Ложка дёгтя - Николай Александрович Воронков

а мы с Таней, как настоящие аристократы, занимались только собой. Всё как положено — горячая ванна с розовой пеной (я подглядел), душ для меня. Потом чистая одежда, причёска, а потом оставалось только ждать в гостиной когда же нас позовут ужинать.

Уже начинало смеркаться, как во дворе послышался какой-то шум. Немногочисленные слуги, которых мы почти не видели и не слышали, вдруг заметались и чуть ли не бегом бросились ко входу.

Мы с Таней удивлённо переглянулись.

— На нас напали?

Где-то у входа послышался громкий голос, отдававший приказания, и через несколько минут в гостиную, где мы сидели, вошла женщина. Даже и не знаю, как правильно сказать — то ли молодящаяся старуха, то ли увядающая красавица лет под шестьдесят. Довольно высокая (для женщины), довольно красивая, очень ухоженная. Дорожное платье из хорошей ткани выглядело мятым, но вот выражение лица женщины было весьма боевым. И смотрела она вокруг как настоящая хозяйка.

Подошла к нам, уставилась, оглядела с ног до головы и очень даже невежливо спросила.

— И кто вы такие?

Я поднялся, тоже демонстративно оглядел её с ног до головы и без всякого почтения ответил.

— А ты кто такая?

Женщина на мгновение замерла, затем вдруг рассмеялась.

— Нет, ну это же надо! Приезжаю в собственный дом и вдруг непонятные люди меня же и спрашивают: «Ты кто такая?»

Я на мгновение опешил.

— Возможно, произошла какая-то ошибка, но этот дом — Наместника Гарнера.

— А я его мать, герцогиня Гарнер. И это наш столичный особняк –мы с Таней переглянулись — Повторяю вопрос — кто вы такие?

Пришлось отвесить небольшой поклон.

— Меня зовут Иван, а это Таня.

— Просто Иван и просто Таня? –женщина внимательно смотрела на меня.

— Для общения этого достаточно.

— Это надо понимать так, что общаться со мной вы не собираетесь или так, что вы оба без роду и племени, и мне надо называть вас именно Ванька и Танька? –тон у женщины стал совсем нехорошим.

Я с трудом сдержал нарастающее раздражение.

— Общение с вами сделает честь любому, герцогиня, но уже завтра мне придётся отправиться… хм… по делам, а Тане в её положении совсем не до разговоров. Сейчас мы занимаем одну из комнат в правом крыле и постараемся ничем не беспокоить вас. Вы позволите нам удалиться?

— Не позволю! –тут же отрезала женщина. Постояла, всматриваясь то в Таню, то в меня — Очень интересно получается, очень. Сын присылает мне письмо, в котором просит немедленно отправить в столичный особняк десяток слуг, лучшую повитуху, которая у нас есть, я, вся в мечтах, мчусь без остановки и что я вижу? -я чуть было не ляпнул: «И что вы видите?», но старуха сама ответила — И вижу незнакомого мальчика и беременную девочку, которых можно назвать только по имени. И как это понимать?

— Служебные дела, госпожа герцогиня.

— Служебные? –женщина с иронией посмотрела на меня — А вы знаете, что в этом доме не жила ни одна из многочисленных любовниц моего сыночка? И вдруг он селит сюда незнакомую беременную девочку?

— Это моя жена, –напрягся я от такого намёка –и всё это… по служебной надобности.

— По служебной? –женщина откровенно веселилась — А вы знаете, что сын назначил вам обоим содержание как детям какого-нибудь графа?

— Вопрос не к нам, а к господину Наместнику, госпожа герцогиня.

— Спрошу, обязательно спрошу –женщина со странным интересом рассматривала меня — Уж не решил ли сынуля порадовать меня сразу и внуком, и правнуком? –задумчиво протянула она.

Я сначала не понял, а когда дошло, только хмыкнул.

— Могу заверить вас, госпожа герцогиня, что мы узнали о существовании друг друга только полгода назад.

— И что это доказывает?

— Ну, в смысле, что Наместник ну никак не может быть моим отцом!

— Это тебе твоя мать так сказала? –усмехнулась герцогиня.

— А вот мою мать лучше не трогать, –набычился я –а то я не посмотрю что вы женщина!

— И что же ты сделаешь? –вкрадчиво спросила герцогиня.

Она стояла неподвижно, только взгляд странно изменился, и я вдруг почувствовал, что меня словно замотали сотней ремней и начали сдавливать. Не больно, но очень неприятно и обидно. В глазах потемнело, но не от боли, а от ярости. Стоило чуть напрячься, как путы слетели, а женщину даже качнуло от ответного удара магией.

Я думал будет крик, скандал вплоть до драки, но она почему-то даже умилилась от моего ответного удара и чуть ли не засюсюкалась.

— Ах ты мой маленький, ах ты мой хорошенький! Как кровь-то бурлит, как энергия плещет! Весь в дедушку!

Такая реакция меня ошарашила.

— Какого ещё дедушку⁈

Герцогиня вдруг хитро прищурилась.

— А ну-ка, пойдёмте.

Мы с Таней недоуменно переглянулись, но последовали за ней. Поднялись на второй этаж, затем немного по коридору, и оказались в самом обычном кабинете. Ну, как обычном — огромная комната метров пятидесяти, посредине огромный письменный стол. Огромное окно, одна стена до потолка в книжных полках, заставленных разномастными томиками. На другой стене с десяток парадных портретов. На всех — мужчины. Горделивая осанка, богатая одежда, умные взгляды. Герцогиня подвела нас к одному из портретов.

— Вот, мой безвременно ушедший супруг, герцог Гарнер, маг первой ступени.

Я присмотрелся, но ничего особенного не обнаружил. Ну, мужик, ну, симпатичный. Чувствуется сила и властность, но я-то здесь при чём? Повернулся к герцогине, ожидая объяснений, но та поманила меня пальцем.

— А ну-ка, иди сюда.

Она подвела меня к портрету, заставила встать рядом, потом повернуть голову и грозно посмотреть «воооон на ту полку». Грозность изображать не пришлось — у меня внутри и так всё бурлило от этих непонятных манипуляций. Герцогиня чуть отошла и обратилась к Тане.

— Ну что, Таня, видишь?

Ответом стал только удивлённый вздох. Когда я повернулся к женщинам, глаза у Тани были совершенно круглые от удивления. И чего она такого увидела?

Когда вернулись в гостиную, герцогиню словно подменили — вместо суровой аристократки появилась милая тетушка. Усадив нас, она снова начала допрос, хоть и в более мягкой форме.

— Ладно, давайте знакомиться снова. Иван, ты действительно ничего не знаешь о своих предках?

— Госпожа герцогиня, я не могу и не хочу открывать некоторые факты моей жизни, но я однозначно уверен, что в принципе не могу быть вашим внуком. Прошу и вас не