Мифы тюрков. От Златовласой Умай и Урал-батыра до исполина Алпамыша и Пегого Быка - Ренарт Шарипов

У Ульгеня также имеется девять дочерей, их называли Аккызлар (Белые девы), или Кыянлар, но никто не знает их настоящих имен. Они — источник вдохновения для шаманов.

Когда не существовало ни земли, ни неба, а только вода, Ульгень сошел на воду, чтобы сотворить землю, но не знал, с чего начать. В это время к нему подошел некий человек. Ульгень спросил его: «Кто ты?» «Я тоже должен сотворить землю», — ответил незнакомец. Ульгень недовольно поморщился и сказал: «Я точно смогу сотворить, а где ж тебе справиться?» Но человек молвил в ответ: «Я сейчас найду, из чего сделать землю». Тогда Ульгень велел поскорее достать ее, после чего человек нырнул в воду, нашел на дне гору, отколупал от нее кусок и набил камнями и илом свой рот. Вынырнув из воды, он выхаркнул землю в пригоршню Ульгеню, а потом избавился от ее остатков, из которых возникли болота и трясины[48].

На Алтае распространены предания об Ульгене, узревшем плавающую в океане грязь с человеческими чертами. Даровав ей душу, верховный бог породил Эрлика, который сначала считался его другом и братом.

Существо, помогавшее Ульгеню создавать мир, у алтайцев называлось просто Человеком или Первочеловеком, но в итоге превратилось в Эрлика. В конце концов Ульгень низверг последнего в преисподнюю за гордыню и хвастовство и тот стал владычествовать над мертвецами.

Миф о сотворении мира Ульгенем (Курбистаном)

Один из основных мифов о сотворении мира у тюркских народов Ульгенем (Курбистаном) звучит так:

До появления земли была только вода: ни неба, ни солнца, ни луны. В воздухе летал Курбистан, а вместе с ним некий человек, оба в облике черных гусей. Курбистан ни о чем не думал (даже имени своего еще не знал), а другой человек сотворил ветер, поднял волны на воде и брызнул ими в лицо Курбистана; он пожелал подняться выше его, но сам рухнул в воду и взмолился: «Спаси меня, господин!» И сказал Курбистан: «Да будет крепкий камень». Поднялся камень с морского дна, и на нем устроился тот человек. По велению владыки он спустился в море и вынес оттуда горсть почвы. Курбистан швырнул ее на поверхность воды со словами: «Да станет земля!» И появилась земля.

Когда Курбистан снова отправил другого человека на дно с тем же повелением, тот захватил две горсти: одну спрятал во рту, желая создать землю самостоятельно, а другую отдал повелителю. Курбистан посеял пригоршню, отчего почва стала жирнее, а во рту у человека земля так раздулась, что он едва не задохнулся. Он попытался убежать, но рухнул без сил и взмолился о помощи.

— Что ты, негодный, затеял? — спросил его Курбистан. — Не думал ли ты, что спрячешь землю во рту?

— Я лишь хотел сотворить сушу.

— Выплюнь то, что проглотил!

Человек подчинился — и выплюнутая им земля превратилась в болотные кочки.

— Теперь ты виноват передо мной, — объявил Курбистан. — Ты желал причинить мне зло, и народ злых духов, тебе подвластный, будет такого же рода, а мой народ будет светлых помыслов: он узрит солнце и свет, меня назовут истинным Курбистаном[49], твое же имя будет Эрлик. Человек, уберегшийся от греха, будет моим.

На этом творение мира не закончилось. На едва созданной земле росло дерево без ветвей. Курбистан подошел к нему и сказал: «Дерево некрасиво, когда растет с одним стволом. Да вырастут на нем девять ветвей, да произойдут от них девять человек, да породят они девять народов!»

Подойдя к дереву, Эрлик услыхал незнакомый ему гомон и спросил Курбистана, что происходит.

«Ты владыка, и я владыка, — ответил Курбистан. — Эти люди, покрытые волосами, — мой народ».

Эрлик попросил Курбистана подарить ему людей, но получил отказ. Потом Эрлик увидел зверей и птиц и подивился, как их создал Курбистан и чем они питаются. Сам же Курбистан удалился на небо.

Подойдя к дереву с девятью ветвями, Эрлик увидел, что все существа питаются плодами только с одной стороны дерева. Как объяснил ему один из людей, Курбистан повелел им брать плоды только с пяти ветвей, что обращены на восток, но не с тех, что смотрят на запад, да и с запретной стороны собака и змея сторожат плоды.

Тогда Эрлик подошел к человеку по имени Торонгой и убедил его, что запрету Курбистана подчиняться не нужно. Потом он стал невидимым, чтобы собака его не заметила, и вселился в змею, усыпив ее. Он забрался на западную сторону дерева, съел плод оттуда и стал уговаривать Торонгоя последовать его примеру. Тот не поддался, и Эрлик обратился к женщине по имени Едий. Она вкусила плод и вложила его Торонгою в рот. С них осыпались волосы, они застыдились этого и укрылись за деревьями.

Когда вернулся Курбистан, Торонгой свалил вину на Едий, та — на змею. Змея стала оправдываться: мол, Эрлик вселился в нее, когда она спала. Собака заявила, что пропустила Эрлика, потому что не увидела его. Курбистан проклял змею, а Эрлика пригрозил отправить под три слоя земли, в страну вечного мрака, где нет ни солнца, ни луны.

Люди попали под власть Эрлика и утратили возможность достичь исходящего от Курбистана света. С тех пор они питаются и плодятся сами, не надеясь на бога.

Однако Курбистан сжалился над людьми и послал им героя Майдере, который научил их добывать еду. Тогда Эрлик попросил его передать Курбистану, что он хочет вернуться на небо и перейти на сторону добра. Майдере 62 года просил об этом Курбистана, и тот наконец согласился простить Эрлика с условием не враждовать с ним и не причинять людям зла.

Явившись в золотой чертог Курбистана, Эрлик попросил благословить его на создание своего неба. Добрый Курбистан согласился. Но Эрлик почти сразу нарушил клятву и развел на своем небе множество злых духов.

В те времена жил благочестивый человек Мандишир. Он подумал: «Почему люди Курбистана обречены пребывать на земле, в то время как демоны Эрлика благоденствуют на небе? Это несправедливо».

Поднял Мандишир людей на борьбу с Эрликом. Но владыка зла обратил человеческое войско в бегство с помощью огня. Тогда Мандишир пожаловался Курбистану — и получил такой ответ: «На свете нет никого могущественнее меня, но Эрлик сильнее тебя. Значит, время для свержения его власти еще не пришло. А когда придет — я скажу».

Мандишир долго жил в мире и спокойствии, пока Курбистан не призвал его к себе и не объявил, что пробил час: «Сегодня с тобой божественная сила — мое благословение. Но я сам не могу сразиться с Эрликом. У