Свет между нами. Откровения медиума о потустороннем мире - Лора Линн Джексон

Я разместила объявление в местной газете: «Сеансы ясновидения. Звоните Лоре».

10

Катастрофа

Первой на мое объявление откликнулась пожилая женщина, которая жила на Ллойд Нэк, недалеко от района, где я выросла. Ее звали Делорес. Мы договорились о встрече, и я дала ей свой адрес. В тот день я жутко нервничала – как-никак первый сеанс для того, кто не был другом или знакомым. Я даже не совсем представляла, как работает настоящий медиум. А если мой дар подведет меня?

Раздался дверной звонок – отступать было некуда. Открыв дверь, я увидела Делорес – сутулую и зажатую маленькую старушку, она волновалась не меньше меня.

Я провела ее внутрь, и мы сели за кухонный стол. Света лампы не хватало, чтобы разогнать сгущающиеся сумерки, и я зажгла свечу.

Делорес посмотрела на меня грустными, умоляющими глазами. Я не знала, с чего начать.

Но, к счастью, она взяла инициативу на себя, рассказав, зачем пришла.

– Мне шестьдесят, и я хочу усыновить ребенка, – сказала Делорес. – Я верю – это правильный поступок, но хочу знать наверняка.

Любой встретивший эту женщину, сказал бы, что она одинока и сломлена. Но мне было известно кое-что еще – ее муж недавно умер. Я видела его – или, вернее, яркую точку света, что была им, – в поле зрения перед глазами. И поняла, что он покинул ее.

Осознав это, я стала получать все больше информации о Делорес. Потеряв мужа, она растерялась, не зная, что делать и как теперь жить, и отчаянно хваталась за любые поддержку, подсказку и сочувствие.

Однако больше всего ее мучила глубокая душевная боль. Та боль, что калечит нас, – боль, что приходится чем-то заглушать. Я воспринимала эмоции Делорес так же, как и чувства других. Только теперь я была не просто зрителем со стороны, она раскрылась мне, и ее боль я чувствовала невероятно отчетливо.

Боль дала мне подсказку: я сразу поняла, что Делорес пытается сделать – притупить страдания, приведя кого-то нового в свою жизнь. Она хотела усыновить ребенка, чтобы заполнить пустоту после смерти мужа, а не из-за желания воспитать и наставить молодую душу.

Очевидно, что усыновить ребенка в таком возрасте и в ее ситуации было бы ужасной ошибкой. Но к такому заключению я пришла не сама. Мне сказали об этом. Взять приемного ребенка не было частью ее пути.

Но прежде чем я сообразила, как рассказать об этом Делорес, оказалось, что меня уже несет. Слова просто слетали с моих губ. Не помню, чтобы формулировала мысли или подбирала выражения, – это походило на озарение. Словно я делала для кого-то синхронный перевод.

– Будет ошибкой связать жизненный путь с кем-то еще, – сказала я. – Вы не можете заполнить пустоту внутри другим человеком. Нужно научиться противостоять своему одиночеству. Есть и другой путь вновь обрести связь со Вселенной: вступите в читательский клуб, познакомьтесь с новыми людьми, заведите питомца – животное, которое будет нуждаться в вашей любви и защите. Это ваш путь – заведите кошку или собаку.

Вот так я дебютировала как медиум – посоветовала пожилой одинокой женщине завести домашнее животное.

Сеанс продолжался еще час. Когда Делорес ушла, я попыталась оценить, оказала ли на нее хоть какое-то влияние. Мне показалось, что она испытала облегчение, стала не такой напряженной – словно с ее души сняли груз. Возможно, она догадывалась, что взять приемного ребенка – плохая идея и, скорее всего, ничего не выйдет, и ей лишь нужно было услышать это от кого-то еще. Как-то не верилось, что я на самом деле ей помогла, но то, что я сказала, было правдой и имело смысл. Мы больше никогда не встречались, и я не знаю, был ли мой первый профессиональный сеанс успешным или провальным. Но в целом все прошло хорошо, и я была готова продолжать.

* * *

Мое объявление пользовалось популярностью – даже большей, чем я ожидала. Однажды позвонили из Вирджинии: женщина попросила провести сеанс по телефону.

– Не знаю… – сказала я. – Я никогда раньше так не делала.

– Ну, вы можете попробовать. А там посмотрим, что получится.

Так я провела свой первый телефонный сеанс. Снова без плана или системы, все время импровизируя. Поэтому я очень удивилась (и испытала облегчение), когда это сработало, – пришло столько же информации, сколько могло прийти, если бы человек сидел рядом.

Пару недель спустя позвонил мужчина по имени Пол. Ему был нужен срочный сеанс, и мы договорились о встрече. Он пришел и сел за кухонный стол – молодой мужчина где-то под тридцать. Его энергия казалась бодрой и уверенной, несмотря на то что он немного нервничал. Я тут же получила разные кусочки информации – больше всего о его девушке Эми. Он, без сомнения, ее очень любил. Почти сразу наш разговор стал вращаться вокруг их отношений.

Но потом что-то пошло не так. Во время сеанса такое случилось впервые – я словно почувствовала чье-то присутствие где-то позади и справа. До этого вся информация находилась в пространстве передо мной. Я не могу сказать, где конкретно лежит этот образ – это как головная боль, которая охватывает голову целиком. Трудно объяснить, из какой части она приходит. Но я никогда не видела что-то позади себя.

Но теперь стало ясно, что мое поле зрения гораздо шире. Добавилось еще одно направление – открылся новый, абсолютно иной портал. И то, что прибыло через него, переместилось вперед, став четким и ярким, – я ощутила чье-то мощное присутствие и услышала имя. Кто это был? Что происходит? Я не знала – поэтому просто позволила тому, что вижу и слышу, слететь с губ.

– Ко мне пришел парень по имени Крис. Он как-то связан с Эми, – сказала я Полу. – И кое-что знает о ней.

Просто поразительно, насколько личной была та информация, что передал мне Крис: размер обуви, любимая шляпка Эми, сумочка, которая ей нравилась, и все в таком духе. Пол притих, пока я выкладывала все эти детали. Но чем дольше это продолжалось, тем сильнее я запутывалась – почему сеанс Пола оказался об Эми и Крисе, но не о нем самом? Мне стало неловко, и я заставила себя остановиться.

– Пол, мне очень жаль. Догадываюсь, что вы пришли не за этим, – сказала я. – Я не понимаю, почему ваш сеанс – про Эми и Криса.