Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921 - Георгий Алексеевич Орлов

Спустя час после нашего отъезда из Аскании там разгорелся бой. Оказалось, что 500 всадников с 4 бронеавтомобилями красных налетели туда, многих порубили, роту взяли в плен. Наши гаубицы едва спаслись, потеряв 3 офицеров и всех телефонистов. В этот вечер красные занимали Асканию и Мариановку. Характерно то, что эта кавалерия порубила даже раненых пленных красноармейцев, взятых нами 27 числа и находившихся в этот момент в доме в Аскании. Говорят, это отряд из частей Буденного.

Вечером мы, наконец, догнали батарею в хуторе Круглова. Приехали мы сюда напрасно, так как наши поехали в Севастополь получать английские пушки, и все офицеры 1-го, 3-го и 4-го орудий отправлены обратно в Кара-Найман, где будут ожидать прибытия на ст. Юшунь орудий. На позиции сейчас работает одно 2-е орудие. С нашим полком кроме нашей пушки и взвода 4-й батареи работает еще 7-я батарея 34-й артиллерийской бригады.

30.05.1920. Утром выбили красных из Аскании и Мариановки. Некоторое время мы простояли в Самойловке. Там красные разбили склеп местного помещика, взломали два цинковых гроба, перетрясли и обшарили скелеты (похоронены они были года 3 тому назад) и разбросали кости, ища золотых вещей, нательных крестов и пр. … На местных жителей этот случай произвел весьма сильное впечатление.

К вечеру мы двинулись на Ольховку и заняли ее без боя. Оттуда часов около 10 вечера я выехал в 1-й дивизион, чтобы взять наших лошадей, которые временно были даны в 1-ю батарею и вместе с нами уже должны были отправиться в Кара-Найман. Только около 2-х ночи я прибыл в д. Самойловку, где в это время находилась 1-я батарея вместе с 1-м полком.

Первая конная дивизия Барбовича заняла Алешки, там захвачено много обозов; говорят, что там зарубили батальон чрезвычайки. Корниловцы, наступая по сходящимся дорогам, вместе со 2-й конной дивизией Морозова к вечеру заняли Каховку.

VIII сводный корпус Писарева до сих пор успеха не имеет, оставаясь на линии Ново-Троицкое. У Ново-Троицкой пострадала туземная дивизия этого корпуса. Калмыки, как это всегда у них водится, спали безо всякого охранения и, кроме того, даже оставили на ночь все свои винтовки на тачанках. Ночью кавалерия красных (говорят, Думенко) налетела туда, зарубила начальника дивизии генерала Ревшина (оказалось, был взят в плен), штаб дивизии и около 200 человек, а человек 600 увела в плен. Писарев отстранен от командования, и корпус начинает уже двигаться. До сего времени у нас правый фланг висел в воздухе, справа связи не было, и фронт шел большим уступом.

31.05.1920. Так как, несмотря на приказания комарта командир 1-го дивизиона отказался выдать нам лошадей, то мне пришлось ехать к Ползикову. Вследствие того, что все части, наступая, двигались вперед, мне тоже, катаясь от одного к другому, нужно было ловить 1-й дивизион уже в другом месте. Я присоединился к 3-му полку, который наступал на Успенское, и после того как оно было занято, поймал там 1-ю батарею и только уже здесь получил лошадей, предъявив ей вторичное приказание.

Наша дивизия двигается сейчас на северо-восток и идет почти сплошным кулаком. Оттуда я махнул обратно. Признаться веселого нет ничего, если при таком положении правого фланга приходится чуть ли не по всей линии уступа фронта ехать одному верст 40, не встречая нигде ни одного своего солдата. Около Самойловки встретился с одним из Марковских полков (их дивизия сейчас в резерве), который передвигался на север. В одном из Самойловских хуторов заночевал.

По сводке от сегодняшнего дня, у Каховки захвачены два исправных броневых автомобиля. На Мелитопольском участке частями Слащева отбиты все атаки красных на Мелитополь. Нужно заметить, что теперь у нас в частях гораздо больше порядка, чем было раньше. Грабежей пока не замечается, только в хут. Круглова кто-то взял лошадь. Связь во время наступления налажена хорошо. Всё время по дороге носятся мотоциклетки. Штаб дивизии двигается непосредственно вместе с колонной, а начальник дивизии разъезжает даже впереди на своем автомобиле. Меня удивило то, что во время движения в ротах 3-го полка всё время почти подсчитывали ногу; перед остановкой заставляли топтаться на месте, равняться в рядах и по команде класть ружья. Броневыми машинами пехота не совсем довольна: работают они вяло. Относительно танков, захваченный в плен офицер говорил, что их красные не особенно боятся, так как наши танки почему-то почти не стреляют (у них всё время портятся эти пулеметы Гочкиса). Теперь роль танков уже пока что кончилась; они только помогали сделать первый сдвиг в первый день наступления.

1.06.1920. Понедельник. Всё последнее время до нашего наступления говорили, что большевики теперь стали не те, что у них завелся порядок, что жить там не так скверно и что всё приходит к известной норме и законченности. Откровенно говоря, я этому не верил и, с другой стороны, побаивался этого, считая, что если большевики переменились к лучшему, то нам с нашими крошечными силами в таком случае будет невозможно бороться. Все эти разговоры оказались ерундой. Порядка у них никакого. Население по-прежнему плачет и жалуется. Многие говорят: «Объявите мобилизацию, и все пойдем с вами». По-прежнему они грабят, забирают вcё; лошадей, подводы держат по месяцу и больше и пр. Войска у них стали лучше и дерутся серьезнее, коммунистов развелось много, почти все комиссары — евреи. Части обмундированы много хуже наших; наши теперь одеты в английское, почти все более или менее приличны. Коммунисты пользуются у них еще привилегиями, а остальные страдают. Простые красноармейцы говорят: «Возьмем только Перекоп, а там будем воевать против коммуны». Это мне совсем непонятно. Все страдают там без табаку, который выдается только коммунистам и то очень немного.

Заняв 29-го Мариановку, красные по всем хатам собирали после нас окурки. Единственно, что хорошо, это поражающая (по сравнению с нашими ценами) дешевизна. Всё в 10–20 раз дешевле и всё есть, что касается вопросов питания. Сало у нас дошло до 2000 руб. фунт, а там можно приобрести по 150 руб. и пр. Скверно то, что наши, привыкнув к крупным платежам, за всё очень щедро платят, и этим естественно поднимают на всё цены.

На рассвете поехал дальше. От Армянска татарин-подводчик предложил мне какую-то сокращенную дорогу через Сиваш. Если бы мы поехали через Юшунь, то мы попали бы в Кара-Найман сегодня часов 9 вечера, а так мы застряли в Сиваше часа на 2, перепрягли там лошадей, сломали барку и с трудом выбрались. Заночевать пришлось в Федоровке, верстах в 10 от Кара-Наймана, так как лошади подводчика в