Черновик для Эффы 4 - Владимир Алексеевич Ильин

Я отрицательно покачал головой.

— Ты? — Обратился он к принцессе, но та повернулась к нему спиной.

— Да не дрейфь, прорвемся, — поджег он сигарету, ухмыльнулся и несильно хлопнул по попке Аллиты ладонью.

А вот последний звук оказался с двойным эхом — сначала прозвучало что-то вроде треска неисправной розетки, потом прозвучал гулкий удар головы об настил крыльца.

— Ва-ау-у! — Радостно запрыгала Аллита над бесчувственным пареньком, придерживая одеяло.

Тут же нагнулась над павшим и ладонью проверила дыхание.

— Жив, — с легким разочарованием прокомментировала она.

Потом забрала зажигалку и пачку сигарет.

— Трофей. — Убрала она все в карман.

И успела сделать это раньше, чем Сарел, охнув, очнулся. Оттолкнувшись от настила, он поднялся на ноги, недоуменно посмотрел на меня, потом на Аллиту.

— Еще раз врезать, чтобы руки не распускал? — Жестко спросила принцесса.

— Прощения просим, — отодвинулся тот с опаской к двери, кое-как ее открыл и протиснулся внутрь.

— Крутота! — Сияла Аллита. — Слушай, а ты еще что-нибудь такое умеешь?

— Ты все равно завтра уезжаешь. — Отметил я.

— Я передумала. — Отмахнулась девушка. — Итак?

Дверь снова скрипнула, и на улицу выбралась недовольная Эффа.

— Там капитан тебя потеряла. Требует идти ложиться спать. — Смотрела она на Аллиту. — Иначе сама придет.

— Да иду я. О, Эффа, стой! — Запрыгала принцесса на месте. — Смотри, что умею. Тан, тронь меня за попу.

— Аллита…

— Ну тронь, ну что тебе стоит!

— Ладно, — положил я ладонь и вдумчиво поизучал рельеф и приятную упругость сначала одной, потом второй половинки.

— Вам обязательно зритель нужен, извращенцы? — Хмуро прокомментировала мисс Сойер через полминуты изучения, как я лапаю Аллиту, и ничего кроме этого не происходит. — Ложитесь спать. — Открыла она дверь и зашла внутрь.

— Не работает. Закончилось? — Забеспокоилась Аллита.

— Все работает. Но это ж моя энергетика, она мне не вредит.

— Тогда чего ты меня всю излапал?..

— Я ж откуда знаю, что у Вашего Высочества в голове, — пожал я плечами недоуменно.

И, услышав низкий рык, поспешил зайти в тепло.

Глава 4

Выспаться нам толком не дали — разбудили в шесть часов утра, проигнорировав столичные словечки вроде «джетлаг» и «акклиматизация». Люди ворочались до четырех утра, садились в кровати и бездумно смотрели в окно — про шторы местное начальство как-то подзабыло, поэтому всю ночь по помещению двигались сероватые тени от столбов, сопровождая огни гравилетов, идущих на взлет или посадку. А как пришел сон — в дверь забарабанила капитан Навин, громким и неприлично бодрым голосом объявив о выходе на пробежку. Впрочем, тут же удалившись, не проверяя нанесенного ущерба. Снайпером служила, не иначе.

Часть ребят посчитала, что это ночной кошмар, и натянула одеяло на голову. Часть вдобавок к этому тихонько пробормотала адрес, по которому капитан может пробежаться этим прекрасным утром. Если бы не привычка не спать до утра, я бы с удовольствием к ним присоединился. А так — опробовал ледяной душ, чтобы сбросить накопившуюся сонливость, подхватил из рюкзака коробочку со спутником-прилипалой и вышел отправлять его в полет. Сон подождет до следующей ночи — не в первый раз.

На улице было холодно — как-то по-зимнему, со спрятавшимся за зданиями солнцем, темно-синим, почти черным небом над головой и полным отсутствием ветра. Как только выходишь — кажется, что пустяк, терпимо. Но как дернет порывом холода, так целиком пробирает.

Посмотрев по сторонам, достал из кармана небольшую коробочку инопланетного происхождения, коснулся ее поверхности, передавая импульс энергетики, и, поставив ее на бетон, отошел чуть в сторону. Из коробки вверх взлетел желтоватый листок — такая вот модель попалась, не по сезону. Словно подхваченный ветром, листок поднялся вверх и по дуге унесся еще выше, пока полностью не исчез из виду. Сама же коробочка обернулась серой пылью — и разлетелась уже от настоящего порыва.

Камер наблюдения рядом нет, свидетелей тоже — вроде обошлось. Но на всякий случай я еще некоторое время понаблюдал, как пыль несет поземкой и уносит к решеткам ливнестоков — скоро следов совсем не осталось.

Подсудное дело — активирован и запущен в небо непонятного свойства прибор. Но не встрепенулись ведь в столице, за небом которой смотрят не в пример строже? Значит, не заметят и тут. Да и нет на Земле аналога — сверхкомпактного, способного добираться до геостационарной орбиты и липнуть к чужой технике. Чтобы найти — надо хотя бы примерно представлять, что нужно искать.

Ну а если все-таки обнаружат — оно же неизвлекаемое. Обернется еще одной горстью серой пыли.

Вернулся обратно — в нашей комнате люди все еще не встали, а вот у девчонок капитан вовсю наводила утреннюю суету. Спала-то она вместе с ними — на кровати возле дверей, сторожевым псом охраняя их покой. Бодрствовать тоже желала вместе.

Я прислушался — судя по обрывкам слов, кто-то очень не хотел вставать, поэтому выслушивал о себе всякое. А кто-то жаловался на ледяную воду в душе — и ту сторону тоже обдавало потоком презрения.

Наверное, отсутствие горячей воды — это все-таки ненормально. Недоработка. Но пока об этом прямо не объявят — «городские неженки» будут вынуждены привыкать к «условиям несения службы».

Постояв еще немного в коридоре, пытаясь уловить имена, махнул рукой — ругали всех скопом — и вернулся на «мужскую половину».

— Есть сигареты? — Буркнул, сидя на кровати в футболке и трусах, Вен Сарел.

— Не курю.

— А чего на улицу ходил?.. А-а, пневмония, — со вспышкой внезапного озарения смотрел он на мои мокрые волосы. — Слушай, хитро. Тоже пойду, оформлю. — Встал тот и направился в душевую.

Где через какое-то время вскрикнул и высунулся по пояс из двери с возмущенным видом.

— Вода только холодная?

— Ага.

— Ну… Может, так надежнее. — Вернулся Сарел обратно.

И с матерками начал омываться.

— Да заткнитесь вы уже, — промычал, прижимая к голове подушку, блондин. — Дайте поспать.

В другом углу комнаты ворохнулись два одеяла, из-под которых высунулась голова Мара Дайни — оглядела всех сонно и тут же спряталась обратно.

Через две минуты бодрый и свежий Сарел расталкивал блондина, рассказывая, какую отличную идею придумал Тан Савой.

— Пошел нафиг, — не приняли его со всеми его идеями.

— Дурила! Тут