Кецаль и голубь. Поэзия науа, майя, кечуа - Антология

ПРИЗРАЧНАЯ ДРУЖБА

Перевод М. Самаева

Я грибное пил вино,[55] сердце плачет. Только мучусь на земле я, злосчастный. Все-то думаю, как мало изведал на земле услад-утех я, злосчастный. Пред глазами вижу смерть я, злосчастный. Что мне делать? Не найти мне спасенья. Вы во гневе замышляете что-то. Разве мы не одного ожерелья драгоценные каменья? Отчего же ничего не могу я поделать? Вы во гневе замышляете что-то. Друг мой, друг мой, несомненный, неложный, мне в друзья предназначенный свыше, может, с наших мы цветов захмелели? Что же, други, не скорбите вы сердцем? Вы же знаете, как я это знаю: наша жизнь уйдет — ее не воротишь. Всякий смертный спустится однажды       в край непостижимой тайны. На земле лишь узнаём мы друг друга,       здесь мы гости. Кто во гневе, тот радости не знает. Жизнь украсьте миром и весельем —       ведь земля так просторна! Не ищите себе смерти, о други!      Вот бы и она про нас забыла! Ведь живем мы все с разбитой душою: нас выслеживают, нас подстерегают. Так не раньте же себе сердце, не живите на земле понапрасну. Не ищите себе смерти, о други.       Вот бы и она про нас забыла! КОЛЫБЕЛЬНАЯ АУИСОТЛЮ[56]

Перевод М. Самаева

Начиная песню посреди цветов, на руки возьму я моего малютку, перепеленаю — нынче заслужил он покачаться. Поиграй цветами, поиграй гремушкой и не плачь, Ауисотль. Мне ли не баюкать, девушке, тебя, маленький Ауисотль. В колыбели из щитов ты будешь за моей спиною, сын войны, качаться. Раздадутся зовы бубнов, и я горько по тебе заплачу, сын войны цветущей. Из цветов душистых молоко грудное у меня, малышка-воин Ауисотон.[57] Спишь ты, а сердечко нежится цветами, мой малышка-воин Ауисотон. Мел готовят, перья, будут наряжаться; и с цветами плачей там цветы сраженья вдалеке задвигались-заколыхались на стенах Атлишко.[58] Как цветы воины начнут сплетаться, наберут букеты воины из Чалько, широко простерлось священное древо, шум-движенье на стенах Атлишко. Ты не плачь, тебя я, мальчик, спеленаю. Как тебе удобно будет в колыбельке. Вот отец вернется, тебя покачает. Я тебя растила, и я сердцем чую: твой отец вернется, тебя покачает. Не расти так быстро — скоро ты напомнишь брата, будешь точно брат Ашайакатон.[59] На земле лишь девственность нам радость да утехи плоти — не расти так быстро: будешь точно брат Ашайакатон. Что же ты, глупышка, рта не закрываешь? Мой малыш желанный просится на руки? Я возьму малютку, сладко приласкаю. Ты уймись-утихни, мой малыш желанный.