Весь Карл Май в одном томе - Карл Фридрих Май

Он прижал меня к себе, потом взял за руку и повернулся к присутствующим.

— Я вас не знаю. Я Тателла-Сата, рядом стоит Олд Шеттерхэнд. Нас не двое, нас гораздо больше. Я — тоска индейских народов, которые, глядя на Восток, ждут избавления. А он — день грядущий, что шествует по суше и морям, чтобы дать нам будущее. Каждый человек одновременно представляет собой все человечество, и потому все, что бы ни делалось здесь, у моей горы, делается не для вас и не на сегодня, а на столетия и тысячелетия, для народов всей Земли! — Сказав эти слова, он вновь подвинулся ко мне. — Садись на коня и следуй за мной. Ты мой гость. Лучший из гостей! Все, что мое, теперь твое!

— Я не один, — ответил я.

— Знаю. Об этом мне сообщили еще с Наггит-циль. Приведи мне скво, о которой мои разведчики говорят, что она как свет Солнца! Приведи мне ее лошадь. И приведи мне старого, верного охотника.

Я подозвал Душеньку. Она вознамерилась преклонить перед ним колено, но он притянул ее к себе и сказал:

— Мои губы никогда не касались женщины. Тебе суждено быть первой и последней! Единственной! — Он поцеловал ее в лоб и в щеки. Потом приказал: — По коням! Я подсажу тебя.

Папперман привел ее лошадь. Хранитель Большого Лекарства взялся руками за стремя. Душенька поставила в него свою ножку и легко была поднята в седло. Затем Папперман получил благосклонный знак присоединиться к нам. Перед тем как Тателла-Сата снова сел в седло, я счел нужным представить ему Ашту-мать и Ашту-дочь, а потом Атапаску и Алгонку. Он завоевал их сердца уже тем, как их воспринял. Потом мы двинулись в том же порядке, в котором они явились сюда: впереди Молодой Орел, несколько «Виннету», Тателла-Сата, Душенька и я, за нами Папперман с навьюченными мулами, а потом остальные телохранители. Так мы поднялись из Нижнего города в Верхний. Мы двигались сквозь строй людей, выражавших самому великому и знаменитому индейцу свое глубокое почтение. Казалось, мимо них шествовал король или святой или тот и другой в одном лице. Душенька была очень взволнована, я тоже.

Оставив позади палаточный городок, мы вступили через похожие на портал скальные ворота в долину, ведущую внутрь древней горы Виннету.

— Прежде чем поедем к моему замку, я покажу вам кое-какие чудеса, — произнес Тателла-Сата. — Я имею в виду Таинственный водопад, единственный во всем мире, и еще кое-что: знаменитое Ухо Дьявола, назначение которого никому сейчас не известно, и модель статуи Виннету, над которой работают Янг Шурхэнд и Янг Апаначка.

Я не показал вида, что Ухо Дьявола меня интересует. Как известно, мы познакомились с Киктаханом Шонкой и его союзником Тусагой Саричем в районе горного эллипса, называемого Ча Маниту — Ухо Бога. Там мы узнали, что есть еще одно подобное творение, называемое Ча Кетике — Ухо Дьявола. Может, это то место, о котором сейчас рассказывал шаман? Душенька переглянулась со мной, намекая, что я должен сказать об этом шаману. Но я покачал головой. Поведав нам об Ухе Бога и Ухе Дьявола, Молодой Орел сказал, что тайну того и другого можно узнать от Тателлы-Саты, но у меня зародилось сомнение. Поэтому теперь я решил не торопиться и не заводить об этом речь до тех пор, пока не разберусь, что же все-таки известно Хранителю Большого Лекарства.

Мы ехали по старой дороге, разбитой тяжелыми повозками и изрезанной глубокими колеями. Вскоре мы увидели уходящую влево гладкую дорожку, забирающую вверх.

— Это путь к замку, — пояснил старик. — Но мы пока поедем дальше.

По прошествии четверти часа долина сузилась, а скалы стали круче. По левую и по правую сторону появились две выемки почти круглой формы, располагавшиеся напротив друг друга. Мне бросилось в глаза, что геометрическая форма этих выемок была одинакова. Ведущим скульптором тут была, конечно, природа, но и рука человека хорошо поработала тысячелетия назад. У меня не выходил из головы Утес Дьявола, где мы подслушали совещание юта и сиу. Тем более что вход в обе ниши был вымощен плотно пригнанными каменными плитами, а в глубине виднелась скала со ступенями и площадкой, напоминающей ту самую площадку Совета, где я нашел собачьи лапки, оказавшиеся частью «лекарства» старого Киктахана Шонки. А дальше за зарослями легко можно было вообразить вторую площадку, подобную той, на которой жил убитый нами несчастный медведь. Похоже было, что каждая ниша повторяла эллипсообразную котловину, где находился известный нам Утес Дьявола.

Я с умыслом говорю «похоже», поскольку считаю этот вывод предварительным. Времени на раздумья не оказалось, потому что Тателла-Сата остановился и пояснил:

— Уши Дьявола. Одно — на этой стороне, другое — на той. Ты уже слышал о них?

— Только об одном.

— На самом деле тут только одно настоящее, а другое лишь обман. Но какое, никто не знает.

— А раньше это было известно?

— Да. Но знание утеряно. Я приложил много сил, чтобы узнать истину, но не сумел. Есть два Утеса Дьявола: один здесь, другой в Колорадо. Там находится Ухо Бога, а здесь — Ухо Дьявола. Я тебе расскажу, что означают эти названия, но попозже.

Мы тронулись дальше. Дорога шла под сенью огромных крон старых деревьев, которые заслоняли нам обзор. Когда же деревья исчезли, мы замерли от увиденного.

— Это чудо, о котором я говорил, — Таинственный водопад, — пояснил шаман, указав перед собой.

Я уже упоминал, что озеро питали два водопада, стекавших по обе стороны горы Виннету. Излишек воды сбрасывался из озера через Таинственный водопад. Он образовался благодаря порогу с горизонтальной поверхностью, так что поток, напоминавший гладкое полированное зеркало, равномерно низвергался в долину.

«Зеркало» это имело не меньше пятидесяти метров в высоту. Его гладкость и целостность не нарушались ничем. Можно себе представить, какое потрясающее впечатление производило такое зрелище на даже искушенного наблюдателя!

Перевалило за полдень. Солнечные лучи под углом падали на водную гладь, преломляясь и отражаясь так, что казалось — не вода это вовсе течет, а падает град драгоценных камней. Чудо, да и только! Но самое удивительное состояло в том, что широкий водный поток не образовывал никакого водоема, а бесследно исчезал в чреве земли.

— Куда же уходит вода? — спросил я Тателла-Сату.

— В Долину Пещеры, пять часов верхом отсюда, — ответил он.

Это меня крайне заинтересовало, поскольку Долина Пещеры была тем самым местом, где намеревался спрятаться Киктахан-Шонка со своими союзниками. Тателла-Сата продолжал: