Опустошение. Автобиография гитариста Lamb of God Марка Мортона - Марк Мортон

подвальном помещении. Мы въехали туда и заняли целую комнату отдыха. Блестящая черная барабанная установка Pearl у Джоуи была гигантской, с двумя бочками и тарелками, которые он вешал на любое свободное место. Работая на мойке в местном автосалоне Honda, он зарабатывал достаточно, чтобы взять заем на новый басовый усилитель Ampeg SVT, а также мощный динамик. Крис же накопил на старый раздолбанный портал 1970-х. Работала эта штука по-прежнему хорошо и была достаточно громкой, чтобы Крис заглушал остальные инструменты. Оборудование у меня было то же, что я использовал со времен прихода в Axis: моя белая гитара Kramer Focus 2000 и 50-ваттный Marshall JCM800 подключались в кабинет Sonic 4x12 с динамиками Celestion.

В отличие от репетиций Damage в доме у Чоппера Дейла, на репетициях Killing Cycle не было атмосферы вечеринки. И несмотря на то, что напиться для большинства моих коллег по группе (кроме Джоуи, который редко пил и никогда не употреблял) и меня самого было абсолютной нормой, делали мы это исключительно после репетиции. Первой задачей было поиграть чужие песни. Мы оставили некоторые из тех, что исполняли в Damage, включая две песни Circus of Power, а также «Long Removal Machine» и «Ming Contrary Man» группы The Cult. Мы добавили «Bloodbath in Paradise» Оззи Осборна, и для меня это было невероятно весело, потому что в песне присутствовали молниеносные гитарные атаки в исполнении Закка Уайльда. Мы работали над своей интерпретацией песни Билли Айдола «White Wedding» и сыграли версии «Nobody's Fault» и «Time», которые больше напоминали то, что получилось у Testament и Wrathchild America, нежели у Aerosmith и Pink Floyd.

Большая разница между Killing Cycle и моими предыдущими группами состояла в том, что мы сочиняли и свой материал. С первых дней в Axis я пробовал писать свои песни, но ко времени Killing Cycle я уже придумывал собственные риффы. Все мы лучше научились писать аранжировки и структурировать песни. Также с текстами нам помогали Джоуи и Крис. Джоуи активно писал лирику, у него были целые тетради с историями и неожиданными текстами, корнями уходившими в его мрачное чувство юмора. В песне «Apology Accepted» мы размышляли о вине, стыде и раскаянии после того, как мы переехали на машине соседскую собаку (я никогда не спрашивал Джоуи, правда ли это). «Deep Freeze» была выдуманной историей о смертельно больном пациенте, который согласился на заморозку криогенным способом, надеясь, что его смогут разморозить и вылечить, как только медицина будет на это способна. «Landslide Suicide» была антивоенной песней по мотивам судьбы друга семьи Джоуи, который умер от передозировки. Крис написал текст к песне «Eye of the Storm»: используя менее повествовательный подход, чем Джоуи, Крис выбирал более абстрактные обреченные темы, придуманные под музыку, напоминающую песню Led Zeppelin «Immigrant Song».

За короткое время Killing Cycle создали мощный репертуар из чужих песен и приличного количества своих номеров. Как только нам стало комфортно играть друг с другом, на репетициях мы ощущали себя уже свободнее, к нам заходили друзья и слушали. После репетиции мы обычно шли на вечеринку, либо искали способ устроить свою.

Я начинал регулярно выпивать по выходным. Пиво Miller, зерновой спирт Everclear и Jack Daniel's были основными напитками. Алкоголь помогал мне чувствовать себя расслабленно и уверенно. Теперь я наконец мог общаться с девушками, не продумывая каждое слово. А они мне даже отвечали! К тому же из-за скачка роста и того, что я часто заставлял себя голодать, я заметно сбросил вес. Больше я не был толстяком. Отец тоже наконец-то сдался и перестал просить меня постричься. Теперь волосы были длиннее, ниже плеч, и менее опрятными. Я носил рваные джинсы и концертные футболки с группами, а поверх – черную косуху. Наконец-то я чувствовал себя крутым и считал, что своему превращению я во многом обязан вечеринкам. Я открыл в себе новую личность. Но группа все равно была в приоритете.

Какими бы крутыми мы ни были, Killing Cycle столкнулись с тем, что застряли в глухом городке. Нам даже выступать особо негде было. Следуя примеру Axis, мы организовали собственное выступление в местном пансионате. Мы участвовали в соревнованиях местных групп, заняв первое место в средней школе Лафайета. Также мы участвовали в известном конкурсе «Стоквуд» в средней школе Брутона, где Axis одержали победу пару лет назад, и мы были шокированы, что на этот раз не выиграли. Мы отнеслись к ситуации с юмором. Мы знали, что тем вечером были лучше всех. Также знали, что надо мыслить масштабнее. Настало время попробовать устроить себе настоящий концерт.

Где-то в часе езды от нас, в области Норфолка и Вирджинии-Бич, была небольшая, но активная металлическая клубная тусовка. Популярные местные группы всю неделю выступали по клубам. Также по выходным приезжали региональные коллективы и выступали хедлайнерами, и часто их разогревали местные малоизвестные группы. Нам не терпелось принять в этом участие. Мы знали, что, если хотим играть в клубах, нам нужна нормальная демо-запись, которую нужно отдать талантливым организаторам концертов. К счастью, я познакомился с Ронни, владельцем и студийным звукоинженером студии Fresh Tracks Recording, когда несколько лет назад брал там уроки игры на гитаре. Ронни вспомнил меня, когда я забежал, и любезно предоставил нам скидку, сказав приходить в студийное время.

Запись песен Killing Cycle в студии Fresh Tracks была для меня чем-то совершенно новым. Все серьезно и профессионально. Маленькая, находящаяся в торговом центре студия была поделена на четыре секции. Была комната с реверберацией, достаточно большая для того, чтобы мы с Джоном и Джоуи записали там основные ритм-дорожки. В углу основной комнаты стояла маленькая звуконепроницаемая кабинка вокалиста, где Крис пропел свои партии. С противоположной стороны «живой» комнаты располагалось огромное стеклянное окно, через которое было видно длинную узкую комнату с 16-канальным микшерным пультом – за ним работал Ронни. Рядом с пультом стоял большой катушечный магнитофон, заряженный пятисантиметровой лентой. Стены в студии были покрыты акустической плиткой, звукоизоляционной пеной, а также кедровыми панелями.

Это была невероятно скромная и малобюджетная звукозаписывающая студия, но для нас она, наверное, казалась самой современной – чуть ли не новейшим зданием в Голливуде. Отрепетировали мы свои песни хорошо и работали оперативно, чтобы с пользой провести время в студии. Ронни был терпелив и внимателен, обучал нас основной технике записи. Он честно критиковал нас за наше исполнение, чтобы помочь добиться лучших дублей и записать их на пленку. Я уже с горем пополам научился пользоваться многодорожечной записью на четырехдорожечном кассетном магнитофоне, который