миссия. Ему не до кулинарных изысков, не до сравнительного анализа продукции южных шато. Он — записывает.

Записывает то, что происходит за столом. Тут вам не обед с вином. Это — «мозговой штурм». Обсуждаются результаты раскопок, что были в первой половине дня. Из хаоса реплик, сколь-нибудь связанных, а чаще из сумбурных впечатлений первокурсников, из скороспелых выводов неофитов, из глубокомысленных деклараций тех, кто в Пенсеване уже второй сезон, из робких наблюдений вчерашних туристов и из сдержанных (напрасно) замечаний гостящих здесь профи. ничто не игнорируется. Все фиксируется дежурным. Все: и достойное, и, на первый взгляд, недостойное внимания.

После обеда, насытившись чудесами французской кухни и бескрайним морем пищи интеллектуальной, угомонившись. все расходятся. Можно на речку сходить искупаться, можно окунуться и в сладкую дрему.

Нет отдыха только для «команды Пенсева-на». Все они отправляются на место раскопа и все, о чем говорилось за столом, «перепроверяют» на месте.

Вечером, когда большинство населения археологического лагеря будет уже спать, «команда» будет подводить итоги дня. Из записей обеденных разговоров будет извлечено самое интересное и продуктивное. Будет скорректирован тактический план на завтрашнее утро, когда раскопки продолжатся не просто «в глубину и в ширину», а уже с опытом, с пониманием того, что было сделано прежде.

В конце полевого сезона из застольных записей и ночных дискуссий археологов будет синтезировано главное, то, что станет основой интереснейших аналитических исследований в археологии позднего палеолита.

Удивительное место — Пенсеван.

У нас, в Академгородке, что под Новосибирском, во время оно было нечто подобное... Без бургундского, правда, но зато с хорошим крепким кофе. Это именовалось «Круглый Стол Академика Будкера». В Институте ядерной физики. Так делалась настоящая Наука.

Потом этого не стало. Ни у них, ни у нас.

Времена меняются.

Так вот.

На территории поселения Пенсеван были найдены следы очагов. Причем непростых. Люди располагали их не внутри, а на входе в жилища, на пороге своих конусообразных домов. На первый взгляд, это довольно странно (рис. 16).

Рис. 16. Костер на пороге дома

Археологи нашли этому некоторое объяснение. Установлено, что древние обитатели поселка жгли здесь высохшие плавни — выброшенные рекой на берег деревья. Такие дрова, как правило, великоваты, чтобы тащить их внутрь небольшого дома. Кроме того, костер всегда дымит. Похоже, что порог жилища — место для такого очага самое подходящее.

Все хорошо, но только тепла от такого костра попадает в дом совсем немного.

Экспериментальные исследования в Сибири (Volkov, 1995) дают основания полагать, что обитатели Пенсевана жгли не простой «круглый» костер, как думали парижские археологи. Скорее всего, здесь были очаги экранного типа.

Использование такого костра, как юрлык, очень уместно в подобных условиях. Именно его разумно разжигать на некотором отдалении от входа в помещение и именно на такой дистанции, как это делалось на Пенсеване (рис. 17).

Рис. 17. Палеолитический «калорифер». Реконструкция костров Пенсевана на основе данных сибирских экспериментов

Такой очаг пожаробезопасен, сравнительно долго горит без подпитки, и его дым не проникает в жилище. Юрлык можно быстро «переоформить» в костер, удобный для приготовления пищи, обычный экранный или даже круглый очаг.

Правильность высказанной гипотезы отчасти подтверждается и необычным расположением камней, которые обнаружены исследователями у очагов пенсеванского поселения. Вокруг огня люди выкладывали своеобразный каменный «заборчик». Он не давал ветру развеять горячие угли. Но у огня в Пенсеване обязательно устанавливали и один-два крупных валуна. Вполне вероятно, что они служили опорой «экранного» бревна очага.

Во всяких археологических пространственных реконструкциях важна «отправная точка». Костер очень подходит в этом качестве. Он для археологов — как «печка», от которой принято «танцевать».

Посмотрите сверху, например, на тот же юрлык. Всю площадь вокруг огня можно сразу разделить на две части: зону активной и зону пассивной жизнедеятельности.

Очевидно, что в месте, где «развалились» палки «веера», передвигаться и работать невозможно. Все археологические находки в этой зоне — «случайность» для реконструкции.

Все важное лежит со стороны огня.

Реально обитаемую территорию можно разделить здесь еще и на традиционные «мужские» и «женские» зоны, определить места приготовления пищи, по ее остаткам выяснить, что ели мужчины и что — женщины. Можно выделить «рабочие площадки». По удаленности от костра можно определить «престижные» зоны отдыха и выяснить, кто именно их занимал.

Угольки на земле — это не просто часть археологического комплекса. Огонь — это средоточие жизни. Вокруг него всегда собираются дети. Здесь работает отец, здесь готовит еду мать. Именно здесь, у очага, происходит главное. Здесь центр мира — семья.

Охота

Он и не умеет стрелять дичь на лету, а если... увидит кого бьющего птицу на лету, то сочтет это за дьявольское наваждение, непременно отплюнется, отойдет в сторону, да, пожалуй, не будет с ним и говорить.

А. А. Черкасов «Записки охотника Восточной Сибири»

Как не понять сибирского охотника, с удивлением смотрящего на суету и мастерство своего европейского коллеги! Ну, можно ли себе позволить палить из ружья в такую трудную и, главное, ничтожную цель, как бекас, например?

Современная охота — это прежде всего техническое оснащение. В арсенале охотника сейчас масса снаряжения. Здесь и сменные стволы ружей, и сложные заряды, манки и приманки, специальная маскировочная одежда и даже нейтрализаторы человеческого запаха. Организация охоты требует массы людей и особых, заранее подготовленных мест.

Все, в принципе, объяснимо — стрелять стало, по сути, не в кого. Нынешняя охота разительно не похожа на охоту в прошлом.

В околонаучной литературе упорно циркулирует легенда об ужасах древней кулинарии. Сидя за