Компаньон - Garret Hawke Amell

— Вон твои друзья. — отвлекла меня от созерцания Падма, сжав мой локоть. Действительно, Рон и Гермиона оказались в более-менее чистом и освещенном углу помещения. Бармена или хозяина заведения нигде не было. Глубоко вздохнув, я пошёл к друзьям, которые уже сидели каждый со своей бутылкой сливочного пива.

— Я думала, ты придёшь один. — смущённо проговорила Гермиона, переводя взгляд с меня на Падму.

— Ну, ты вроде бы говорила, что нужно, чтобы нас услышали? Вот я и решил пригласить с собой Падму. — не удержался от доли сарказма я, помогая Падме сесть.

— Что ж. — смутилась ещё больше Гермиона и вздрогнула, когда хлопнула дверь. Мужчины с йоркширским акцентом вышли из бара. — Думаю, нужно подождать остальных. Может, пока что-нибудь закажете? Здесь есть сливочное пиво. — будто в подтверждение своих слов Гермиона обхватила ладонями в перчатках бутылку.

— Мы перекусили. — опередила меня Падма, когда я ещё одним ироничным взглядом окинул помещение и едва не высказал мысль, насколько хреновая идея здесь что-либо заказывать. — А кто ещё будет, кроме нас?

— Ну, человека два-три. — уклончиво ответила Гермиона, избегая на меня смотреть.

— Кто? — надавил голосом я, наблюдая, как человек с бинтами на голове покидает бар. В углу осталась сидеть только женщина с трубкой, выпуская ядовито-зелёный дым. — Как вообще это выглядело? Ты так и говорила людям «Приходите в «Кабанью голову», услышите что-то очень интересное»?

— Гарри. — укоризненно проговорила Падма.

— А что? — возмутился я и обернулся к Гермионе. — Ты до сих пор считаешь это хорошей идеей?

— Всё не так просто, Гарри. — поёрзала на своём месте Гермиона. — В конце концов, я это делаю не только ради себя. И когда я собирала людей, я сказала, что ты тоже полностью меня поддерживаешь.

— А в чём я тебя поддерживаю можно узнать? — поинтересовался я саркастичным тоном.

— Так. — Падма решительно развернула меня к себе. — Не кипятись раньше времени. — строго и собранно проговорила она. Я в ярости открыл рот, но Падма не дала себя перебить. — Я знаю, тебе это не нравится, но мы уже здесь. А ты… — обернулась она к красной, как рак, Гермионе. — Учти, что когда придут те, кого ты пригласила, тебе придется самой объяснить какого чёрта здесь происходит. А ты, Уизли, прекрати на меня пялиться.

У Рона покраснели уши, внутри меня крепла волна нарастающей злости. За столом повисло неуютное молчание. Я всё ещё держал Падму за руку, где-то хлопнула дверь и к стойке вышел незнакомый седой волшебник, протирающий грязной тряпкой не менее грязный стакан. Видимо, это был бармен. И ему совершенно не было до нас никакого дела. Через какое-то время распахнулась входная дверь, и в бар шумно начали входить ученики Хогвартса самых разных возрастов. В основном это были гриффиндорцы и хаффлпафцы, несколько райвенкловцев, никого из слизеринцев в толпе не было. Зато я заметил Парвати, которая как ни в чем ни бывало, помахала сестре, Эрни Макмиллана, Ли Джордана, Дина Томаса, Кормака Маклаггена, Алисию Спиннет, Анджелину Джонсон, братьев Криви, Лаванду Браун… И ещё множество знакомых и незнакомых мне лиц.

— «Человека два-три», да, Гермиона? — севшим от эмоций голосом проговорил я, чувствуя как у меня явственно задёргался глаз. — «Человека два-три»?!

— Видимо, идея оказалась очень привлекательной! — жизнерадостным тоном отозвалась Гермиона. — К тому же, я всё заранее перепроверила, мы не нарушаем никаких школьных правил. Даже профессор Флитвик сказал, что ученикам можно приходить в «Кабанью голову».

— Правда? — сухо поинтересовался я и ядовито добавил. — Спасибо, мне стало гораздо легче!

— Не переживай так, Гарри, говорить всё равно буду я! — отмахнулась от меня Гермиона и обернулась к застывшему в изумлении Рону. — Не поможешь мне подтащить людям стулья?

— Да, конечно. — опомнился Рон, кажется, обрадовавшись хоть какой-то определённости.

— Чёрт возьми. — буркнул я, когда друзья отошли. Многие из тех, кто заходил в бар, почему-то останавливали взгляд на мне, из-за чего дискомфортное чувство неправильности происходящего только усиливалось.

— Спокойно, похоже, сейчас мы узнаем, что происходит. — обнадёжила меня Падма, нежно погладив по руке. Я поймал себя на том, что только её присутствие даёт мне силы более-менее держать себя в руках и вымученно улыбнулся. Действительно, все начали рассаживаться, некоторые подходили к стойке и покупали бутылки со сливочным пивом, болтая между собой. Гермиона дождалась, пока бармен скроется в подсобном помещении и прочистила горло, горящим взглядом обведя толпу.

— Здравствуйте! — проговорила Гермиона, улыбнувшись. Взгляды окружающих сконцентрировались на ней, все прекратили переговариваться, в помещении повисла тишина. И если мне от происходящего становилось неуютно, то вот Гермиона наоборот как будто подпитывалась этой атмосферой, набираясь сил и подбирая слова. Она прочистила горло и заговорила. — Думаю, нет смысла ходить вокруг да около. У всех нас начались уроки по Праву. И я уверена, что многие не согласны с той позицией, которую нам пытаются вдолбить в голову. Дело ведь не только в том, что мы тратим на этих уроках время, которое могло бы пригодиться для подготовки к очень важным экзаменам СОВ. — толпа на этих словах издала заинтересованный гул, я заметил, как более цепким становится взгляд многих маглорожденных. Неужели? Нет, Гермиона бы ни за что… Пока я размышлял, Гермиона продолжила говорить. — Сама сущность нынешнего магического мира построена на ущемлении прав одних и возвышении других. И разница в данном случае не только в богатстве или бедности. Вовсе нет. Магический мир несправедлив! Если вы родились нечистокровным или полукровкой с необычными способностями или принадлежите к какой-то магической расе, вас всегда будут угнетать. Пока в обычном мире давно уже ушли от этой старой и неработающей системы, в магическом до сих пор процветает классовое неравенство. И пока это так, целым государством будет управлять пресловутое меньшинство.

Гермиона говорила громко и уверенно, нервно улыбаясь. Многие в толпе согласно кивали головами, некоторые придвигались ближе, оставляя в сторону бутылки со сливочным пивом.

— Некоторые скажут «ну и что»? Разве это наше дело? И я отвечу — да! Если большинство из нас будет не бездействовать, не оставлять ситуацию