Это кто переродился? Книга 5. Финал - Сириус Дрейк

О судьбе Мастера, Аристарха и остальных она могла только догадываться. Последнее, что помнила Королева, это ящерки, окруженные монстрами, а еще злобный крик Мастера. Единственный, кто составил ей компанию, как ни странно, был Крыс. Он и сейчас сидел у нее в кармане и время от времени высовывал мордочку.

В ответ на ее реплику двухголовый пес-переросток переглянулся. На его шеях сверкали золотые ошейники.

— Никогда не задумывался… — сказал один. — А ведь если совсем проголодаешься…

Но не успел он закончить, как его брат толкнул Королеву в спину:

— Иди-иди, человечина, пока мы не откусили твое бедрышко. Уж очень оно мясисто!

Оба расхохотались. Дарья вздохнула и позволила браслетам нести себя дальше. О том, сколько этажей они преодолели, можно было только догадываться — в ее «родной» Башне их было чуть менее сотни. Тут, судя по всему, та же история.

И вот кольца потянули ее прочь с лестницы — в очередной зал, который был точно так же завален золотом до потолка. Среди золотых гор возвышался трон, и на нем восседал ее сын. Вернее, то во что он превратился.

Хотя?.. Монстром он был всегда, поэтому внешний облик только довершил его образ.

— Прелестно, — ухмыльнулся он и встал с трона. — Как приятно видеть тебя в добром здравии, маменька. Все вон!

Глава 6

Сколько еще женихов⁈

После того, как золотые ошейники на шеях пса-переростка утащили его за порог, Дарья осталась с сыном один на один.

— Мы, маменька, никогда не были особенно близки, — сказал он, смотря на нее своими глазами-щелочками, — тебя всегда больше интересовали дела Королевства, интриги, приемы и одинокие сидения под дубом. Как хорошо, что теперь у нас обоих есть шанс наверстать упущенные годы.

Пока он шел к ней, она не произнесла ни слова. Не будь у нее скованы руки и не будь Вася ростом в три метра, она бы, наверное, придушила бы его. И тот знал об этом — улыбка у него была до ушей.

— Ну же, — сказал Василий и, нагнувшись, обнял ее за плечи. — Чувствуй себя как дома. Неужели тебе не знакома эта Башня? Она создана по образу и подобию той, что возвышается в нашем родном мире. И эти золотые…

Все золото в зале в ответ на его фразу зазвенело и засверкало. Пара подсвечников, кубок и несколько колечек закружились вокруг них.

— … Должно быть, навевают на тебя воспоминания о прошлом?..

Дарья почуяла на ноге прикосновение. Хвост — он обматывался вокруг ее лодыжки. Ее передернуло.

— Что тебе надо? — прошипела она. — Убить меня? Так не тяни. Ты давно об этом мечтал.

Ее сын хохотнул.

— Убить? К чему?.. Как же сын способен убить свою обожаемую маменьку?

— Наверное, так же как ты извел, Василису, свою жену?

После этой фразы глаза Василия вспыхнули — и там родился такой УЖАС, что Дарью взял озноб. Из пасти ее сына вырвалось угрожающее рычание.

Эта волна схлынула так же быстро, как и возникла.

— Пустое. Она сама во всем виновата, — сказал он, ухмыльнувшись, но опасный огонек остался блестеть в его змеиных глазах. — Бедняжка Василиса. Слабая и глупая, не способная принять меня таким, какой я есть…

Взяв мать под руку, он повел ее по ступенькам — к трону, подножие которого утопало в золоте. Сопротивляться было делом напрасным: каждый шаг за нее делали кольца вокруг лодыжек и бедер.

Усадив мать на седалище, сын опустился на колено. Взял за руку, сверкающую от колец.

— … Никто из вас не принимал меня. А ведь такие как я, «играющие с Изнанкой», пытались подсказать вам, идиотам, самый очевидный путь победы над ней. Сколько людей вы, дураки, потеряли в бесплодной войне? Целый век смертей и террора Изнанки! А ведь решение проблемы было так близко…

— Предать нас? — фыркнула Королева. — Это и есть твое решение проблемы?

Василий поднялся и расправил крылья. Хвост же опутал ноги Дарьи и сорвал ее с трона. Охнув, она повисла вниз головой. Кольца на ее руках и ногах зазвенели.

Голос сына поднялся под потолок:

— Стать Королем Изнанки! Подчинить себе ее силу! Вместо того, чтобы продолжать бессмысленную борьбу, я возглавил вражеские силы!

В ответ со стороны балкона послышался гул — отдаленный, он нарастал. У Дарьи при этом звуке по спине прошлась волна мурашек. Казалось, вокруг Башни собирается буря.

Она попыталась освободиться, но не смогла двинуть даже рукой.

— Разве ты не заметила все это золото? — говорил сын. — Все эти богатства, коими наполнена Башня⁈ Золото — это сила, и такой мощи нет ни у кого на Земле! Даже Великий Хан Орды, что отгрохал себе золотой дворец, ничтожная тля по сравнению со мной! Золото же становится только больше — и с Земли, и из самых отдаленных уголков Изнанки! Скоро тут будет столько золота, что ЕМУ и не снилось!

Говоря, он размахивал хвостом из стороны в сторону, а вместе с ним и Дарья, дергавшейся как кукла:

— И ради чего⁈

Хвать! — и он поймал ее за шею. Заглянув в глаза, проговорил на тон ниже:

— Ради того, чтобы спасти Землю. Но для этого нужно пойти от обратного. Спасая Землю, ее придется…

Он взял паузу.

— … Подчинить. Сделать то, что давным-давно следовало.

Несколько долгих секунд Дарья не могла вымолвить ни слова.

— Подчинить⁈ Ты собрался вместе с этой толпой чудищ пойти войной и истребить собственный народ?

Василий хохотнул.

— Нет, конечно. Те, кто сложат оружие и признают меня Королем Королей, получат мою милость. Умрут лишь самые слабые и те, кто попробует сопротивляться приходу Короля Земли и Изнанки. Для их же блага, ибо война людей и нелюдей вечно длиться не может.

— Вася… — простонала Дарья. — Ты собрался сделать людей рабами этих чудовищ!

Он кивнул.

— Им не привыкать. Иные и так всю жизнь находятся в рабстве у тех, кто ничем не лучше чудовищ. Все эти Державины, Илларионовы, Волгины и Верховенские… Кровь они пьют ничуть не хуже.

— Ты псих! Ты монстр!

— Нет. Я всего лишь хочу дать людям шанс сразиться за свою судьбу. А проиграв Изнанке, занять подобающее место в пищевой цепочке. Но не думай, что монстры просто бездумно жрут всех подряд — у них тоже есть своеобразная иерархия: от высшим к низшим. К тому же есть способ, как сделать людей сильнее.

Он сунул руку в карман и подставил ей под нос несколько красных гранул.

— Тебе же знакомы люди-ящеры? — сын наклонил голову набок. Она коротко кивнула. — С некоторыми