Развод. Генерал, начинайте с нуля - Виолетта Весна

Я собиралась уйти в административный корпус, но Чумаков подошел первым.

— Теперь вы довольны? — спросил он.

— Я не оцениваю кандидатов.

— Вы слышали то же, что я. Бессонов умеет принимать обратную связь.

— Я слышала общую часть. Вывод сделает комиссия по совокупности этапов.

— Иногда профессионалу достаточно увидеть пять минут.

— Иногда пяти минут достаточно, чтобы подтвердить ожидание, с которым профессионал пришел.

Он улыбнулся без раздражения.

— Вы всегда так спорите с клиентами?

— Когда клиент просит независимую оценку и одновременно подсказывает результат — да.

Ардатов позвал его к столу, и разговор закончился. Я вернулась к работе.

Через час Лариса прислала общий процедурный отчет. Нарушений безопасности не было, материалы сданы вовремя, кандидаты получили одинаковую вводную. В сравнительный результат я не заглядывала. Система все равно не дала бы.

Перед отъездом Павел Ильич попросил нас подписать акт по площадке. Он отметил, что один сопровождающий отвлекся от смены на сорок минут дольше согласованного, а группа задержала учебную комнату после обеда.

— Это не нарушение безопасности, — сказал он. — Но следующий этап планируйте с запасом. У меня люди работают, они не реквизит для конкурса.

— Задержку включим в расчет и оплатим дополнительное время по договору, — ответила Лариса. — Кто согласовал продление?

— Ваш координатор спросил у начальника отдела, тот разрешил. Я узнал после.

— Значит, маршрут согласования был неправильным. Разрешение на ресурсы площадки должно идти через вас.

Она внесла замечание в акт. Я спросила, повлияло ли присутствие кандидатов на погрузку.

— На погрузку нет. Двое пытались задавать диспетчеру вопросы в перерыв, но сопровождающий остановил. Один из них Бессонов. Он сразу извинился и записал вопрос, чтобы задать на общей встрече.

— Это индивидуальная информация, — напомнила я.

— Я говорю о соблюдении режима площадки, — ответил Павел Ильич. — Если не нужно, убирайте фамилии из акта. Мне важен сам порядок.

Лариса записала эпизод без имен. В следующем выезде вопросы реальным сотрудникам разрешались только в назначенное время, а любое продление помещения согласовывалось с руководителем площадки. Мы не скрывали мелкие неудобства только потому, что основная задача прошла успешно.

Павел Ильич подписал акт и сказал:

— Сценарий у вас правдоподобный. Только в жизни никто не даст новому директору девяносто минут и полные данные.

— Поэтому финалисты готовят план первых ста дней, а не обещают решить все за утро, — сказала я.

— Вот это полезно. У нас предыдущий руководитель первые две недели всем объяснял, что уже понял предприятие.

Его замечание не относилось к Андрею и все же точно описывало риск должности. Я передала акт Ларисе и не стала спрашивать, кто из кандидатов уже делал подобные заявления.

Вечером на парковке Андрей стоял у своей машины и разговаривал с Ильей. Я видела их издалека. Они пожали руки и разошлись. Андрей заметил меня, но не подошел. Наше соглашение продолжало действовать до окончания рабочего дня, а личного вопроса у него, видимо, не было.

Я села за руль. Хотелось написать: «Сегодня было лучше». Фраза не содержала баллов, однако выдавала мою оценку, которой у меня не должно было быть. Я удалила набранный текст.

Сообщение от Андрея пришло, когда я уже подъехала к дому.

«Вопрос только по имуществу. Виктория предлагает встречу у нотариуса тридцать первого в десять. У меня свободно. Тебе подходит?»

Я проверила календарь. В одиннадцать тридцать начиналось интервью в офисе, дорога от нотариуса занимала двадцать минут.

«Подходит. До одиннадцати должны закончить. Конкурс не обсуждаем».

«Согласен».

На этом переписка завершилась.

Я поднялась в квартиру и открыла письмо Виктории. В проекте соглашения появились точные активы, порядок передачи ключей и график компенсации. Подписание планировалось после развода, но нотариус хотел заранее проверить наши позиции и убрать спорные пункты.

Рабочее упражнение Андрея осталось в рабочем архиве. Я знала только то, что слышали все присутствующие: группа выбрала Илью, ошибочный расчет исправила Марина, Андрей принял ее данные и не требовал особого положения.

Одного удачного дня было мало.

Но это был уже не тот человек, который принес мне папку с решением за двоих и удивился, когда я согласилась.

ГЛАВА 11. То, о чем я молчала

Нотариус читала проект соглашения медленно, вслух называя только те пункты, которые требовали решения. Мы с Андреем сидели по разные стороны длинного стола. Рядом с каждым лежал экземпляр оценки, выписки и таблица активов на последнюю отчетную дату.

— Квартира переходит Арине Николаевне после удостоверения соглашения, — сказала нотариус. — Автомобиль и перечисленные счета — Андрею Вадимовичу. Доля в обществе остается Арине Николаевне. Компенсация один миллион шестьсот тысяч рублей выплачивается в течение двадцати четырех месяцев. Здесь нужен точный график и дата первого платежа.

— Через месяц после подписания, — предложил Андрей. — Потом ежемесячно до десятого числа.

— Почему через месяц? — спросила я.

— Чтобы ты не платила одновременно нотариусу, оценщикам и мне.

— Я рассчитала бюджет с первого месяца.

— Это не обязательно.

Нотариус подняла глаза от текста.

— Вы можете выбрать любой согласованный срок. Моя задача — зафиксировать его так, чтобы через полгода не спорить. Обсудите.

— Первый платеж через месяц, — сказала я. — Но не потому, что Андрей мне уступил. Мы оба несем расходы на оформление, и отсрочка входит в общий расчет.

— Согласен, — ответил он.

Нотариус внесла дату.

— Проценты на остаток не начисляются. При досрочной продаже квартиры остаток погашается в течение десяти рабочих дней после получения денег. Если квартира не продается, график действует до конца. Есть возражения?

— Нет.

— Нет.

Она перешла к ценным бумагам. Их стоимость менялась каждый день, поэтому мы договорились зафиксировать количество бумаг и цену на дату подписания. Если итоговый баланс отклонится больше чем на пять процентов, компенсацию пересчитают по формуле из приложения.

— Формула должна быть проверена обеими сторонами до удостоверения, — сказала нотариус. — Я не буду рассчитывать инвестиционный результат вместо вашего брокера.

— Выписку закажу за два дня до подписания, — ответил Андрей.

— И пришлешь Виктории и мне одновременно, — добавила я.

— Да.

Следующим был ключ от квартиры. После подписания Андрей передавал все экземпляры, право входить без моего согласия прекращалось. До этого мог приезжать за оставшимися вещами по предварительной договоренности. Формулировка была сухой, но мне стало трудно читать. Двадцать четыре года у него не существовало права входить в наш дом: существовал дом. Теперь даже ключ получал дату окончания.

— Пункт понятен? — спросила нотариус.

— Понятен, — сказала я.

Андрей подтвердил.

Мы потратили еще сорок минут на кредит за кухню, семейные фотографии и счет, открытый для Ксении. Юрист проверил документы: вклад формально принадлежал Андрею, но в соглашении он без компенсации сохранялся для передачи дочери в двадцать