Величие. Книга 2 - Мария Тиамат

и неуютно. Однако она почему-то терпела, не говоря ни слова. В итоге все просто старались не обращать на неё внимания и переключались на эльфийку, которая с живостью реагировала на любые предложения.

А затем вдруг наступил момент, когда Шиа осознала, что сидит верхом на Аурелии, целуясь с ним взапой, на ней расстёгнута туника и больше в комнате никого нет. Похоже, они оба на что-то отвлеклись, принявшись шутить, а потом… потом всё получилось как-то само собой. Ладони императора легли ей на бёдра, прижимая ближе, так, чтобы она явственно ощутила его возбуждение, и заскользили выше…

– Твои друзья не вернутся? – забеспокоилась Шиа, оборачиваясь.

Аурелий, который уже было собрался перейти к более решительным ласкам, замер.

– Нет-нет, они ушли, чтобы не мешать. И проследят, чтобы нас никто не побеспокоил. Извини, что всё так сумбурно получается… – Он нежно погладил её по плечу. – Но пока мы делаем вид, что не знакомы, нужно соблюдать осторожность. В ближайший месяц у нас по-прежнему будет не так уж много возможностей увидеться. А дальше всё должно стать проще.

– О, ну тогда нам нельзя терять ни минуты, – серьёзно закивала Шиа. И пояснила, заметив, что Аурелий в недоумении: – Придётся тебе компенсировать время сразу за два месяца.

Глава 3. Любопытство

– …Так, а вот это что?

– Традиционная осенняя выпечка.

– Отлично, попроси три штуки.

– На меня покупать необязательно, я могу подождать обеда.

– Ну как это? Не надо тебе ждать. Ладно, если ты такая упрямая, то я сама справлюсь.

– Да зачем?..

Тёплый аромат хлеба растекался во влажном осеннем воздухе, таял на порывистом ветру. Сегодня было относительно сухо, но предыдущие дни хорошей погодой не радовали, и небо по-прежнему затягивала пелена белёсых, тусклых облаков. Шиа, кутаясь в купленное всего час назад пончо, недовольно пригрозила Арэйсу.

– Затем, что ты целый месяц таскаешься за нами с постным лицом. Мне надоело это терпеть. И если ты полагаешь, что я не смогу угостить тебя, то глубоко ошибаешься. Вот, смотри и учись!

– Да чему тут учиться-то?.. – пробормотала княгиня, наблюдая, как эльфийка сама подходит к продавцу и начинает бойко изъясняться с ним на странной помеси двух языков.

Арэйсу, ко всеобщему удивлению, вызвалась сопровождать Шиа и Рогеаль в городе. Возможно, таким образом она намеревалась избежать чрезмерной заботы Аурелия. Вполне в его духе было бы изобрести для неё какое-нибудь иное странное задание. В любом случае от её предложения выиграли все стороны: император вздохнул с облегчением, радуясь, что у возлюбленной будет хороший провожатый, и даже не стал лезть под кожу, вызнавая, что подвигло Арэйсу на этот шаг. Его друзья тоже более чем обрадовались, переложив необходимость развлекать гостью на другого. А Шиа с Рогеаль, безусловно, было очень удобно, что у них появился постоянный спутник, который бы помогал с решением банальных бытовых вопросов.

Арэйсу быстро изучила характеры двух сестёр. Даже не верилось, что настолько разные личности действительно приходятся друг другу кровными родственницами, а уж соблюдать баланс между их предпочтениями было и того не легче. Впрочем, заезжая несколько раз в гостиницу, княгиня догадалась, что миротворцем здесь всегда выступала старшая эльфийка. Казалось бы, куда уж быть более непохожими, однако Геасфель, с её теплотой и радушием, тоже отличалась и от Шиа, и от Рогеаль – зато пользовалась их безграничным уважением. Странная семейка… Или нет? Или так и надо? Что, если семья – это и есть круг непохожих друг на друга существ, которые пытаются ужиться друг с другом? Арэйсу не знала, что ответить на этот вопрос самой себе.

Наблюдая пару раз утреннее общение сестёр, она втайне испытывала изумление, точно маленький ребёнок, подглядевший в запретную для него дверь. В её памяти семья была сводом правил, которым требовалось подчиняться, а высшая цель – процветание рода – задавала общую планку поведения. Поэтому, когда все придерживались строгого этикета, шероховатости в общении исключались, а немногочисленные разногласия решались очень быстро. Единственной, с кем Арэйсу, возможно, когда-либо болтала по душам, была тётушка Юйсинь, однако тогда Арэйсу была совсем маленькой… В памяти звучал лишь нежный, завораживающий напев без слов – вот и всё, что осталось от стройного силуэта с длинной иссиня-чёрной косой, исчезающего в забвении.

Арэйсу недовольно скосила взгляд в сторону Шиа, уже завершающей покупку. К её невольному удивлению, эта эльфийка довольно быстро освоила числа и пару десятков расхожих фраз на местном языке. Не то чтобы это было чем-то из ряда вон выходящим – Арэйсу скорее повергал в замешательство чрезмерно бойкий нрав эльфийки, с энтузиазмом сующей нос в любое дело. И если Рогеаль в основном наблюдала, общаясь при помощи Арэйсу лишь с экскурсоводами, то фокус Шиа был больше смещён на повседневные мелочи. Её неустанные расспросы и комментарии, порой выдающие полнейшее невежество относительно чужой культуры, несколько утомляли. Теперь же, научившись едва-едва разговаривать, она без малейшего страха пускалась в беседы с продавцами.

Эта черта характера вызывала в Арэйсу странные эмоции, но она не могла точно определить, что именно испытывает: как и всё в её мире, чувства были тусклыми и невыразительными. Отчасти поведение Шиа казалось ей неправильным. Даже сложно сказать, что конкретно выбивалось за рамки приличий, но в особняке Брунгервильссов подобные выходки бы точно пресекли. С другой же стороны… хотя бы отчасти, но Арэйсу догадывалась, чем именно привлекла Аурелия эта эльфийка. В ней было нечто, напоминающее то ли горный поток, то ли полёт сокола высоко в небе – стремительный и непредсказуемый. Едва ли Аурелий воспитывался в условиях, сильно отличных от условий Арэйсу, – а значит, и ему эта черта была в новинку.

– …А что этот продавец за слово сейчас повторял? – забирая кульки с пирогами, Шиа пристала с очередными расспросами.

– Это значит «свежий», – вздохнув, перевела Арэйсу.

Они возвращались по скользким камням тротуара туда, где оставили Рогеаль. Средняя сестра периодически просила остановиться, чтобы сделать зарисовку, и даже в день, выделенный под походы по магазинам, она высмотрела для себя что-то интересное. Шиа, не смирившись с вынужденным привалом, отправилась исследовать окрестности. Арэйсу наблюдала, как она идёт, чуть ёжась, и с непривычки озирается на тусклое освещение города и никнущие деревья. В первую неделю северная страна оказалась щедра на сказочные багряные листопады и рассеянное ласковое солнце, вызывая у эльфиек неподдельное восхищение.

Самые красивые скверы и аллеи столицы были в их распоряжении. Но затем обыкновенная, дождливая и тусклая, осень вступила в свои права, предупреждая о грядущих холодах. Краски потеряли густоту, точно смытая с листа акварель, тяжёлое, набухшее небо придавило город к