Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

В воздухе ощущался запах чая. Довольно терпкого, странного, скорее всего того самого, под номером четырнадцать, который девушка не сумела найти на полке.

Почему-то сейчас она ему верила. Верила, что он не накинется, не начнёт сдирать с неё одежду или что-то в таком духе. Бета в самом деле пришёл поговорить. Всё ещё рассматривал её сквозь вечернюю тьму, но двигаться явно не собирался. Разве что по мелочи.

Марлен медленно подошла к постели и легла рядом. Видела, как под вдохами поднималась его грудная клетка, как поблескивали глаза в случайном лунном свете.

— Умница, — он игриво улыбнулся, и девушка тут же почувствовала на своей голове тяжёлую руку. Опять гладил, как родитель — ребёнка. — Меня сегодня не будет. Как долго меня не будет — я не знаю. Может, день. Может, два. Может… неделю. Маловероятно, но я обязан предупредить. Исчезнуть могу не больше чем на неделю. Вернусь — поженимся. И к тому времени… — взгляд становился жутким, — будь готова со мной спать. Я не пойду на брак без секса. Это мазохизм. По крайней мере, для волка.

— Можно неудобный вопрос? — Йорфер стиснула зубы и отвела глаза. — Мне про вас много рассказывали. Люди. А хотелось бы услышать от оборотня лично.

— Ну. Задавай, — меж бровями пролегла заметная морщинка.

— А у вас есть узел на члене? — рот уплыл куда-то в сторону. — Показывать не нужно. Просто ответь.

Нолан скривился и раздражённо прищурился. Пару минут молчал, затем вздохнул и закатил глаза. Даже если пока его не будет, она передумает с ним быть — Марлен так или иначе намерена выйти за оборотня. А если ей сейчас не ответит он — никто не ответит. Подготовиться не выйдет. Девушку могут попросту растерзать.

— Оборотни. Вервольфы… — мужчина скривился ещё больше. На лице мелькнуло нечто вроде отвращения. — Странные создания. Они — симбиоз человека и зверя. Но симбиоз не организмов. Симбиоз скорее… состояний. Как одно существо может быть сперва личинкой, затем гусеницей, затем куколкой, затем бабочкой… Так же оборотень может обретать разные состояния, только этот цикл вечен. И зависит от фаз луны. — Он ненадолго замолчал, после чего вновь продолжил: — В новолуние и ближайшие недели я и мне подобные ничем не отличаемся от обычных людей. В том числе и физически. В том числе и в паху, — Нолан мрачно усмехнулся. — Становление волком в это время затруднительно, требует большой концентрации и силы воли. Но когда на небе покажется чуть больше половины луны, начинаются трудности. И чем сильнее эта луна видна, тем сильнее трудности. Примерно два-три дня до полнолуния и примерно два-три дня после — пик колебания разума. Сложнее всего оставаться собой. И приходится прикладывать адские усилия, чтобы не встать на четыре лапы и не броситься в лес. — Взгляд становился пустым. — В этот период, два-три дня до и два-три дня после, природа предусмотрела для наших особей брачный сезон. Мы всё ещё люди, но мы меняемся телесно. Даже чертами лица. У мужских особей они становятся острее, вытягиваются конечности, появляется узел на члене. — Нолан вновь скривился.

— И… происходит вязка? — Марлен почувствовала, как уголки губ поползли вниз. — Вот прям вязка? Сцепка?

— Да, — мужчина равнодушно пожал плечами. — Которая длится, в среднем, от тридцати до шестидесяти минут. Разум плывёт. Хочется размножаться. Наверно, это единственное, чего хочется в этот период. — Он иронично улыбнулся, словно сам с презрением шутил над собственной природой. — В теле зверей мы не спариваемся. Это очень редкое явление. Не потому, что не можем, а потому что… — Нолан задумался. — Мы волки, да, но у нас людской разум. Нас не привлекают собаки внешне, нас привлекают другие люди. И мы выглядим друг для друга возбуждающе только пока являемся людьми.

— Ты становишься волком по своей воле? Вот допустим… допустим, сегодня, — девушка потупила глаза.

— Иногда да. Иногда нет, — мужчина глубоко вздохнул. — Будь моя воля, я бы никогда волком не становился. Но моей воли на это нет. Я чувствую, что это должно произойти, и иду наружу. Выхожу, вижу шар в небе. Дальше всё происходит очень быстро. — Взгляд опять становился пустым. — Я слышу хруст собственных костей, они вытягиваются ещё больше. Вытягивается череп, отовсюду лезет шерсть. Но боли не чувствую. Всё вокруг… как в тумане. Как в бездне. Разум проясняется только, когда я уже несусь куда-то в лес. — Раздалась мрачная усмешка. — И всё равно я часто понимаю, что у меня провалы в памяти. Словно даже будучи волком, я продолжаю оборачиваться во что-то. В бабочку. — Послышался тихий смех.

— А что потом? Как ты становишься назад человеком? — Йорфер попыталась заглянуть ему в лицо, но мужчина безотрывно таращился в потолок. Он ненавидел вспоминать эту часть своей жизни. Ненавидел думать над этим, размышлять.

— Луна теряет власть, — Нолан прикрыл глаза. — И нам хватает сил снова встать на ноги. Мы — огромные волки, размером с человека. Так что опять хруст костей, чтоб сделать нас меньше, самими собой. Шерсть не вылезает, я даже не знаю, куда она девается. Но если тебе интересно, могу попробовать понаблюдать. — Он сконфуженно поднял одну бровь. — На всё уходит меньше тридцати секунд. Слишком мало, чтобы осознать, что произошло.

— Скажи, мне больно будет? — она опустила взгляд. — Спать. С оборотнем.

— А ты разве не готовилась? Идеальная жена, — мужчина иронично прищурился. — Кому-то больно. Кому-то нравится. Всем по-разному. — Он вновь лениво пожал плечами. — Пока рядом разит привлекательной, подходящей женщиной — обратиться невозможно. Природа диктует размножаться. Так что, если ты боишься, что тебя съедят… нет. Не съедят. Но может быть больно. Очень. А может — хорошо. Зависит от твоей подготовки и… твоих предпочтений.

— Я не готовилась к сексу физически. Только морально, — Марлен поёжилась. — Мне всегда говорили, что волки ждут «чистых» и «непорочных». Поэтому я… не готовилась.

— Это не совсем так.

— А как у тебя до сих пор не