Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921 - Георгий Алексеевич Орлов

с потухшими паровозами. В занятых местах уже объявлена мобилизация пяти сроков и реквизиция. Земельный закон уже издан. Мне не пришлось его полностью прочесть. Знаю только, что размер землевладения ограничен: 200 десятин и то только в том случае, если владелец обрабатывает их своим трудом. Вечером барон, Ширков и я, заехав за двумя дамами 4-й батареи, махнули в имение Бредихина, в 4 верстах от Кара-Наймана, где живут еще 2 дамы 4-й батареи и 3 барышни, владелицы имения. Ничего интересного и привлекательного это семейство не представляет, конечно, но от скуки было забавно туда прокатиться; всё же некоторое разнообразие, а не это надоевшее сидение на одном месте. Играли в разные детские игры, а самое важное то, что очень плотно поужинали, поели много хороших настоящих продуктов и улеглись спать на мягкой перине в гостиной.

10.06.1920. На фронтах ничего существенного. Красные на некоторых направлениях переходят в частичное наступление, но мы неизменно их отбрасываем. По советской сводке от 19-го (6-го по н. ст.), идут бои в районе Карастель — Обруч. Похоже на то, что Киев оставлен поляками. Вообще сегодняшняя газета не особенно веселая, и мне мало нравится. Есть сообщение, что 8 июня ушли из Феодосии английские морские суда. На смену англичанам ожидается прибытие американцев, которые берут на себя задачи снабжения. Продолжаются какие-то переговоры англичан с Совдепией. Относительно нашего наступления Ллойд Джордж сказал в палате общин так: «Британское Правительство ни в коем случае не может считаться ответственным за события на Юге России, поскольку они выходят из рамок обеспечения наилучших условий для русских, нашедших себе в Крыму последнее убежище. Только к этому сводилось предполагаемое посредничество Англии. Расширение же зоны, занятой Русской армией на юге, произошло исключительно по личной инициативе генерала Врангеля». Бельгийское правительство отказалось принять на службу в армию офицеров армии Юденича. Сообщают о страданиях русских беженцев в Египте, в Баку и русских офицеров в Латвии. Где только теперь не страдают русские. По британскому официальному сообщению, у бухты Измид на азиатском берегу Мраморного моря — произошел бой между британскими войсками и отрядами турецких националистов, которыми командовал начальник XX корпуса Али-Фуад-Паша. Индуский Пенджабский полк, окруженный турками, попал в тяжелое положение. Вообще там что-то не ладно. Говорят, что англичане требовали, чтобы туда пошел наш флот, пока подойдут их силы. Жаль, что про борьбу с турками не пишут.

11.06.1920. Наши в Севастополе засели уж очень основательно. Нет ни слуху, ни духу. Сначала казалось, что за 3–4 дня они успеют получить пушки, так как там в этом отношении как будто было почти всё готово. Прямо непонятно, что могло их держать всё это время. Вечером всё той же компанией отправились к Бредихиным, а оттуда все вместе поехали в Сары-Булат, к морю. Барон с Ширковым за 15 000 приобрели четверть самогона, а дамы захватили с собой закуски. Жаль, что мы только несколько поздно попали к морю. Купаться пришлось только во время захода солнца, после чего тут же на берегу, на ковре был устроен пикник. Самогона я вообще не пью, на него навалились барон с Ширковым, причем дамы тоже не особенно брезгали этой жидкостью. Было занятно, когда после выпивки Ширков устроил «хождение по водам» в полной одежде. Вернулись домой мы уже на рассвете. Время в таких, хотя и не особенно веселых поездках, проходит несравненно глаже, чем безо всякого абсолютно дела в Кара-Наймане.

12.06.1920. За последнее время основательно разленились. Встаем обычно часов около 12 по новейшему времен. Сразу после утреннего чая обедаем, после опять или читаем, лежа в постели, или слегка засыпаем часика на 2. После этого мы слоняемся почти совсем в раздетом виде или выходим в поле пострелять из винтовки по удодам. Обычно эта охота ничем не оканчивается, так как попасть шагов на 40 в такую маленькую птичку пулей довольно мудрено. Если вечером никуда не едем, то в основательной тоске слоняемся от одной квартиры к другой. Освещения нет, поэтому другого занятия не придумаешь, если после захода солнца не тянет ко сну.

13.06.1920. Вечером с бароном поехали к болотцу у селения Федоровки, чтобы немного поохотиться. У нас было слабенькое дробовое ружье 16 калибра и карабин. Будь приличный дробовик, можно было бы настрелять не только уток себе на обед, а то из этой мешалки дальше 40 шагов стрелять было совершенно бесполезно. В результате я все-таки убил чибиса, которого мы собирались съесть завтра утром поджаренным в сметане, но кошка ночью самостоятельно решила расправиться с этой «дичью», не оставив буквально ничего от этой незатейливой птицы.

Началась уже в этих местах уборка хлеба. Урожай в этом году средний. Незасеянной площади в Крыму очень много. Дело в том, что земля здесь очень тяжелая. В однолемешный плуг запрягают 5 лошадей, хотя пашут очень неглубоко, всего вершка на 2–2,5. При том разгоне подвод, который был тут всё время, земледельцы почти не имели возможности нормально работать, так даже в этом случае, если у хозяина остается 3 лошади дома, ему с ними ничего нельзя сделать с этой землей.

14.06.1920. Вечером поехали опять к Бредихиным. Одна из дам 4-й батареи 17-летняя и совершенная во всех отношениях девочка, просила нас достать ей борзого щенка. Она так просила и говорила, что прямо по ночам спать не будет, если мы ей не привезем, что мы решили достать ей, если не борзого, то во всяком случае щенка. Сегодня мы привезли ей настоящего дворнягу, здорового, косолапого, но пока симпатичного щенка и убедили ее, что если у этого животного не полная кровь борзой, то во всяком случае мать его была борзая. Она все-таки была почти в полном восторге. Долго подбиралась кличка этой собачонке (которая без сомнения и ей очень скоро надоест и другим будет в тягость) и, наконец, я разрешил этот вопрос, предложив назвать ее «Войдите». Смеялись по этому поводу довольно много. Не особенно интересно получилось то, что тут везде распространились самые нелепые слухи относительно нашего пикника 11-го числа. Солдаты, должно быть, сказали, что мы купались одновременно, а из этого создали уже такую историю, что мы купались с дамами в одном месте, раздевали их и т. п. (между тем как мы купались на расстоянии 100 сажень одни от других). В общем, эти слухи, конечно, ерунда, но для дам они неприятны.

15.06.1920. Распространились слухи о том, что у нас на левом фланге дела неблагополучны. Говорят даже, что у Каховки большевики прорвали наш фронт. Никаких более